Чтение онлайн

— Нет, Алан, мы не вампиры… — рассеяно сказал отец и подумал о «Ложной слепоте». Именно слово «вампир» вызвало ассоциацию. По мнению Роберта, эта книга скоро перестанет быть научной фантастикой. Большая часть того, что в ней описывается вот-вот станет действительность. Кроме, пожалуй, инопланетной цивилизации, ведь такое люди изобрести неспособны.

— Можно посмотреть эту штуковину? А в тарелочке что? — заваливал отца вопросами любопытный сын.

— Всё расскажу… можно я перед этим покушаю? — отец действительно был очень голоден. Сегодня он и его команда совершили научный прорыв, ему было некогда отвлекаться на голод.

— Ну…

— Алан, пусть папа поест. А потом он всё покажет. Так ведь, Роберт? — спросила воодушевлённая жена, она уже представляла, как люди покинут выберутся из убежища и вернутся к нормальному образу жизни. Вот только она совсем позабыла про орвитов. Лишь несколько человек поддерживали контакт с внешним миром, но не конкретно с орвитами, а с ГГУ.

— Конечно, Джени! Я принёс питомцев, да не одного. Это целая колония! — с улыбкой ответил он и пошел на кухню.

— Пап, а где зверьки?

— Алан, вот здесь, — пережёвывая еду, отец указал на чашечку Петри.

Мальчик только хотел спросить: «Как зверьки могут поместиться в такую маленькую баночку?», но мать увела его в соседнею комнату и попросила не мешать отцу есть. Подземная гостиная немного отличался от любой другой, которая находилась на поверхности, в высотки. В зале стояли старенькие, цвета мокрого бетона, диван и два кресла. В центре противоположной стены находился шкаф, самодельный из необработанных досок, в нём был небольшой монитор и электронные фоторамки. В боковой стене было большое окно, спрятавшееся за пышные тускло жёлтыми шторами. Разумеется, за стеклом была бетонная стена с искусственным освещением — люминесцентными лампами, которое уже отключились, ведь время позднее.

Мама и ребёнок сели на потрёпанном диване. Джени рассказывала сыну, что, возможно, скоро он увидит небо, поверхность Земли, звёзды… Мальчик, конечно, не помнил, как выглядит настоящее небо. Он представлял его, опираясь на фильмы и картинки. Впрочем, это не мешало ему улыбаться и радоваться вместе с матерью. Улыбка заразна, особенно, если улыбается близкий тебе человек.

Плотно поужинав стейком, из синтезированного мяса, и овощным салатом, отец вышел в зал и объявил:

— Сегодня, первого декабря 2120 года, в нашей лаборатории…

— Под твои руководством, — ловко подметила Джени. Мальчик в этому время с любопытством смотрел на родителей. Он понимал, что случилось что-то очень-очень хорошее.

— Верно, под моим, — улыбнулся Роберт, он не любил восхвалять свои заслуги, жена вечно делала это вместо него. — О чём это я?.. Да, в нашей лаборатории произошел научный прорыв, мы смогли, — Роберт намеренно выбирал простейшие формулировки таких сложный вещей, чтобы даже его сын понимал, о чём речь. — Мы смогли соединить частичку тихоходки с человеком. Спирали ДНК спутались, именно так, как мы и планировали.

Джени хорошо понимала, как сложно этого было достичь. Её радости не было предела. А вот их сын, не смотря на простые формулировки отца, вряд ли что-то понял. Мальчик сидел и хлопал глазами, пытаясь понять, что за спирали и почему отец их наконец-то смог их связать.

— Алан, я принёс тихоходок и микроскоп, чтобы их можно было разглядеть. Знаешь, что такое микроскоп?

— Конечно, это такая супер-пупер навороченная лупа, — сходу ответил мальчик.

— Правильно, — ответил отец. Открыл баночку Петри, поставил на предметный столик и начал настраивать микроскоп. Закончив, он подозвал нетерпеливого сына, который сгорал от любопытства.

Мальчик подошел к микроскопу и посмотрел через окуляр. Увидел нечто невероятное, но далеко не то, чего ожидал. Маленький Алан думал, что увидит каких-нибудь милых зверюшек, только очень-очень маленьких. На деле оказалось, что он рассматривал прозрачные овалы с восемью лапками. Тихоходки двигались, как рыбы в воде. Их тела, при движении, содрогались словно кусочки желе. Маленькие пухленькие лапки, с крючкообразными пальцами на конце, двигались очень быстро, словно хватаясь за что-то невидимое.

— Это тихоходки, сынок. Именно благодаря их стойкости мы сможет снова вернуться на поверхность.

— Не помню, чтобы я играл на поверхности, — удивился мальчик.

— Ну, конечно, не помнишь тебе же тогда было не больше годика, — ответила Джени и посмотрела в окуляр. Она уже не раз видела тихоходок, работа обязывает, но они её все равно манили. Мать мальчика считала, что бесконечно можно смотреть на «стандартный набор прекрасного» и на то, как живут тихоходки.

— Мам, я ещё не насмотрелся, — визгливым голосом сказал Алан.

— Смотри-смотри, сколько влезет. Как ты хочешь их назвать? Это же теперь твои питомцы, — ответил мать, отошла от микроскопа и, краем глаза, заметила, как Роберт тихо крадётся в спальню. Он поднял палец к губам и изобразил шипение.

— Лысые медведики, ха-ха, — рассмеялся мальчик, — пап, ты слышал, как я их назову? — Алан оторвался от микроскопа и начал смотреть по сторонам в поисках отца.

— Отлично придумано, сынок. Папа ушел спать, он весь день работал, не обижайся на него, — мать успокаивала Алана, — скоро он возьмёт отпуск.

— Угу… — слегка расстроившись, кивнул Алан, — а чем их кормить?

— Не переживай много они не съедят. Представь большой торт, размером с нашу квартирку. И ты живёшь в этом торте, ешь его на завтрак, обед и ужин.

— Вау… — облизнул губы Алан. В бункере был острый дефицит сладостей. Люди не желали тратить энергию на их синтезирование.

— Тихоходки, можно сказать, живут в своей еде. В природе так бывает не всегда, но в чашечке Петри питательная среда, — объяснила мать, выбрав не самые подходящие слова, для понимания восьмилетнего мальчишки. Впрочем, его никогда не пугал сложный язык, на котором так любили изъясняться его родители. На седьмой день рождения ему подарили электронный словарь, который мог объяснить значение любого слова. Нужно только верно назвать свой возраст и ещё пару характеристик. Алан часто пользовался устройством, но иногда, додумывал значение некоторых слов самостоятельно, другие же были интуитивно понятны. Однако, Алан, как собака, зная много сложных слов, не мог объяснить значение большинства из них.

Джени снова взглянула на тихоходок и увидел, через окуляр, акт каннибализма. Две тихоходки присосались к третьей, и выпивали её, словно она не их сородич, а вкусный фруктовый коктейль. Она не хотела, чтобы сын увидел такое, сцена показалась ей слишком жестокой. Она, как будто, случайно задела микроскоп, чтобы пришлось его снова настраивать. Ничего сложного в этом нет, зато Алан не увидит то, что не должен. Примерно такой логикой, руководствовалась Джени.

Мальчик с мамой провели на кухне ещё некоторое время, пока им не надоело подглядывать за жизнью тихоходок. После они разошлись по комнатам, свет в бункере погас.