Чтение онлайн

– Понимаю. Задавай свой вопрос.

– Чем раки от крабов отличаются? Гребешки и ежи еще какие-то есть. Сослуживцы меня все заверяют, что это очень вкусно. А я рака в речке ловил один раз в жизни и понятия не имею, – Беркутов улыбнулся.

– На самом деле исходя из биологической терминологии крабов называют короткохвостыми раками, класс у них – высшие раки. Дело в том, что крабы обитают и в пресной воде. Показательно то, что крабы могут обитать в морской воде, а раки не могут. У речных раков двенадцать конечностей – ноги и клешни, а у крабов десять. У раков обе клешни развиты, а у некоторых видов крабов только одна. Ну и внешний вид, конечно. Раки стройные, крабы коренастые. Видов крабов куда больше, чем видов раков.

– Как Вам моя машина? Не пахнет же, да? – Лада Калина вильнула на боковую улицу.

– Ничем не пахнет.

– Мне очень надо, чтобы ничем не пахло. В противном случае, Дашка засмеет. Скажет, я купил не пойми что. Копил два года и истратил. Со скидкой с рук покупал, с пробегом. За то подушка безопасности и автокресла для детей в комплектации. Мама моя тоже капризничает. Говорит, её тошнит. Она отказалась со мной ездить. Жена услышит, выскажет фи. Кондиционер для них подбирал, керамический ароматизатор в дверце болтается. Аромат как духи высокой парфюмерии с базовыми нотами и сердца, – По пробкам в благоухании роз, ландыша, ванили и сандала они продвигались вперед. Поездка по московским чистым просторным улицам и широким проспектам Беркутова восхищала. Они выехали после обеда, и спустя полтора часов скитаний-петляний стемнело. Зажглись фонари. Под конец машина Канатикова остановилась у закрытой территории, со шлагбаумом на входе. Дождались молодую рыжую девчонку от национального центра безопасности продукции водного промысла и аквакультуры, подотчетного Россельхознадзору, Кузьмину Дарью Всеволодовну.

– Долго мы будем их выжидать? Это же не моя работа! – Возмутилась она.

– Сиди и не трепи нам нервы. Сколько на твоих часах времени?

– Десять минут шестого. Меня выдернули…

Мимо них проехала вместительная бордовый микроавтобус и заехал во двор. Кирилл Андреевич подумал размяться на воздухе – все затекло, как Степан протянул ему дополнительную обойму и наручники.

– Они проехали. В нашем автопарке прибыло, Кирилл Андреевич, – Возвестил Степан. – Верховный суд России утвердил специальную ответственность за экологические преступления. Им не отвертеться: мы найдем в их кузове массу браконьерских приспособлений и щепок. Вперед! Матвей подтянется.

– Матвей! Если бы я знала о нем, я бы отказалась от проверки АО «Крабстор»!

– Кузьмина, он обеспечил тебя работой.

– Степушка, с ним же проверки всегда наперекосяк. Делесова сказала брать с собой оружие! Почему ты спокоен: ты вызвал подкрепление?

– Дарья, ты разыгрываешь комедию, – Пристыдил её Канатиков.

– Я разыгрываю? Я боюсь. Все в моем отделе боятся его проверок, – Нервно запричитала Дарья.

– Спокойно, Дашуха. Со мной не пропадешь. Я взял три обоймы и наручники.

– Святые небеса, Канатик!

– А что, Канатик! Все отлично! У меня по две обоймы пуль на человека. Мне и Кириллу Андреевичу! У инспекторов рыбоохраны есть право на оружие и задержание. Я проверил! Закон мы не нарушаем! Палить будем при угрозе нашей жизни! Тридцать пуль, и ты спокоен как танк! А ты за нами! Пока я не скажу, сиди в машине! Читай интернет! Матвей подтянется!

– Да глаза б мои его не видели! Он сорвиголова Гагаринского УМВД по ЮЗАО, а ты им восторгаешься, можно подумать! Из-за него наша жизнь в опасности! Да он же неадекватный!! Ломает, бьет, крушит! Скажи, он по какому-то поводу беспокоится? Чего-нибудь страшится? Нет!! Нам Баренцево море по колено, Эльбрус нам по плечо! Я не обязана участвовать в перестрелках!

– Я бы, как он, хотел попасть в СОБР! Сразился бы с организованной преступностью!

