Чтение онлайн

Все побледнели от неожиданного удара. Сунь Вэнь вздохнул:

— Такова, видно, воля неба! — Он помолчал немного. — Но тут наверняка кроется еще что-то: иначе Чэнь Цин сообщил бы о себе шифрованной телеграммой. Я считаю, что необходимо послать в Шанхай толкового и осторожного человека, который мог бы узнать, что произошло с Чэнем…

Ян Юньцюй вскочил со стула.

— Разрешите поехать мне!

— После случая с боеприпасами таможенники обыскивают особенно тщательно, так что будьте начеку! — предостерег Морган.

Ян рассмеялся:

— В мире никогда не было революционеров, которые боялись бы смерти! Как бы тщательно они ни обыскивали, меня это не остановит!

Морган с улыбкой взглянул на Сунь Вэня.

— Смелость господина Ян Юньцюя показывает, что за последнее время единство рядов вашего союза укрепилось еще больше. В Англии мне тоже удалось основать одно общество. Оно называется «Союз друзей Китая» или по-английски «of China Friends Society». Центр его находится в Лондоне, а отделения — во всех странах мира, где оно сеет семена демократии и свободы. Если ваш союз поднимет восстание, наши товарищи все как один придут вам на помощь!

Сунь Вэнь поблагодарил гостя, и Ян Юньцюй отправился к себе собирать вещи. Выехав в Гонконг, он пересел на пароход, отплывающий в Шанхай.

Тут наш рассказ снова потечет по двум линиям. Начать придется с Ян Юньцюя, который через шесть дней добрался до цели. Здесь, в Шанхае, председателем отделения Союза возрождения Китая был очень способный и волевой работник Лу Чунгуй, которого с Ян Юньцюем связывала долголетняя дружба.

Сойдя на берег, Ян направился к Лу Чунгую и поселился у него на квартире. Лу работал переводчиком на телеграфе и всегда был отлично осведомлен обо всех международных новостях, но даже он не знал, куда исчез Чэнь Цин. Обрадованный приездом друга, Лу Чунгуй бегал с Ян Юньцюем по городу и изо всех сил помогал ему наводить справки. Прошло десять с лишним дней, но сдвига никакого не намечалось. Ян не на шутку загрустил. Опасаясь, как бы его друг не заболел с тоски, Лу Чунгуй однажды вечером ворвался к нему в комнату и радостно воскликнул:

— Юньцюй! Довольно тебе киснуть! Пойдем прогуляемся хоть разок! Ты знаешь наложницу покойного лауреата столичных экзаменов Фу Цайюнь?

— Это та самая, которая умудрилась сфотографироваться вместе с германской императрицей? — спросил Ян Юньцюй. — Что с ней сейчас?

— Она покинула семью Цзиней, переменила имя и открыла веселый дом в квартале Счастье ласточки [328] . Вчера мы пировали в ресторане, и я уже приглашал ее к себе. А сегодня я сам решил устроить пирушку — специально, чтобы развлечь тебя!

Не желая слушать возражений Ян Юньцюя, он схватил его за руку и потащил за собой. У ворот их ждала коляска. Свистнула плеть, раздался крик возницы, и повозка в одно мгновение оказалась в квартале Счастье ласточки.

Когда друзья поднялись к Цайюнь, выяснилось, что ее ненадолго вызвали в какое-то другое место. Здесь было лишь несколько модных девиц, которые буквально сбились с ног, стараясь угодить многочисленным гостям, переполнявшим три комнаты заведения. Для Лу Чунгуя был оставлен специальный кабинет.

— Господин Лу, — засмеялась девица Амао, строя ему глазки, — вы уж извините нас: когда госпожа придет, она сама займется вами и постарается наверстать упущенное!

Лу Чунгуй улыбнулся в знак того, что готов ждать. Ян Юньцюй огляделся: комната была убрана богато и с большим вкусом. Широкая кушетка с парчовой обивкой, металлическая кровать с тонкой резьбой и ажурным пологом, на стенах — картины знаменитых художников, на полу — цветной русский ковер… Ян заглянул в следующую комнату. Там был уже накрыт стол, вокруг которого сидело множество гостей с благородными лицами.

Внезапно до слуха Ян Юньцюя донеслась гуандунская речь. Он весь обратился в слух.

— Повсюду ищут Чэнь Цина, а он, оказывается, удрал в Японию! — говорил один из гостей постарше. — Там мы его и встретили!..

— Все равно схватить его не удалось, — вставил другой. — Он целыми днями вместе с Амахиро Тацухаку обсуждает революционные проблемы!

— Даже если бы он сам лез мне в руки, я все равно бы его не взял, — возразил старик. — Что толку? Схватишь одного, а на его месте другой появится!..

Ян Юньцюй чуть не заплясал от радости.

— Слышишь? — толкнув в бок Лу Чунгуя, прошептал он. — Мы, можно сказать, железные туфли истоптали в поисках Чэнь Цина, а теперь без всякого труда узнали, где он!

— Что это за люди? — так же тихо спросил Лу. — Погоди, я сейчас узнаю!

Он махнул рукой Амао, которая стояла у окна в соседней комнате. Дверная занавеска была откинута; девушка заметила его жест и приблизилась.

Воистину:

Если хотите знать, что ответила друзьям Амао, прочтите следующую главу.

Вы уже знаете о том, что член Союза возрождения Китая Лу Чунгуй пригласил своего друга Ян Юньцюя к гетере Фу Цайюнь, недавно открывшей заведение в квартале Счастье ласточки. И тут, прислушавшись к разговору гостей, сидевших в соседней комнате, они узнали, куда скрылся от гибели их товарищ.

Я думаю, когда читатель дойдет до этого места, он непременно скажет, что мы отклонились от главной темы: ведь я не рассказал, что случилось с Цайюнь после того, как она с госпожой Чжан выехала из столицы. К тому же читатель вправе недоумевать, каким образом Цайюнь, твердо пообещавшая целый год соблюдать траур по мужу, убежала из дому немедленно после прибытия на юг.

Здесь я прошу читателя извинить меня за то, что у меня всего один язык, неспособный говорить сразу о двух вещах. Если вас действительно интересуют приключения Цайюнь, позвольте мне рассказать о них с начала до конца. Как известно, наложница еще при жизни Цзинь Вэньцина вступила в связь со знаменитым исполнителем военных ролей Сунем Третьим, который занял оставшееся вакантным место Афу. Их знакомство состоялось в ресторане «Звезда литературы», на праздновании дня рождения начальника отдела департамента дворцовых дел Гуань Цина.

Дело в том, что Гуань Цин некогда был главарем столичных лоботрясов и очень любил театр. Его дочь, по прозванию Пятая красавица, на самом деле не блистала красотой, но зато отличалась весьма вольным поведением. Переодевшись в мужское платье [329] , она частенько захаживала в рестораны и так же, как отец, слыла в Пекине заядлой театралкой. Поэтому сейчас, когда по случаю дня рождения в ресторане решили устроить спектакль, на него были приглашены чуть ли не все знаменитые актеры столицы. Среди них оказался, конечно, и Сунь Третий.