Чтение онлайн

– Нисколько. – Беккер взял подушку с соседней койки и помог Клушару устроиться поудобнее. Старик умиротворенно вздохнул.

– Так гораздо лучше… спасибо вам.

– Pas du tout, – отозвался Беккер.

– О! – Старик радостно улыбнулся. – Так вы говорите на языке цивилизованного мира.

– Да вроде бы, – смущенно проговорил Беккер.

– Это не так важно, – горделиво заявил Клушар. – Мою колонку перепечатывают в Соединенных Штатах, у меня отличный английский.

– Мне говорили, – улыбнулся Беккер. Он присел на край койки. – Теперь, мистер Клушар, позвольте спросить, почему такой человек, как вы, оказался в таком месте? В Севилье есть больницы получше.

– Этот полицейский… – Клушар рассердился. – Он уронил меня с мотоцикла, бросил на улице, залитого кровью, как зарезанную свинью. Я еле добрел сюда.

– Он не предложил вам больницы поприличнее?

– На этой его чертовой тарантайке? Нет уж, увольте!

– Что же случилось утром?

– Я все рассказал лейтенанту.

– Я с ним говорил, но…

– Надеюсь, вы отчитали его как следует! – воскликнул Клушар.

Беккер кивнул:

– Самым решительным образом. Консульство этого так не оставит.

– Надеюсь.

– Месье Клушар. – Беккер улыбнулся и достал из кармана пиджака ручку. – Я хотел бы составить официальную жалобу городским властям. Вы мне поможете? Человек вашей репутации – ценнейший свидетель.

Клушару эта идея понравилась. Он сел в кровати.

– Ну да, конечно… С удовольствием.

Беккер достал блокнот.

– Итак, начнем с утра. Расскажите мне, что произошло.

Старик вздохнул.

– Очень печальная история. Одному несчастному азиату стало плохо. Я попробовал оказать ему помощь, но все было бесполезно.

– Вы делали ему искусственное дыхание?

На лице старика появилось виноватое выражение.

– Увы, я не знаю, как это делается. Я вызвал «скорую».

Беккер вспомнил синеватый шрам на груди Танкадо.

– Быть может, искусственное дыхание делали санитары?

– Да нет, конечно! – Клушар почему-то улыбнулся. – Какой смысл хлестать мертвую кобылу? Парень был уже мертв, когда прибыла «скорая». Они пощупали пульс и увезли его, оставив меня один на один с этим идиотом-полицейским.

«Странно, – подумал Беккер, – интересно, откуда же взялся шрам?» Но он тут же выбросил эту мысль из головы и перешел к главному.

– А что с кольцом? – спросил он как можно более безразличным тоном.

– Лейтенант рассказал вам про кольцо? – удивился Клушар.

– Рассказал.

– Что вы говорите! – Старик был искренне изумлен. – Я не думал, что он мне поверил. Он был так груб – словно заранее решил, что я лгу. Но я рассказал все, как было. Точность – мое правило.

– И где же это кольцо? – гнул свое Беккер.

Клушар, похоже, не расслышал. Глаза его отсутствующе смотрели в пространство.

– Странное дело, ей-богу, все эти буквы – ни на один язык не похоже.

– Может быть, японский? – предположил Беккер.

– Определенно нет.

– Так вы успели его рассмотреть?

– Господи, конечно! Когда я опустился на колени, чтобы помочь ему, этот человек стал совать мне пальцы прямо в лицо. Он хотел отдать кольцо. Какие же страшные были у него руки!

– Вот тут-то вы и рассмотрели его кольцо?

Глаза Клушара расширились.

– Так полицейский сказал вам, что это я взял кольцо?

Беккер смущенно подвинулся.

Клушар вдруг разбушевался.

– Я знал, что он меня не слушает! Вот так и рождаются слухи. Я сказал ему, что японец отдал свое кольцо – но не мне! Да я бы ничего и не взял у умирающего! О небо! Только подумайте!

Беккер встревожился:

– Так кольца у вас нет?

– Боже мой, конечно, нет!

Беккер ощутил тупую боль в желудке.

– У кого же оно?

В глазах Клушара вспыхнуло возмущение.

– У немца! Его взял немец!

Дэвид почувствовал, как пол уходит у него из-под ног.

– Немец? Какой немец?

– Тот, что был в парке! Я рассказал о нем полицейскому! Я отказался взять кольцо, а эта фашистская свинья его схватила!

Беккер убрал блокнот и ручку. Игра в шарады закончилась. Дело принимает совсем дурной оборот.

– Итак, кольцо взял немец?

– Верно.

– Куда он делся?

– Понятия не имею. Я побежал позвонить в полицию. Когда я вернулся, немца уже не было.

– Вы не знаете, кто он такой?

– Какой-то турист.

– Вы уверены?

– Туризм – моя профессия! – отрезал Клушар. – Я их сразу узнаю. Он гулял в парке с подружкой.

Беккер понял, что с каждой минутой дело все больше запутывается.

– С подружкой? Немец был не один?

Клушар кивнул:

– Со спутницей. Роскошной рыжеволосой девицей. Мой Бог! Это была настоящая красотка!

– Спутница? – бессмысленно повторил Беккер. – Проститутка, что ли?

Клушар поморщился:

– Вот именно. Если вам угодно использовать это вульгарное слово.

– Но… офицер ничего не сказал о…

– Разумеется, нет! Я не сказал ему про спутницу. – Взмахом руки Клушар величественно отверг вопрос Беккера. – Они не преступницы – глупо было бы искать их, как обычных жуликов.

Беккер все еще не мог прийти в себя от всего, что услышал.

– Может, там был кто-нибудь еще?

– Нет. Только мы трое. Было ужасно жарко.

– И вы уверены, что эта женщина – проститутка?

– Абсолютно. Такая красивая женщина пошла бы с этим типом, только если бы ей хорошо заплатили! Боже мой! Такой жирный! Крикливый, тучный, мерзкий немец! – Клушар заморгал, стараясь переменить положение, и, не обращая внимания на боль, продолжал: – Ну чистая скотина, килограмм сто двадцать, не меньше. Он вцепился в эту красотку так, словно боялся, что она сбежит, – и я бы ее отлично понял. Ей-ей! Обхватил ее своими ручищами! Да еще хвастался, что снял ее на весь уик-энд за три сотни долларов! Это он должен был упасть замертво, а не бедолага азиат. – Клушар глотал ртом воздух, и Беккер начал волноваться.