Чтение онлайн

Цянь Дуаньминь нахмурился.

— Неужели Юй Минь занимался подобными делами?

— Конечно! Он ведь три года служил весовщиком, сколотил миллионное состояние и даже купил должность начальника отдела в министерстве налогов. Потом, не знаю каким образом, он стал кандидатом на пост начальника области; когда его вдруг назначили на первую же освободившуюся вакансию, все были очень удивлены. Впрочем, как бы низкие существа ни ловчили, они не укроются от всевидящего ока императора, и это глубоко меня радует!

Цянь Дуаньминь хотел ответить, но вспомнил, что перед окном уже несколько раз появлялся привратник с визитной карточкой в руках и что Гун Пин неоднократно поворачивал туда голову. Зная, что министра дожидается еще один посетитель, Цянь встал и попрощался. Гун Пин из вежливости попытался удержать его, но тут же сдался и радушно проводил Цянь Дуаньминя до главных ворот.

Не будем рассказывать о том, как Цянь, покинув дом Гун Пина, навестил Юань Сюя, чтобы попросить у него ходатайства перед Ян Ичжу, а вернемся к министру, который, проводив Цянь Дуаньминя, увидел привратника, направляющегося к нему с высоко поднятой визитной карточкой в руке.

— Кто принимал гостя? Мой племянник? — спросил Гун Пин.

— Нет, младшего господина давно нет дома! — ответил слуга.

В этот момент министр уже подходил к гостиной. Сквозь стеклянное окно он увидел, что на кане сидит красивый юноша в круглой шапочке из черного бархата, украшенной драгоценными камнями: огромной, отливающей сизым блеском жемчужиной и разноцветным «кошачьим глазом». Сзади спускалась длинная коса в три пряди, черная, словно лак, и блестящая, точно зеркало. На юноше была голубая, как небо после дождя, куртка из чжанчжоуского [253] бархата с пионами, стянутая поясом с многочисленными нефритовыми подвесками. Лицо его было заслонено перилами, и Гун Пин сразу не узнал юношу: у него лишь осталось ощущение чего-то нарядного и яркого. «Кто это может быть? — подумал министр. — Неужели гость такой блестящий?» Но в этот момент привратник, указывая на приемную, воскликнул:

— Да ведь с ним сидит наш молодой господин Чжугуань!

Министр узнал наконец своего внучатого племянника. При виде деда, входящего в гостиную, юноша поспешно отошел в сторону, постоял немного, а потом, воспользовавшись тем, что министр занялся гостем, незаметно выскользнул из приемной и пошел вдоль галереи, ворча:

— Черт знает что! Столько времени убил на этого дуралея. Не везет же мне! — И, шурша одеждой, скрылся.

Как вы думаете, кто был новый гость, которого принял министр? Им оказался Юй Банли, с которым Цзинь Вэньцин встретился в сельской гостинице, богатый шаньдунский помещик. Купив звание кандидата в начальники области, Юй много лет ждал в Нанкине вакансии, но так ничего и не добился. На этот раз он захватил несколько десятков тысяч серебром и приехал вслед за Чжуан Нанем в Пекин, чтобы стать чиновником и удовлетворить наконец свое честолюбие. По дороге Чжуан так мастерски расписал ему различные ходы и нарисовал картину столь легкого достижения заветной цели, что Юй Банли пришел в совершенное неистовство. Однако, куда он ни совался по приезде в столицу, покровители ускользали от него, словно отражение луны в воде. Юй загрустил и попробовал было нажать на Чжуан Наня, но тот обругал его, заявив, что Юй Банли в этих делах полный профан и не знает даже «четырех секретов» в завязывании знакомств. Юй был поражен:

— Что это за «четыре секрета»? Я не понимаю.

— Ну вот видишь! — захохотал Чжуан Нань. — Я же недаром сказал, что ты профан! Слушай, я тебя научу: «четыре секрета» — это волшебный плот, с помощью которого можно всегда удержаться на поверхности; чудодейственный талисман, благодаря которому можно влезть даже в собачью конуру! Их нельзя не знать. Первый секрет — в умении ждать, второй — в презрении к деньгам, третий — в способности проглатывать неудачи, четвертый — в отсутствии стыда. Ты даже первой заповеди не можешь выполнить, а еще хочешь чего-то добиться!

