Чтение онлайн

– Увидеть тебя? Она не хочет видеть человека, который забрал ее из дома от родного отца. Адриан, ты же держишь ее в заложниках!

– Ее отец – подонок.
– Я не сказал Уиллу про зеркало, о том, как наблюдал за ней и видел, как отец бил ее.
– Ей лучше без него. И я вовсе не хочу, чтобы она была заложницей. Я хочу…

– Я знаю, чего ты хочешь, но она не знает. Она не замечает розы в вазах, или то, как ты покрасил стены в комнате. Она видит лишь монстра, и это притом, что она еще не видела тебя.

Моя рука машинально дернулась к лицу, но я знал, что Уилл имел ввиду мое поведение.

– Монстра, - продолжил он, - который привез ее сюда, Бог знает для чего - убить, пока она будет спать или же держать ее, как рабыню. Она боится, Адриан.

– Хорошо, я понял. Но как же мне объяснить ей, что она здесь не как рабыня или жертва?

– Ты действительно просишь у меня совета?

– А ты видишь тут кого-то другого?

Уилл сгримасничал: - Нет. Не вижу.

Затем он повернулся ко мне, пытаясь найти мое плечо и, наконец, положил на него руку: - Не заставляй ее. Если хочет оставаться в комнате, пусть остается. Дай ей свободу, дай понять, что ты уважаешь ее выбор.

– Если она будет оставаться в своей комнате, она никогда не проявит ко мне интереса.

Уилл похлопал меня по плечу: - Просто попытайся.

– Ага, спасибо, это точно поможет.
– Я уже начал уходить, но голос Уилла меня остановил: - Адриан.
– Я повернулся. - А еще иногда полезно умерить гордыню.

– Это не про меня, - ответил я. – В этом вопросе у меня вообще нет гордости.

Но час спустя я вновь постучал в дверь Линди. Я руководствовался не гордыней, а только лишь раскаянием. Это было сложно, потому что я не собирался ее выпускать. Не мог.

– Уходи! - крикнула она. - Если я здесь, это еще не значит, что я буду делать…

– Я знаю, - перебил ее я.
– Но могу я… можешь выслушать меня хотя бы минуту?

– Разве у меня есть выбор?- возразила она.

– Да! Да, у тебя есть выбор. У тебя есть масса вариантов. Ты можешь послушать меня или послать подальше. Ты можешь вечно меня игнорировать. Ты права. Ты совершила подвиг, придя сюда. Я не заставляю тебя дружить.

– Дружить? Ты это так называешь?

– Это то, что я… - я остановился. Я показался бы ей жалким, сказав, на что я надеюсь. Что у меня нет друзей, что я хочу, чертовски хочу, чтобы она была рядом, говорила и шутила, и, наконец, вернула бы меня к реальной жизни, и этого было бы достаточно. Каким неудачником я выглядел бы, если бы сказал это.

Я вспомнил слова Уилла о гордости: - Я надеюсь, мы когда-нибудь сможем стать друзьями. Я пойму, если ты не захочешь, если ты… - Я подавился словами «отвернешься, испугаешься меня, сморщишься от отвращения».
– Послушай, ты должна знать, что я не каннибал, и тебе нечего бояться. Я человек, хоть и не выгляжу таковым. И я не собираюсь заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь, ну разве что, уйти ты не можешь. Надеюсь, когда-нибудь ты все-таки решишь выйти.

– Я тебя ненавижу!

– Да, это ты уже говорила.
– Каждое ее слово было словно удар хлыста, но я продолжил.
– Уилл и Магда, они работают здесь. Если захочешь, Уилл может учить тебя. Магда будет готовить тебе, убирать твою комнату, покупать все необходимое, стирать твои вещи, делать все, что ты захочешь.

– Я… я ничего не хочу. Я хочу вернуться в свою прежнюю жизнь.

– Я понимаю, - сказал я, вспоминая слова Уилла о ее чувствах. Я около часа думал о ее переживаниях, о том, что ей не безразличен ее ужасный отец настолько же, – я готов был проклинать себя за это, - насколько мне был не безразличен мой.
– Надеюсь… - Я замолчал, думая об этом и, наконец, решил, что Уилл прав. - Надеюсь, ты когда-нибудь выйдешь, потому что… - Я не мог выдавить из себя продолжение.

– Потому что, что?

Я уловил свое отражение в стекле одной из картин, висящих в коридоре и не смог договорить. Просто не смог.

– Ничего.

Час спустя, ужин был готов. Магда приготовила цыпленка с рисом, источавшего дивный аромат. По моей просьбе она поднялась к Линде с подносом и постучала в дверь ее комнаты.

– Я не собираюсь выходить ни на какой ужин, - крикнула она. – Издеваетесь что ли?

– Я принесла тебе поднос, - сказала Магда, – поешь у себя?

Пауза. И ответ: - Да. Да, пожалуйста, оставьте. Спасибо.

Я поужинал, как обычно, с Магдой и Уиллом, после чего сказал, что отправляюсь спать. Я одарил Уилла взглядом, говорившим, что я попытался, но это не сработало.

И хотя он не мог его видеть, он сказал: - Терпение.

Но я не мог спать, зная, что она была двумя этажами ниже, чувствуя, как ее ненависть распространялась по всему дому, протекая сквозь стены и этажи. Это было не то, чего я хотел. Ничего не выйдет. Я чудовищем был, чудовищем и умру.

– Я тут кое о чем подумал, - сказал Уилл на следующий день после ее приезда.

– О чем?- поинтересовался я.

– Молчание. Думаю, если ты оставишь ее в покое, возможно, она передумает.

– Именно поэтому, похоже, у тебя нет девушки, - съязвил я.

– Разговор-то с ней не сработал.

Пришлось признать его правоту, поэтому я последовал его совету. Меня пугало, что она еще не видела меня. Что она скажет, увидев?

Несколько следующих дней я хранил молчание. Линди оставалась в своей комнате, а я наблюдал за ней в зеркало. Книги и розы были тем немногим, что ей здесь нравилось. Я читал каждую книгу, которую читала она. Я тратил практически все свое свободное время на чтение книг, чтобы быть на одном уровне с ней. Я не пытался вновь заговорить с девушкой. И каждую ночь, настолько уставший, что книга выпадала у меня из рук, я лежал в кровати и чувствовал, что ее ненависть, как призрак, бродит по коридорам. Возможно, это была плохая идея, но разве у меня были другие варианты?

– Я недооценивал ее, - сказал я Уиллу.

– Да, именно.

Я удивленно посмотрел на него: - Ты тоже так думаешь?

– Я всегда так думал, Но скажи мне, Адриан, почему так думаешь ты сам?

– Я надеялся, что ей понравится все, что я купил: красивая мебель и вещи. Она бедная и я думал, что если я куплю ей драгоценности и милые штучки, она даст мне шанс. Но ей это все не нужно.

Уилл улыбнулся: - Нет, не хотела. Все, что ей нужно – ее свобода. Так же, как и тебе, верно?

– Да… - Я вспомнил про школу, про танцы, о том, как я сказал Трею, что школьный бал напоминает легализованную проституцию. Казалось, это было так давно.

– Я никогда не встречал людей, которых нельзя купить. Мне это вроде как нравится в ней.

– Жаль, что этого понимания недостаточно, чтобы снять заклятие. Я горжусь тобой.

«Горжусь тобой ». Никто раньше не говорил мне такого, и на долю секунды мне захотелось обнять Уилла, просто чтобы почувствовать прикосновение человека. Но это было бы очень странно.