Цветы барбариса
Шрифт:
— Чушь. — Я подпрыгивала на месте, усаживая узкие джинсы на бедра. Они прилипали к коже. Нервы вибрировали.
— Парнишка уже полчаса стоит на лестнице, пока ты из кожи вон лезешь, чтобы быть самой соблазнительной штучкой для него.
Я остановилась и отдышалась.
Что я делаю?
Я ведь не собираюсь с ним больше спать. Не буду даже целовать.
И вот тут впервые я растерялась. Все мои знакомства с мужчинами вели к одному: секс. Это был язык, который я знала. Я флиртовала мастерски. Я соблазняла легко. Я умела касаться: как прелюдия, как тактика.
И сейчас я впервые не знала, как общаться с мужчиной. И для чего…
Куда мы движемся? Это свидание? Но зачем? И что потом?
У нас не будет будущего.
Мы в тупике собственных эмоций.
Я рассеянно опустилась на край постели, сжимая в руках блузку.
Пугало не это. А то что я все равно пойду к нему. Потому что просто не смогу иначе.
Я вышла к нему потерянной. Он оттолкнулся от перил и приблизился. Мы стояли на душной лестничной площадке. Воздух был как перед грозой. Он рассматривал меня с волнением.
— Хотела бы я выглядеть иначе, — я впервые почувствовала себя неуверенно наедине с мужчиной.
— И как же? — он понизил голос как-то эротично и коснулся меня своей грудью. А может, мне показалось, и это все мои воспаленные чувства? Но меня пробрало от него до самого нутра.
— Как в день нашей первой встречи, — я водила глазами по его лицу. Красивый мужчина, что сказать. Не оторваться.
— Не, не зацепила. — Он легко тронул прядь волос у моего виска.
— Да, я помню, как ты меня отшил, — я ухмыльнулась.
— Там была не ты, — он задумался, играя с моими волосами. — Я тебя другой запомнил. В моих трениках. — Улыбка. — Ладно, еще в душе. И в ванной, что поделать, — засмеялся. — В общем, без одежды даже привычнее.
Я опустила лицо. Моя кожа тогда была как шкура убитого животного. Застреленного из дробовика и освежеванного.
— Ладно, извини. Я заткнулся, — он нервно сглотнул. Он тоже не знал, что делать со мной. Мы были на неведомой территории.
— Мы с тобой будто идем в обратном направлении. Начали с конца, оттуда, куда все обычно движется.
— А движется все обычно к сексу, — он разочарованно кивнул.
— Разве нет?
— Ты очень мало знаешь о любви, — он нахмурился и потупил взгляд.
— А о ней понятия не имею.
Он вскинул лицо.
— Правда что ли, никогда не влюблялась?
— В меня влюблялись, — кивнула. — Не любили никогда, но влюблялись часто.
Слишком.
— Я не это спросил, — он непонимающе изучал мои глаза.
— Этого мне было достаточно, — пожала плечами.
— Для чего?
— Для отношений.
— А отношения, это когда секс больше одного раза? — он поморщился.
— Что ты пытаешься сделать? — я злилась. — Унизить? Пристыдить?
— Понять, — он выдохнул. И этим разоружил.
— Если не влюбляешься, отношения не твоя проблема. Они тебя не касаются, — я смотрела невозмутимо.
— Твои же отношения тебя не касаются? — он выплюнул смешок. — Гребаный болт, — потер лицо, — это как вообще?
— Это значит, не заденут за живое даже по касательной, если что.
— Если что? — его глаза вспыхнули.
— Если есть еще и девочка-ветеринар, например! — я швырнула в него, будто камень. Он осекся тут же, сглотнул и опустил глаза. То-то же, умник. Мы помолчали немного.
— Я к тому, что между нами все уже случилось. Повторять не будем, что дальше?
— Это все было не то, не понимаешь? — он снова поймал мой взгляд. Я не понимала. — Поэтому не удовлетворяет.
— Мне еще никогда не говорили, что секс со мной плох, — я ухмыльнулась.
— Я не это сказал. Мне мало того, что у нас было. Мне тебя мало, — он взял меня за плечи.
— О, замуж позовешь? — я рассмеялась, нервно и резко. В глазах защипало. Слезы подступили моментально. Когда я стала такой размазней? — Уймись, романтик, таких как я замуж не зовут.
Голос дрогнул. Горло пересохло.
Его лицо потемнело.
Я отвернулась на долю секунды, будто могла убежать от этого, от себя, от него.
Выдохнул. Шумно, тяжело, будто клочок воздуха — это все, что в нем осталось.
Он был уставшим до дрожи. Не от дороги. От нас. От меня.
Мне лучше уйти. Я хотела отступить, как вдруг…
— Я люблю тебя, дура взбалмошная, — он выпалил почти без голоса.
Его пальцы вцепились в мои плечи. Неуверенно, судорожно. Словно хватались за плоть, чтобы не утонуть. Лицо все еще опущено, дыхание сбито. Он будто сражался сам с собой, проигрывая на моих глазах.
Он привез с собой из Москвы тяжелый груз. Он притащил эту боль. Эту растерзанную, рвущую на части любовь. И бросил плашмя передо мной с оглушающим грохотом.
И теперь мы застряли в душном, тесном подъезде, среди облупленных стен. Рассыпавшиеся, как бисер. Без нитки.
— Рома…
— Заткнись, — он резко вскинул голову. Щеки горели. Глаза пылали. Пульс бился в вене на лбу. — Заткнись, Варь. Пошли уже отсюда на хрен, — и прежде чем я успела что-то сказать, он схватил меня за руку и потащил вниз по лестнице.
Я послушно шла за ним. Без слов.
_____________________________________________________________________________
Если втянулся — закидывай к себе в библиотеку.
Если понравилась история — маякни мне лайком.
Мне радость несусветная, а тебе плюсик в карму.
Эпизод 20. Самое неуместное счастье в мире
Варя
Он открыл дверцу и буквально усадил меня на пассажирское. Его ладонь обожгла мое бедро, случайно, но слишком живо.
Я заметила, как он остановился, обходя машину, и обхватил голову. Вся его фигура согнулась, как под тяжестью чего-то невидимого.
Кажется, мы в полном дерьме.