Чтение онлайн

– Поттер, - неожиданно процедил Малфой сквозь зубы, не открывая глаз.

– Что, Малфой?
– кажется, голос не дрожит, ура.

– Спасибо, что спас мне жизнь.

??? В один день и извинение, и благодарность от самого расслизеринского из всех слизеринцев?!!

Очень кстати вернулась мадам Помфри и принялась суетиться над покрытым синяками и ссадинами Гарри, вертя его, как куклу, и нанося мазь. Очень, очень кстати с точки зрения самого Гарри, и просто чертовски невовремя с точки зрения слизеринской сущности Золотого Мальчика.

Неугомонная Гермиона не забыла о плане исследовать бесхозные архивы Хогвартса втайне от бдительного взора мадам Пинс. Поздно вечером она вломилась в спальню мальчиков, «тихим» шёпотом возвестив:

– Гарри! Рон! Пора!

Невилл помидорно покраснел, стремительно натягивая на себя одеяло, хоть он и был в пижаме. Симус Финниган, в одних плавках сидевший на кровати и сосредоточенно изучавший конспект по Трансфигурации, недовольно пробурчал, не поднимая головы:

– Гермиона, ты так точно доведёшь кого-нибудь из нас до инфаркта. Разве можно так врываться?

– В уставе Хогвартса не написано, что нельзя, - парировала девушка.

Дин Томас негромко рассмеялся, Рон попытался скрыть зевок (он рассчитывал на спокойный сон, наивно надеясь, что Гермиона за день забыла о своих планах). Гарри с искренним удивлением уточнил:

– А у Хогвартса есть устав?

– До сегодняшнего вечера - был, - фыркнула Гермиона.
– Когда же я вас обоих приучу читать?!

– Никогда, - с содроганием сообщил Рон, выползая из-за полога одетым.
– Миона, ты уверена, что нам обязательно нужно?..

– Обязательно!
– безапелляционно отрубила Гермиона.

– Рон, сопротивление бесполезно, - Гарри торопливо скомкал мантию-невидимку и сунул в карман джинсов.
– Идём.

– Куда это вы?
– заинтересовался Симус, поднимая голову от тетради.
– Отбой уже был.

– По делам, - туманно сказал Гарри и вышел из спальни следом за Гермионой и Роном.

Под мантией они втроём помещались уже с трудом; хорошо ещё, никто из них не был толстым, зато Рон вырос невероятно долговязым и взирал на мир вровень со Снейпом и сверху вниз на всех остальных. Ноги, возможно, и были видны, но совсем чуть-чуть. К тому же с собой у них была бесценная карта мародёров, на которой чётко высвечивались имена Филча и миссис Норрис, в данный момент торчавших где-то в слизеринских подземельях и медленно перемещавшихся по коридору.

– Alohomora, - шепнул Гарри, коснувшись замкА библиотеки кончиком палочки. Всё равно он один из всех троих держал палочку наготове из-за карты.

Дверь, недовольно скрипнув, отворилась. Гриффиндорское Трио прикрыло её за собой, заметая следы, и, с облегчением сбросив мантию, прошагало сквозь библиотеку, возглавляемое Гермионой.

Проход в архив открылся так же просто; похоже, никому не приходило в голову, что студенты могут полезть в старые чужие документы. Да кому в здравом уме они сдались? «Я уже пришёл к выводу, что я псих, - мысленно усмехнулся Гарри.
– По другому поводу, правда, но какая разница?».

Горы бумаг, карточек, тетрадей, книг (личные дневники?), пожелтевших и ветхих и запах пыли и покрытых вязью чернил страниц. Темно, но в узкое (зачем старым бумагам большое?) окно падало немного лунного света. Серебристого, как глаза Малфоя… Драко… «О ЧЁМ Я ДУМАЮ??!!!».

– Lumos, - три волшебных огня вполне сносно осветили комнату на тридцать шагов вперёд.

– Так, где же они?
– Гермиона сунула свою палочку Рону и опустилась на колени перед ближайшей стопкой исписанной бумаги.
– Та-ак… это у нас результаты СОВ за прошлые года, резервные копии. Последний год… мм… два года назад, как раз наши! Очевидно, ближе ко входу то, что поновее. А нам надо изучить документы примерно двухвековой давности.

