Чтение онлайн

Они спустились по каменной лестнице в огромный подвал, основная часть которого была отведена под спортивный зал. Подойдя к дальней стене, Генри провел рукой перед экраном огромного плоского телевизора. Раздался легкий щелчок, и часть стены отъехала в сторону, открывая длинный и довольно широкий коридор с множеством дверей.

– Человеческие объекты оказались самыми восприимчивыми, – продолжал ученый, пока они шагали по ярко освещенному коридору. Народу вокруг не наблюдалось: немногочисленный состав частной лаборатории был слишком занят, чтобы бегать туда-сюда.

– У нас было пять людей. – Генри вернул планшет собеседнику. – Почему в итоге выжила лишь одна… особь?

– Кто-то не выдержал процесса перестройки внешности, несмотря на наркоз, кто-то дал негативную реакцию на сам мутаген. Человек слаб… но тем не менее его организм весьма гибок и умеет приспосабливаться. Если выживает, конечно. Нам сюда. – Ученый приложил руку к сенсорному устройству рядом с темно-синей металлической дверью. Стараясь «держать» лицо, Генри шагнул следом за ним, в просторную лабораторию, стерильно-холодную и наполненную чуть слышным гулом многочисленных приборов.

Центром внимания была большая прозрачная капсула, похожая на те, что мелькают в фантастических фильмах. От нее отходили многочисленные провода и разноцветные трубки, прикрепленные к приборам, которые окружили капсулу. Подойдя ближе, Генри чуть наклонился вперед, скрестив пальцы рук за спиной.

Дыхание его на миг сбилось. Пусть он знал, что должен был увидеть, но все равно испытал немалый шок. Шок и радость пополам с недоверием от понимания, что, кажется, получилось.

За стеклом, слово Спящая красавица, лежала Лиза. Те же темные волнистые волосы, милое лицо с пухлыми губами и длинными ресницами, даже родинка на правой скуле. Правда, в отличие от оригинала, эта девушка пока напоминала куклу в рост человека. И лишь едва заметное дыхание говорило о том, что перед Генри живой человек.

Не человек, тут же поправил себя мужчина, а вампир. Не носферату, а настоящий, полноценный вампир.

Не обращая внимания на собравшихся здесь ученых и лаборантов, Генри медленно провел рукой вдоль стекла капсулы и прошептал едва слышно:

– Элиза.

Вспоминая при этом вовсе не современную молодую девушку Лизавету, летевшую сейчас в Вену, а свою первую любовь. Которую потерял два раза: больше ста лет назад и год назад. До сих пор где-то в глубине его сердца то и дело принималась ворочаться застарелая боль от понимания, что все это время Элиза была жива. И страдала от его ошибки, совершенной под влиянием чувств.

Но больше он так не ошибется. И новая Элиза станет полноценным здоровым вампиром, чтобы провести с ним очень долгое время. Ради этого стоило рискнуть многим.

Удивительно, как он раньше не решился на подобное. Не провел бы столько лет в одиночестве или поиске замены.

– Я попрошу всех покинуть помещение. – Генри произнес это, не отрывая взгляда от застывшего лица девушки. – Бартос, ты останься.

Довольно высокий мужчина лет сорока, со строгим профилем и седыми висками, беззвучно приблизился к Старшему вампиру. На нем также был белый халат, но, в отличие от остальных, Бартос не был ученым. Когда-то он считался весьма неплохим магом-целителем, но затем увлекся экспериментами, которые не очень понравились остальным. Наверное, потому, что Бартос предпочитал проводить свои интересные опыты на людях. Так что теперь этот импозантный мужчина находился в розыске, а Генри предоставил ему укрытие в обмен на кое-какие услуги.

– Рассказывай, – велел ему Старший вампир, продолжая любоваться «своей» Лизой. Ему безумно хотелось коснуться ее, ощутить прохладную кожу, пропустить сквозь пальцы мягкие локоны, но Генри понимал, что пока что трогать «объект номер тринадцать» не следует. Работа еще не закончена.

