Чтение онлайн

— Могу. Не буду тебе мешать?

— Нет, — я села за стол, продолжая принюхиваться и пытаясь угадать, что томится на плите в кастрюле и на сковороде. — Я тебе даже рабочее место могу уступить, мне все равно где.

— Хорошо, — он достал из сушилки тарелку и налил мне супа янтарно-молочного цвета. — Нашел у тебя плавленый сырок завалявшийся, пустил в дело. Место не надо, я лучше на кровати. Заодно погрею, нежарко тут что-то.

— Кстати, про погрею. Я в ограниченном режиме использования. Извини.

— Я помню, ты говорила, — усмехнулся Артем, садясь с тарелкой напротив. — Мужик сказал — мужик сделал. У тебя всегда так четко по графику?

— Обычно да, — слава богу, он не смущался и не морщился недовольно или брезгливо. Обсуждать месячные с мужчиной иногда не самое приятное дело. — Очень удобно, можно что-то планировать наперед.

На второе были котлеты и рис с густым острым соусом. Я урчала от удовольствия и едва удержалась, чтобы не облизать тарелку.

Покончив с обедом, мы разошлись по разным комнатам и с головой ушли каждый в свою работу. Только один раз Артем зашел и спросил, буду ли я кофе.

Кофе! Я работаю, а мужчина приносит мне кофе! Нет!

Да!!!

Как-то даже про ужин не вспомнили. Около восьми я решила, что на сегодня хватит. Выключила ноутбук и пошла в спальню. Артем уже отставил в сторону свой и что-то читал в телефоне.

— Ты все? — спросила я, забравшись на кровать. Как во вторник, когда закончила статью.

— Да. А ты? — он положил телефон на тумбочку.

— На сегодня.

Усевшись верхом, я расстегнула его рубашку и начала прокладывать цепочку коротких поцелуев, опускаясь от груди к животу, ниже и ниже. Вытянула из пряжки конец ремня, нащупала язычок молнии.

— У тебя же… это? — Артем слегка приподнял брови.

— «Это» называется «месячные», — уточнила я. С провокацией. Уж кто-кто, а я мастер провокаций! Во всех смыслах, не только венерических.

— Да ну, правда? Не может быть!

— Прикинь, да. И у тебя их, вроде бы, точно нет.

— Я твой должник, — почувствовав прикосновение языка, он коротко застонал и запустил пальцы мне в волосы.

— Ты даже не представляешь, какие проценты набегут за пять дней!

— Тогда я знаю… как тебя называть… Помнишь, ты вчера спрашивала? Моя кто? Микрофинансовая организация.

Я приподняла голову, оторвавшись от крайне увлекательного и волнующего обе стороны занятия.

— Тимаев, ты рискуешь. Я ведь могу рассмеяться. И рефлекторно сжать челюсти. Тогда тебе понадобится не венеролог, а хирург. Микрохирург! Так что в твоих интересах расслабиться и помолчать.

Утром — если, конечно, можно назвать утром половину двенадцатого — Артем все-таки поехал домой. После долгого ленивого завтрака, за которым так вкусно откусывать от одного круасана по очереди. А потом стряхивать друг с друга крошки такими же ленивыми и долгими прикосновениями. Очень чувственно.

— Как будто оказалась в середке любовного романа, — я откинулась на спинку стула и положила ноги Артему на колени. — Где все невыносимо идеально.

— Невыносимо? — переспросил он. — Не буди лихо, Тома. До чего ж вы, женщины, любите пугаться заранее. Еще все хорошо, а вы уже боитесь, что будет плохо. Живи сегодня, идеально — оно долго не длится. К сожалению.

— Ой, вот только не надо тут мизогинии про женщин, это всеобщее человеческое. Ждать от судьбы подвоха. Древние греки считали, что боги завистливы и не любят счастливых. Когда все было хорошо, даже хотели какой-нибудь маленькой гадости.

— А ты счастлива? — Артем едва заметно прищурился. Или всего лишь дрогнули нижние веки?

Я уже собралась развести что-то философское на тему счастья и его относительности, но вместо этого просто молча кивнула. Он поймал мою ладонь, прижал к своей щеке, потом ущипнул губами кожу между большим и указательным пальцами.

— Тогда вот тебе маленькая гадость. Завтра вечером я занят. Устроит?

— Что делать, — вздохнула я. — Буду писать свою гонорею.

Когда Артем уехал, я немного прибралась в квартире и посмотрела в сторону письменного стола. Подумала и решила побездельничать часок, а потом уже работать. Завалилась на диван с книгой, но глаза рассеянно скользили по строчкам. Обычно для меня это было способом уйти от реальности, но сейчас хотелось оставаться в ней. Пока она не хуже любого романа.

Беспокоило молчание Люки. Пару раз я брала в руки телефон — и откладывала. Мало ли. Боялась помешать. Но решила, что если до вечера не объявится, позвоню сама. Или хотя бы напишу.

Телефон пискнул: пришло сообщение.

«Вес взят», — и подмигивающий смайлик.

Это было так очаровательно непристойно, что я расхохоталась в голос.

«Волшебные тапочки?»

«Наверно».

«Я помню, как ты хищно изучала его задницу. Не разочаровала?»

В ответ прилетел поднятый большой палец. И следом:

«И не только задница».

«Грац!» — написала я и отложила телефон.

Мавр сделал свое дело. Дальше сами, пожалуйста. Одной заботой меньше. Теперь согласилась бы она еще со мной работать — было бы просто супер. Или я слишком многого хочу?

Следующая неделя выдалась богатой на события. В понедельник Люка позвонила и сказала, что, в принципе, согласна, но, во-первых, ей надо доработать положенное в театре, а во-вторых, только если все будет официально, с оформлением и прочими благами цивилизации.

— Обижаешь, мать! — я едва сдержала довольный визг. — Все по-взрослому, с трудовой, соцпакетом и шестизначной зарплатой. Конкретные цифры обговорим с моим папенькой, мы теперь с ним компаньоны. Думаю, не обидим. Но у меня встречное условие. Подучись немного и получи тот самый сертификат медицинского менеджера, о котором я говорила. Точно лишним не будет. Это можно в процессе, не обязательно прямо сейчас.

К моему удивлению, она легко согласилась. Похоже, после субботней встречи с Павлом ее можно было брать голыми руками.

— Люк?..

Она рассмеялась, и я поняла, что такого ее смеха — беззаботного, словно искрящегося — не слышала уже… очень давно не слышала.

— Прости, Том, не сейчас, ладно? Я как будто… не знаю, как будто до краев переполнена, боюсь расплескать.

— Понимаю, — кивнула я, хотя Люка и не могла этого видеть. — Та же фигня, Джульетта. Эйфория. У меня форы всего две недели. Дай бог, чтобы все это подольше тянулось, уж больно приятно.

Раздел клиник шел с курьерской скоростью. Вообще-то, в норме это процесс небыстрый, но Валентин Романович, похоже, знал все ходы и выходы. К тому же нам не нужно было куда-то ездить, сидеть в очередях, он просто привозил нам бумаги на подпись. А если все-таки требовалось явиться лично, например, к нотариусу, то мы приезжали и тут же заходили, а не парились в коридорах. Наверняка услуги такого юриста стоили адовых денег, но отец сразу сказал, что это его забота.