Чтение онлайн

Иван поразился такому повороту событий, который означал резкий карьерный взлет, минуя сразу несколько промежуточных ступеней. Засомневавшись, он поделился своими опасениями:

– Скачек через должность? Пропустят ли? Да и готов ли я?

– Пропустят, пока нового начальника не прислали, я позабочусь. Готов, или нет, уже не важно, да и решать это мне и только мне. Потом может не быть возможности. Лешу я поставлю в смену тебе в помощь. Что б скучно не было. Вы вроде спелись?

Алексей Чернов с точки зрения Ивана обладал своеобразным взглядом на жизнь, но на него вполне можно было положиться.

– В смене наверняка будут обиженные девушки, так лучше рядом иметь Лешку, чем кого–то еще.

– Правильно рассуждаешь. Лешка не подставит.

– Когда начинать?

– В понедельник. Ты же хорошо отдохнул эти две недели, – начальник откровенно издевался, Иван лишь улыбался, – вот с новыми силами…

– Пойду, порадую Лешу.

– Давай.

Отгремели праздники дня города, традиционно проводящиеся на первых выходных месяца, а с ними и усиления по поводу массовых гуляний, последние солнечные сентябрьские деньки еще радовали теплом. Иван уже почти два месяца командовал сменой, и в целом у него получалось не плохо, по крайней мере, Старков претензий не предъявлял, хотя это традиционно был его фирменный стиль командования. Просто однажды раз, и старшим становился кто-то еще, а подборка с ответами на вопрос «почему» бывшему старшему смены выдавалась в приватной обстановке. Но Старков им был доволен, Иван это ощущал, и, чувствуя за спиной поддержку, а не взгляд надзирателя, рабочая атмосфера быстро стала комфортной. Первое время он сам проводил все свое свободное время просто сидя рядом с Иваном, изредка подсказывая что-то. Если что, всегда на подхвате рядом был Чернов, и Иван иной раз думал, что остальным старшим наверное не просто, они работают в одиночестве, все решения приходится принимать самостоятельно, женщины в смене работают по принципу «ты начальник – я дурак», помощи и инициативы от них не дождешься. Когда Иван решением Старкова перечеркнул кому–то из них надежды на повышение, женский коллектив тут же стал солидарным, хотя еще пару месяцев назад претендентки на должность были готовы загрызть друг друга насмерть. Впрочем, ему откровенно никто не вредил, так как конфликт с Иваном, как и с любым другим старшим, автоматически означал прямой конфликт со Старковым, а этого никому не хотелось. Но полностью рассчитывать Иван мог только на Чернова, и был рад, что у него в смене есть хотя бы один верный человек. Через месяц работы к Ивану пришло понимание, что вдвоем с Черновым они могут и без посторонней помощи решить любую задачу, а Старков незаметно переместился назад в свой кабинет.

Каждое утро после своей смены, Иван шел на доклад к начальнику центра, что все в порядке, и происшествий не случилось. Пока официального назначения не было, эти функции выполнял Федоров, который каждый раз, видя Ивана, пришедшего на доклад, ухмылялся, но никаких новых конфликтных ситуаций не возникало, пока однажды он не сказал:

– Зря я тебя тогда не взял. – Это признание было несколько неожиданным. – Ну да ладно. На доклад топай к начальнику в его кабинет. Назначили. Правда еще не представляли личному составу, но я не знаю, будут ли вообще это делать. Юрий Львович Красильников его звать. – Федоров выглядел несколько растеряно. А значит, что–то было не так.

Иван пошел в бывший кабинет Савельева с мыслями, кто там теперь хозяйничает. Постучавшись в дверь, Иван зашел в приемную. По ней ходил неизвестный Ивану невысокий мужчина лет 30–35 в форме с погонами майора, и синими лампасами на брюках, выдающими принадлежность этого человека к следственным органам, и рассматривал содержимое шкафов, а так же портреты всех предыдущих начальников почему–то МУРа на настенном календаре, над которым гордо возвышался портрет Путина.

– Товарищ майор, – обратился Иван к нему, – а вы не в курсе, где новый начальник центра?

Неизвестный смерил его взглядом.

– А ты кто такой вообще?

– Старший дежурной смены лейтенант Рябов, – представился Иван.

– Слушаю тебя, лейтенант.