Юй Банли был посрамлен и согласился терпеливо ждать.

Вскоре они услышали, что освобождается вакансия на должность начальника шанхайской области. Ее считали самым роскошным местом в Китае, так как из одних процентов с таможенных доходов можно было в год выколачивать миллионную прибыль. Верно говорит пословица: «После шар-рыбы все блюда покажутся безвкусными». Так в сравнении с должностью начальника шанхайской области покажутся неинтересными все другие места, — недаром у Юй Банли потекли слюнки! Но он лишь ласково просил Чжуан Наня что-нибудь придумать, не решаясь открыто торопить молодого бездельника.

В конце концов события сложились столь удачно, что Юю выпало счастье несколько дней побыть начальником шанхайской области.

А дело было так: однажды Юй Банли от нечего делать решил сшить себе модную одежду. Он отправился в платяные ряды возле Задних ворот и забрел в лавку «Всеобщее процветание». Хозяин этой лавки, по фамилии Го, числился портным, но бывал во дворце и поддерживал самые тесные связи с титулованными особами. Заговорил он о чиновничьих делах и с Юем, спросив, почему тот не попытается стать начальником шанхайской области. Юй ответил, что не видит никаких путей к этому.

Го даже подскочил от возбуждения.

— У меня есть один прекрасный способ! Хотите попробовать? Говорите скорей!

И портной, отчаянно жестикулируя, начал пояснять свою мысль:

— Конечно, основной и самый широкий путь лежит через главного евнуха Ляня: он старый пройдоха. Но недавно открылась еще одна дорога, о которой мало кто знает! — Он наклонился к уху Юй Банли и прошептал: — Ведь придворный историк Вэнь Динжу сейчас является наставником императорских наложниц! А он — мой старый клиент. Если хотите связаться с ним, я вам помогу. Гарантирую, что все пойдет как по маслу!

Юй Банли, который давно считал свое положение безвыходным, услышав его слова, приободрился. Он горячо поблагодарил портного и пообещал в случае успеха солидное вознаграждение. С тех пор хозяин Го начал повсюду за него хлопотать, и хотя Юй Банли ни разу не видел в глаза придворного историка Вэня, портной вел переговоры между обеими сторонами. Не прошло и десяти дней, как все было почти улажено: оставалось лишь подождать императорского указа и ехать на должность. Незачем описывать радость, переполнявшую Юй Банли. Каждый день он обивал пороги влиятельных лиц из Государственного совета, Императорской канцелярии, Шести министерств и Девяти ведомств, подготавливая себе почву для дальнейшего продвижения. Из этих же соображений в описываемый нами день он запасся крупной взяткой для того, чтобы попасть на прием к министру Гун Пину. Собственно, с министром он хотел увидеться просто так, в порядке визита, и никаких особенных просьб к нему не имел. Гость и хозяин уселись. Гун Пин произнес несколько обычных вежливых фраз, Юй Банли отвечал ему в тон, и тем важнейшая цель его посещения была исчерпана. Министр уже хотел предложить гостю чай и выпроводить его, как вдруг у ворот показался молодой человек. Он поспешно подошел к Юю и, наклонившись к нему, прошептал несколько слов, одновременно передавая в его руки маленький конверт.

Юй Банли тотчас засунул письмо в рукав, и на лице его появилось отсутствующее выражение. Он не заметил даже чая, который предложил ему министр, и очнулся только тогда, когда слуги, стоявшие под галереей, вдруг разом крикнули:

— Провожаем гостя!

Воистину:

Если хотите узнать, что так ошеломило Юй Банли, прочтите следующую главу.

Мы остановились на том, что Юй Банли, сидевший в доме министра, вдруг пришел в страшное замешательство. Как вы думаете, почему? Дело в том, что молодой человек, подошедший к Юю, был его любимым слугой Юй Сином, с которым он не расставался ни днем ни ночью. Приехав в столицу, Юй Банли поселился в гостинице «Преуспеяние» и каждый день, отправляясь с визитами, на всякий случай оставлял Юй Сина дома. Теперь, когда слуга неожиданно пришел в дом министра, Юй Банли решил, что произошло что-то из ряда вон выходящее, и сердце его запрыгало.