Чтение онлайн

– Понятия не имею.

– Вы к религии как относитесь? – поинтересовался полковник.

– Без фанатизма. Чувства верующих уважаю, но сам от попов держусь подальше. А к чему вопрос? – насторожился Стэн.

– Дело в том, что за вами следили неопятидесятники. Это такая религиозная ветка есть у протестантов. Инструкции они получали от священника, немца, проповедующего в Калининграде, а тот выходил на связь с кем-то в Италии.

– Херасе! У протестантов что, своя разведка есть?

– Не бог-весть какая, но наружное наблюдение они освоили неплохо. То есть вы в сектах, религиозных общинах не состоите? – спросил эфэсбэшник и, увидев, как Стэн энергично затряс головой, продолжил: – Хорошо. Тогда будем разбираться дальше. Расскажите мне, кто состоит в вашей группе разработчиков Интернета, кто из какой страны, кто руководитель.

Понимая, что разговор затягивается, Стэн загнанным взглядом посмотрел на Мару, которая, изобразив на лице искреннее сострадание, в очередной раз бессильно развела руками.

Беседа с эфэсбэшником продолжалась еще около часа. Стэн в общих чертах рассказал про своих коллег по группе и про руководителя. Затем полковник поинтересовался рекомендуемым графиком перехода на IPv6 в других странах и, убедившись, что всем рекомендовано применить разработанную группой методичку до «768К», задал несколько вопросов о том, насколько отличаются программы перехода в разных странах.

После разговора Ткачук, Мара и Серега перешли в другой номер, оставив Мельника на некоторое время одного. Совсем сбитый с толку происходящим, он уселся на кровать, машинально взял пульт и попытался включить телевизор, но тот вместо изображения выдал на экран грустное окошко «сигнал отсутствует». Не понимая, что происходит, он повалился на спину и, закинув руки за голову, попытался расслабиться.

Привычная жизнь с неотвратимостью набирающего скорость экспресса катилась под откос. Он понятия не имел, почему какие-то сектанты установили за ним наблюдение и какую ценность он мог для них представлять. Новость о том, что слежка за ним идет уже давно, вообще казалась невероятной, как и намек полковника на то, что его «методичка» может представлять какую-либо угрозу безопасности страны.

Его невеселые размышления были прерваны вошедшей в номер Марой.

– Да… Закрутилась тут карусель нешуточная, – она присела рядом на постель и положила руку ему на плечо. – Я и подумать не могла, что ты такая важная персона. И западные шпионы на тебе висят, и целый полковник ФСБ лично по твою душу прикатил. Не оперка мелкого послал, а сам приехал на беседу. Это серьезно.

– Это вообще пипец, какой-то, – Стэн сел и обхватил голову руками. – Жил себе жил, никого не трогал, а тут ха-бах… И слежка, и ФСБ. Еще полковник этот, типа, меня подозревает в подрывной деятельности.

– Никто тебя не подозревает, – Мара попыталась его успокоить. – Просто люди хотят разобраться во всем. Неспроста ведь тебя сектанты пасут. Значит, им что-то надо. Может, они тоже хотят твой новый интернет-протокол получить.

– Этот протокол уже пару лет в открытом доступе и пошаговые инструкции перехода тоже. Просто моя программа делает это все автоматически, быстро и без ошибок. Нахрен им за мной следить, я просто не понимаю.

– А ты успокойся, она прильнула к нему и коротко, но нежно коснулась его губ своими. Раз на тебе все повисли, значит ты серьезный профи. А если так, то попытайся разобраться сам, что к чему.

– Да? – Стэн взглянул на подругу глазами зверька, загнанного на дерево голодными хищниками.

– Конечно, милый, – она еще раз его поцеловала и поднялась с постели. – Собери мысли в пучок и найди причину всей этой заварухи. Я уверена, ты сможешь. Только вот времени у тебя совсем немного. Для посторонних наблюдателей все должно выглядеть так, как будто ты ничего не заметил и в твоей работе ничего не изменилось. А чтобы ты закончил свою программу вовремя, мне рекомендовано тебя на время оставить.

– Как оставить? – опешил Стэн.

– Меня босс отзывает на базу. В головной офис в столицу.