Иван удивленно захлопал глазами. Уж не разыгрывают ли его? Майор не может командовать центром, это должен делать полковник. В худшем случае - подполковник. По всей видимости, Красильников, а это был он, понял ход мыслей Ивана, и сказал:

– Ты вон лейтенант и командуешь сменой, это нормально? Я поинтересуюсь, почему это случилось.

Иван пришел в себя, доложил как полагается об отсутствии происшествий, и вручил ему текущую документацию.

– И что мне с этими бумагами делать? – этот вопрос снова поставил Ивана в тупик. Потому он не нашел ничего лучше, чем сказать:

– Не имею ни малейшего представления, что начальники делают с текущими документами.

Красильников снова смерил его взглядом с ног до головы.

– Ладно, свободен.

Иван вышел, и направился к Старкову. Постучал, открыл дверь в его кабинет. Тот стоял спиной к двери, присев на свой стол и смотря в окно на реставрируемый православный храм. Иван деликатно кашлянул.

– Заходи, Вань. – Старков развернулся и сел в свое кресло.
– Излагай.

– Был у начальника. Познакомился.

– Ага, я уже в курсе кого нам прислали.

– Федоров меня не предупредил, не удобно получилось. – Иван рассказал, как сходил на доклад.

– Не волнуйся, я на совещании ему расскажу, почему именно ты командуешь сменой. Такому назначению удивляются другие люди, с гораздо большими звездами, чем у тебя на погонах, он забудет о тебе, ты ему не интересен. А Федоров… Что с него взять…

– Как майор из следствия может командовать информационным центром? Я не понимаю… У нас же своих кандидатов достаточно.

– Например?

– Начальники отделов. Вот вы, например.

– А ты не задавался вопросом, почему я не подполковник, хотя должность и сроки службы мне позволяют получить это звание?

– И почему?

– Наверное, что бы майоры из следствия себя не слишком некомфортно ощущали при подчиненных, которые старше по званию. Ты на свой счет не бери, у тебя совсем другая ситуация. Тоже, конечно, не должно так быть, но у нас просто толковых людей нет. Но начальник один, а подчиненных - сотня. Так что руководить центром желающих думаю дофига. Значит талантливый следователь, раз самым достойным оказался. На столько, что из юриспруденции с легкостью в информационные технологии окунется. – Старков скептически улыбнулся. – Да все ясно. Он посидит тут несколько лет, соберет звезд на погоны, может даже досрочно за выдающиеся успехи, и пойдет дальше на повышение.

– Понятно… Порядки тут… Лучше б я армии год отдал и был бы свободен уже.

– Уже поздно рыпаться, Вань. А что лучше, что хуже – не жалей об упущенном. Иначе очень грустно будет в итоге. И потом, ты думаешь там не так? Здесь ты офицер хотя бы. И ты на своем месте, ничье не занимаешь, в отличие от некоторых. А там кем бы был? Рядовым? Вот то–то и оно. И это не твое место. Может быть, Чернова, это да. И то, мы из него смогли сделать офицера, не на бумаге, реального, значит он стоит больше.

В кабинет сначала постучались, затем Чернов заглянул в кабинет.

– А вот и он! Леша, заходи. Я вам что хотел сказать. Наше доброе руководство присылает нам помощь, – Старков достал лист, – в лице старшего лейтенанта Сысоева Ярослава Львовича, 1986 года рождения, выпускника Университета МВД.

– Ан он случайно не родственник генералу Сысоеву из управления кадров? – спросил Чернов.

– Родственник и не случайно. Только странно другое, почему его к нам отправили, а не пропихнули к гаишникам например. Потому появиться – аккуратней с ним. Посмотрим что за человек.

– Ясно.

– Тогда свободны оба, идите, отсыпайтесь.

За окном шел снег с дождем, ноябрь начинался со слякоти, что не добавляло настроения Ивану, в который раз объяснявшему Сысоеву, какие ошибки он делает в общении с советской вычислительной техникой. Складывалось впечатление, что он сам не сильно хочет этого понять. Когда он появился в отделе, сразу стало понятно, почему ему закрыли дороги в более престижные подразделения милиции. Ярослав Сысоев был очень низкого роста, всего 165 см. В советское время, он бы вообще в милицию не попал. Теперь новые порядки и возгласы о равноправии и демократии сделали свое, рост перестал быть фактором, влияющим на примем на службу в милиции. Но что хорошо на бумаге, не всегда работает в жизни, и обычные люди крайне скептически воспринимают маленьких милиционеров. Таким образом, для него, даже с профильным образованием, дорога была одна – кабинетная работа, за стол.