Кузьмина Дарья строго пригрозила Беркутову:

– Он насмотрелся мультсериала про ниндзя! Дядя Степа он, не Никонов! Никонов в аду причащался среди Игиловцев! Террористов убивал! Все его проверки – это захваты и бойни! Он сам ненормальный! Весь в страшнейших шрамах!

– Даш, что ты мелешь. Ты же шрамов у него не видела. Я тоже ни разу не видел.

– Степушка, ты приглядись. Приглядись, посмотри на Никонова. За окном летний месяц июнь. Зачем он и зимой и летом одевается одним цветом? Я вам скажу. Он прячет шрамы! Я вам больше тебе скажу, у него с головой непорядок. Брр… – Повела Дарья плечами.

– Зачем ты наговариваешь на человека? Он с организованной преступностью воюет. Он на стороне закона.

– Это пока, Степушка. У всех, кто как ты выражаешься, воюет, контузия или посттравматическое стрессовое расстройство. Почему он к депутату прикопался? Никонов Матвей не простил ему какую-нибудь дичь и его закопает живьем.

– Ты договоришься мне тут, Дарья Всеволодовна.

– Как можно к вам обращаться? – Обратилась Дарья к нему.

– Беркутов Кирилл Андреевич. Заместитель руководителя Североморского управления, – Кратко представился он.

– Очень приятно. Кузьмина Дарья Всеволодовна. Я из «Аквакультуры». Кирилл Андреевич, идите с Канатиковым, и вас прихлопнут как муху! Куда Никонов нас втравляет! Я не обязана отбиваться от вооруженных браконьеров! – Дарья, не подлежало сомнению, не планировала двигаться из машины раньше положенного, уделяя внимание маникюру.

– Дашуха, ты по первости там взаправду не нужна. Отъезжай давай, и мы пойдем вершить правосудие. Заходи как выстрелы стихнут, – За Канатиковым он выбрался из машины. Его последняя инспекция была сто лет назад. Охранники изучили их документы. По территории склада, вдоль стены мимо ряда вплотную прижатых друг к другу закрытых вместилищ они дошли до распахнутого контейнера.

– О трупах и шрамах Кузьмина нам наговорила для острастки. Никонов нормальный. Иногда может что-то забыть. Ну, его ж контузило. Врачи поставили штамп «годен к службе». Не человек он что ли? Во что хочет, в то и одевается. Нам нужно хранилище номер пять, арендуемое АО «Крабстор». Как Матвей все это разузнал, ума не приложу. Вы же читали его досье? – Беркутов не ответил, они вошли в контейнер, заставленный большими наполненными водой вольерами, перетянутыми сеткой. Внутри сновали люди, грузящие морских обитателей в само созданный бассейн из краболовок. Документов, что на камчатского, стригуна и японского крабов, что на семгу браконьеры не предоставили, а вытащили пистолеты. Он не то, чтобы не помнил, как нажимать на курок, но опешил от чужой наглости. Браконьеры не жалели крабов и гребешков в стеклянных резервуарах, целились не глядя, стреляли по нему и Степану. Беркутов и Канатиков на автомате плюхнулись плашмя за стеклянную стену бассейна. Пули пролетали поверх их голов и застревали в стене.

– Их пятеро. Стреляют трое. Шестьдесят патронов. Они всю рыбу угробят. Крабы же не живут без воды…

– Три-пять часов, – Беркутов никогда не попадал в перестрелки.

Браконьеры смелели и лезли рожон. Один из браконьеров обошел бассейны и прицелился в Кирилла Андреевича. Степан запричитал:

– Никонов, нас убьют же, мать твою… Где тебя носит?

В ту же секунду, за их спиной прогремела двойная череда выстрелов. Целящемуся в Беркутова пуля угодила в ногу. Браконьер с криком упал, второй браконьер покачнулся и сел на корточки, выронив пистолет, а третий без сознания грузно повалился на угол стены.

– Степан, подходи. Никого предупреждать я не буду, – Беркутов девять лет не слышал смутно родного бархатного тембра, в котором прятались злые ноты.

– Да, товарищи, браконьеры? – Заговорил Степан. – Вы его слышали. Считайте, это наше общее предупреждение. Поднимайте руки вверх. Он, я и мой товарищ выстрелим сразу на поражение. Между делом, мой друг, по твою душу, со мной Заместитель руководителя по надзору за водными биоресурсами по Мурманской области, Архангельской области, Ненецкому автономному округу Североморского управления, – Степан отряхнулся и поднялся на ноги. Старший сержант пошел к поверженным бандитам.