– Ее зовут Елена… – начал было Бартос, но Генри нетерпеливо перебил его.

– Мне неинтересно, как звали ее, сейчас она – Элиза. Ее сознание осталось прежним? Есть признаки безумия носферату?

– Нет. Но пока она лишь внешне похожа на вашу, кхм, возлюбленную. Осталось самое сложное. Я возьму госпожу Хвощинскую и привезу сюда для проведения последнего этапа. Господин Блэк, я сразу хочу предупредить, что слепок сознания чаще всего крайне негативно сказывается на том, у кого его делают. Вас это смущает?

– Нет. – Генри перевел взгляд на собеседника. – Но постарайся избежать последствий. Та женщина все же была мне дорога. И она родственница моей Элизы.

– Постараюсь, но если придется выбирать между последствиями и точностью снятия слепка?

– Мне нужна точность.

Едва заметная улыбка промелькнула на тонких губах Бартоса.

– Я так и думал. Тогда начинаю поиск?

– Я скинул тебе все данные, так что начинай. И не отвлекай меня. – Мужчина еще раз провел рукой над стеклом, выдохнул едва слышно: – До скорой встречи, Элиза.

Прямых рейсов до Вены из их города не было, так что пришлось еще три часа бродить по Шереметьево. А вот уже после пересадки Лиза не выдержала и провалилась в беспокойный сон, наплевав на все. Саша тоже задремал, даже во сне продолжая прокручивать в голове расписание конференции. Что же снилось девушке, так никто и не узнал, но явно не Генри. Так как проснулась Лиза достаточно бодрая и повеселевшая. После воплей Алексы все манипуляции с сонниками теперь казались глупыми и детскими. Лиза даже хихикнула, вспомнив, как сидела на краю ванны и листала книжки. Да уж, она точно неадекватная бывает временами.

В просторном, полном утреннего света здании аэропорта они получали багаж. Оставив Сашу в зоне выдачи багажа, Лиза пробежалась немного и успела отбиться от пары стихийно возникших поклонников. После чего вернулась к парню и пожаловалась, что умирает от голода.

– Как ты еще на ногах держишься на таких каблуках! – Саша посмотрел на бежевые туфли подруги. – Я же говорил, что лучше кроссовки.

– Я в Вене и в кроссовках? – возмутилась девушка, стараясь не морщиться и не хромать. Ноги и впрямь побаливали после многочасового перелета, хотелось снять чертовы туфли и часик полежать.

Но на это не было времени! Синие Лизкины глаза горели в предвкушении трехдневной прогулки по Вене. Но если Алекса в первую очередь ринулась бы изучать сам город, то шатенку больше интересовали бутики, клубы и развлекательная жизнь города. Музеи, исторические места и просто экскурсии вызывали у нее приступы зевоты и сонливости. Так что, выйдя из аэропорта и вдохнув чуть прохладный воздух, Лиза поняла: может, оно и к лучшему, что Алекса отказалась. Иначе спорили бы до хрипоты, куда надо идти в первую очередь.

– Саш, – поинтересовалась она у парня, когда они садились в автобус, – а наш отель далеко от центра? А ты когда на саму конференцию? А где она будет?

– Мы будем жить в Enziana Hotel Vienna, совсем рядом с Ботаническим садом Венского университета. – Саша достал планшет и открыл карту, которая не сказала Лизе ровным счетом ничего. – Видишь, мы будем здесь, а вот тут пройдет конференция. Пешком можно за двадцать с небольшим минут дойти.

– Ага, ага, – Лиза выхватила у Саши планшет и вчиталась, чтобы через пару минут завопить обиженно: – А почему нас не поселили в Гранд-отеле «Вена»? Почему там будет проходить только конференция? Эй, смотри, как там клево!