Чтение онлайн

Зарычав, Катон проводит рукой по моей спине и обхватывает мои бедра, приподнимая меня, пока я не отрываюсь от гнезда. Глубокий угол наклона заставляет каждый толчок скользить по нервам, из-за чего я борюсь с его рукой, не в силах ничего сделать, кроме как кричать.

— Пожалуйста, — умоляю я, слезы текут из глаз. Наслаждение слишком велико, и жжение на моей спине только усиливает ощущения, когда он рычит. Вибрации передаются от его тела к моему, пока не чувствую, как сжимаюсь вокруг него.

Я уже тянусь к разрядке, в которой Катон отказал мне раньше.

Он чувствует это и замирает.

— Еще рано, моя пара. Ты кончишь, когда я скажу. Твое тело и твое удовольствие — мои.

— Ублюдок, — шиплю я, пытаясь сопротивляться его прикосновениям, но Катон остается неподвижным, усмехаясь, пока я не расслаблюсь, и затем трахает меня жестко и быстро, с каждым толчком с каждым укусом. Сводит меня с ума.

Наконец, он щиплет клитор.

— Кончи для меня, Талли. Напои мой член соком моей спутницы.

Я с криком кончаю, сжимаясь вокруг его члена. Наслаждение настолько велико, что я вижу звезды, но Катон не останавливается. Катон доводит меня до очередного оргазма.

— Хорошая девочка, — хвалит он. — Дай мне почувствовать все это снова. Пусть все тебя услышат.

— Я не могу... — задыхаюсь я, пока Катон ласкает клитор, и у меня вырывается очередной крик, когда он делает меня лгуньей, и я кончаю снова.

Катон прижимает меня к себе, продолжая жестоко вбиваться. В его голосе теперь только рычание, когда он отпускает меня и трахает, как зверь. Катон держит меня, и я не могу пошевелиться.

— Моя, — рычит он, вцепившись зубами в шею, пока трахает меня.

Паста горит на моей спине, запах его спаривания обволакивает меня.

— Моя! — рычит он, дико всаживаясь в меня, а когда его разрядка заполняет меня, он вырывается и разбрызгивает ее по моей киске, попке и спине. Я вскрикиваю, снова кончая, не в силах остановить себя.

Падая вперед, я ударяюсь о гнездо, не в силах ничего сделать, кроме как задыхаться.

Он втирает в кожу сперму и его запах, а затем скользит пальцем по моим влажным губкам и снова вводит ее в меня. Я скулю, но не протестую, и он довольный, накрывает меня одеялом, сворачиваясь вокруг меня и удовлетворенно мурлычит.

— Моя Талли, моя спутница жизни, — прошептал он мне на ухо. Я даже не открываю глаза, прижимаясь к нему, то дрожа, то замирая.

— Мы обязательно сделаем это снова... может быть, когда я смогу двигаться. — Я ухмыляюсь, и он смеется рядом со мной.

— У нас впереди целая жизнь, Талли, и я планирую по максимуму насладиться каждым днем, проведенным с тобой, зная, как мне повезло.

Ну, блин.

Слезы скатываются по моей щеке, когда я нахожу в себе силы перевернуться и поцеловать его.

— Я чувствую то же самое, Катон. Вместе мы можем сделать все, что угодно, и я не могу дождаться, когда узнаю, к чему это нас приведет.

— Я тоже, — пробормотал он мне в губы, после чего я почувствовала, как Катон усмехнулся. — Но пока... — Катон переворачивает меня на спину, а я стону и пытаюсь оттолкнуть его.

— Ненасытный. Я создала монстра! — жалуюсь я, пока он ползет по моему телу.

— Да, создала, Талли, и теперь пришло время расплачиваться.

ГЛАВА 49

ТАЛИЯ

Мы провели три дня в нашем гнезде. Катон не позволял мне покидать его даже ради еды, и я чувствовала себя самой счастливой. У меня болит каждая мышца, но я широко улыбаюсь.

Катон объявляет, что мы спарились, и новость встречает ошеломленное молчание. На мгновение я начинаю волноваться, но тут раздается радостный рев, и нас окружают радостные монстры, поздравляющие нас. Катон упивается этим, гордо представляя меня им, и я никогда не чувствовала такого принятия и тепла.

Наконец-то я стала частью семьи.

Я сижу среди них за столом, переполненным подарками и едой, а монстры стремятся подойти поближе, радушно принимая меня с распростертыми объятиями. Это так отличается от того времени, когда только приехала и спряталась наверху надеясь не умереть. Теперь я не могу представить свою жизнь без такого счастья и болтовни. Они видят различия, и некоторые все еще насторожены, но другие радуются, и после дня, проведенного в веселье, я читаю детям сказки на ночь и укладываю их спать, а затем отправляюсь в гнездо со своей парой, где мы проводим остаток дня, исследуя друг друга, теряясь в удовольствии.

Как можно сделать жизнь еще более совершенной?

?

На следующее утро я оставляю Катона спать в гнезде и пробираюсь на улицу до захода солнца, сосредоточившись на решении стоящих передо мной задач.

Я знаю, что люди хотели вывести потомство людей и монстров и для этого изменяли нас с помощью наркотиков. Я знаю, что не все люди совместимы с ними. Знаю, что они создавали монстров, в том числе и новых. Они ставили на них эксперименты и пытались создать еще больше... но это нечто другое.

Я практически чувствую, что подошла ближе.

Проходит несколько часов, и Катон заставляет меня остановиться и поесть, а затем мы снова погружаемся в работу. Он, должно быть, чувствует мою решимость, как будто кончики моих пальцев тянутся к решению.

Проходит два дня, два дня почти без сна и перерывов, пока я не понимаю, в чем дело. Это просто щелчок, и я мгновенно откидываюсь назад, ужасаясь тому, что это значит.

Что они сделали.

Я смотрю на Катона, едва успевая произносить слова, так как шок и отвращение застревают у меня кость в горле.

— Талли, говори, мы разберемся с этим вместе, — призывает он.

Кивнув, я объясняю, что нашла, и когда закончила, он потрясенно выдохнул.

— Если это правда...

— Все изменится. — Я киваю. — Все.

— Нам нужно созвать собрание.

ГЛАВА 50

ТАЛИЯ

То, что совещание было созвано так быстро, подчеркивает его срочность и важность. До завтра ждать нельзя, рассвет уже близко, и я пытаюсь не уснуть, поэтому встаю и просматриваю оставшиеся записи, дважды и трижды перепроверяя то, что нашла.