– А как же я? – голосом обиженного школьника спросил он.

– Ты останешься здесь под присмотром полковника, пока не закончится вся эта заваруха. А потом недельки через три я к тебе приеду, мы еще раз поужинаем в том ресторанчике в Петродворце на берегу залива и посмеемся над всей этой историей.

– И когда ты уезжаешь?

– Завтра утренним рейсом. Так что одна ночь у нас с тобой еще есть, – она глянула на часы. – Мне с Юрком, правда, надо отъехать на район на несколько часов. Но к семи я вернусь в Питер, и мы поужинаем где-нибудь. Идет?

– Идет, – грустно вздохнул он. – Я тогда метнусь домой и успею еще поработать немного.

Он поднялся с кровати, но Мара обвила его талию руками, заглянула в глаза и чуть слышно прошептала:

– У меня выезд через сорок минут. Этого будет достаточно, чтобы поднять твое вконец упавшее настроение?

Не дожидаясь ответа, она сделала настойчивое движение бедрами вперед, и Стэн, сжимая ее в объятиях, снова повалился на постель.

За несколько часов, что Стэн провел на связи с индусами, они практически закончили проверку программной части «методички». В Бомбее было уже около десяти вечера, и, договорившись о времени очередной сессии, он отпустил своих коллег. Стрелки часов приближались к семи. Мара должна была уже вернуться с «района», что бы в ее понимании ни означало это слово.

Для верности скопировав программу на жесткий диск, он положил его в сумку, где уже остывал перетрудившийся ноутбук. Политика группы не приветствовала копирование находящихся в разработке программ на внешние носители, но в среде не обремененных излишним чувством ответственности фрилансеров это делал каждый второй. Облачное хранилище – это хорошо, но всегда удобно иметь рабочий материал под рукой на тот случай, если сеть будет неустойчивая или возникнут проблемы с оператором связи.

Упаковав свое оборудование, Стэн взглянул на экран небольшого «безопасного» мобильника, который дала ему Мара для связи. Там настойчиво мигал значок о новом СМС-сообщении. Его просили срочно перезвонить. Номер был незнакомый, московский. Он некоторое время в раздумье смотрел на него, но потом все-таки решил набрать, предполагая, что это могла быть наемница.

– А! Стэн, – услышал он в трубке незнакомый встревоженный голос. – Это Серый. Ну тот, что с Марой. Тут такое дело… Мара с Юрком в Ленобласти попали в аварию. Какой-то мудак на грузовике хотел их размазать.

– Как размазать? – опешил он от такой новости.

– Очень просто. В ноль размазать. Если бы Юрок не среагировал, они бы столкнулись лоб в лоб и тогда пипец. А так он увел бэху вправо и получил удар в бок в багажник. Но и этого хватило. Машина всмятку. И они здорово побились. Я просмотрел запись с регистратора, там ясно видно, как водитель грузовика намеренно крутанул рулем, чтобы выехать на встречку. Прямо в лоб Маре.

– Как она? – сглотнув колючий комок, спросил он.

– Хреново. У обоих ЧМТ* (*черепно-мозговая травма), сотрясение и пара переломов. Сейчас они в военном госпитале. Но врачи говорят, что угрозы жизни нет, а кости они соберут.

– Я к ней, – Стэн вскочил с кресла.

– Постой! – крикнул в трубку Серега. – Тебе нельзя к ней. Во-первых, она под наркозом на операционном столе. Во-вторых, водитель, который в них врезался, пятидесятник.

– Кто?

– Ну сектант, из тех, что за тобой следили. Понимаешь? Ткачук говорит, что, скорее всего, они этой аварией хотели отсечь Мару от тебя. Я же говорю, я просмотрел запись с регистратора, там ясно видно, как водитель грузовика специально крутанул рулем, чтобы выехать на встречку прямо в лоб Юрку. Тебе нельзя сейчас к ней. Лучшее, что ты можешь сделать, это продолжать свою работу. В ближайшее время с тобой свяжутся. А Мару и Юрка после операции мы спецбортом эвакуируем в Москву. Она свяжется с тобой, как только очухается. Я по ней вижу, что ты ей очень дорог. Так что, старик, держись. И удачи. И еще… Надери им всем задницу.