Гриффиндорское Трио разделилось и принялось, пройдя немного вглубь, изучать бумаги, ища на них в первую очередь даты. Гарри перебирал хрупкие листки, таращась на них невидящим взглядом. Списки отсутствовавших в спальне после отбоя сто двадцать три года назад, дневник наблюдений за скучечервями преподавательницы ухода за магическими существами Мелинды Лисс - и что в них, спрашивается, можно такого наблюдать?
– чьи-то сочинения по самым разным предметам с разными оценками, выставленными опять же разными почерками, выцветшие до нечитаемого состояния рецепты алкогольных коктейлей, записанных трясущейся рукой на салфетках, и записка. Написанная твёрдо и уверенно, лишь пожелтевшая; чернилам года ничего не сделали: «Милый Дарри! Ты знаешь, я по тебе очень скучаю в последнее время. И, учитывая, что со времени того скандала с Малфоем воздух светской жизни перестал быть мне мил, я решил, что нам нужно совместить приятное с полезным. Как насчёт того, чтобы я стал одним из преподавателей Хогвартса? Ты же помнишь, все мои ТРИТОНы были лучшими из возможных. И, поверь, с тех пор я ничего не забыл, совсем напротив. Например, в Трансфигурации я практикуюсь регулярно, да ты и сам наверняка это знаешь. Проверяй хоть сейчас. Так как? Убедился, хороший мой? Жду ответа в ближайшую неделю. Всегда твой, М. П.». Рядом с подписью была нарисована небольшая улыбающаяся рожица с растрёпанными волосами, чем-то похожая на то, что Гарри видел в зеркале каждый день.

– Герми! Посмотри, это не может быть частью того, что нам нужно?

– Ну-ка… - Гермиона погрузилась в чтение.
– Это оно, Гарри! Если здесь и есть ещё что-то касающееся твоего предка, оно должно быть здесь. «Дарри» - это, надо полагать, Даррен Уизли, бывший директором Хогвартса в ту пору, когда твой предок преподавал. Я читала, что их связывали романтические отношения до самой смерти Майкла Поттера. Не было доказано, но ходили слухи, что к этой смерти была причастна семья Малфоев.

– Ну правильно, чего ещё ждать от этих паршивых хорьков, - буркнул Рон.

– Р-романтические отно… шения?!
– Гарри показалось, от него во все стороны распространяются волны жара.

– Ну да, - пожала плечами Гермиона.
– А что такого? Даже магглы уже не обращают внимания, кто, как, с кем и чем занимается. А среди волшебников бисексуальность всегда была нормой.

– Любовь - это прекрасно, независимо от того, на человека какого пола она направлена, - меланхолично добавил Рон.
– Мне это мама сказала, когда я увидел целующихся Фреда и Джорджа.

– Фред и Джордж? Они… вместе? В этом смысле?

– Ну да. Они говорят, им так комфортней и проще. И ржут, советуя попробовать сделать это перед зеркалом, чтобы понять, каково им.

Гарри невольно рассмеялся и слегка умерил красноту лица.

– Ладно, мы говорим не о деле, - строго сказала Гермиона.
– Надо искать документы.

Они копались в бумагах полночи, но так и не нашли больше ничего, связанного с Майклом Поттером, если не считать пары счетов за канцелярские принадлежности и послания Майкла Поттера к тогдашнему завхозу о том, что «эти три лоботряса» заслуживают мытья всех унитазов Хогвартса, включая те, что в женских туалетах, собственными зубными щётками; речь шла о натворивших что-то шестикурсниках. Да, по-видимому, Майкл Поттер не был мягким человеком. Особенно если вспомнить про его сомнительное хобби - модернизация Круциатуса. Интересно, что это может быть за слово, которое позволит освободиться от всепоглощающей, рвущей на части, жгущей, лишающей всякого соображения боли? Хотелось бы его знать.

Глава 4.

Школа бурлила месяц. Каждый шаг Гарри, Святослава и профессора Паркера был отслежен десятками глаз и обсужден десятками голосов. Кто-то чрезвычайно «умный» сообщил об удивительном сходстве в «Ежедневный Пророк», и «ЕП», а после него и множество других колдовских средств массовой информации, весьма обстоятельно развил эту тему. Рита Скитер лично очень старалась. Строились самые глупые догадки и публиковались самые бредовые версии, начиная с высосанных из пальца описаний похождений отца Гарри в юности и заканчивая тем предположением, что Мальчика-который-выжил размножили магическим способом, неизвестным широкой публике, в целях защиты от Того-кого-нельзя-называть. Тут тоже были прения: то ли с Гарри Поттера сделали две копии, одному из этих получившихся троих изменили цвет глаз, скрыли шрам и отправили под выдуманным именем учиться, другому дали тёмные очки и отправили преподавать в Хогвартсе, и пусть, дескать, Вольдеморт гадает, который из троих настоящий. То ли копий сделали три, и все они обретаются в данный момент в школе магии и волшебства, а настоящий Поттер пребывает либо в астрале, либо в подвале у Дамблдора, где и постигает запредельные колдовские науки с целью окончательного убиения Тёмного Лорда. То ли настоящего Поттера похитил Вольдеморт, также откопировал, отправил эти копии в Хогвартс под разными именами (специально, чтобы всех запутать) и теперь зверски-злодейски и в страшном секрете пытает Золотого Мальчика, дабы либо переманить на свою сторону (как можно переманить пытками, никто особо не задумывался), либо выпить из него всю колдовскую силу и убить и уж тогда-то приняться со свежей энергией захватывать весь мир. Благо, то бишь не благо, а зло, уже некому будет ему противостоять.