Чтение онлайн

Теперь к началу книги. По титульному листу вилась надпись, сделанная кривым и малочитаемым почерком: «Се есть книга могущества великих магов и рыцарей Вальтьофа и Эйнунда. Да поразят все беды мира дерзкого, посмевшего посягнуть на тайны ее!»

Посягнули. И даже если на первой странице такой же книги, хранящейся в замке Баг, нет подобной надписи, беды мира дерзкого поразили. Если б только его одного…

Захлопнув книгу, я вернул ее на прежнее место.

Так. Разговаривать с кем-либо в Къольхейме бесполезно, все равно не поверят, нормальному человеку такое и представить сложно. Значит, как и собирался, буду искать Хельгу. А если уж и сестрица, которая по долгу службы постоянно имеет дело со всякими двуногими чудовищами, творящими неописуемые гнусности, в словах моих усомнится, останется только в гроб лечь, а туда сильно не хочется. Так что вперед, доблестные хессе, спасая мир, себе поможем!

Хоть в чем-то когда-то должно повезти: Хельгу я нашел быстро. Встретились на тропе, на полпути от Къольхейма к трактиру. Сестрица уже кой-чего узнала, о многом догадалась и двигалась в верном направлении. Как говорится, вся кхарнова шерсть для веника была у нас в руках, оставалось найти веревочку, чтобы связать.

Ехали рядом, стремя к стремени, и рассказывали друг другу то, о чем удалось разведать. Кошмарная, омерзительная история все больше становилась правдой.

– Торстейн Родъер основательно влез в долги. А может, просто вытянул из семьи все, что можно, подчистую, а развлечений и удовольствий хотелось по-прежнему. Наниматься на службу лень, а к королевскому двору его б, скорей всего, не приняли, там своих, более титулованных бездельников хватает. В то время как за уничтожение нежити храм Дода платит сразу и хорошие деньги.

– Но только не одиночкам, – уточнила Хельга. – Истреблять чудищ разрешено отрядам, состоящим не менее чем из семи человек, под предводительством опытного воина, хорошо вооруженным, взявшим патент храма или принадлежащим к какому-либо клану и действующим на своей земле. Одиночка вместо денег получит по шапке. Иначе таких умников, решивших обогатиться за одну охоту, хоронили бы пачками.

– Во-от, а я об этом не знал. Торстейн Родъер, скорее всего, тоже. Он же в столице жил, делами приграничья прежде не интересовался. А тут решил вывести своего «цепного» упыря, спустить его на хутора, может быть, прятать, чтобы не поймали, а потом убить и получить награду. Потом бы еще по округе проехал как спаситель от нежити, с благодарного народа дань собирая.

– Ларс, так говоришь, будто сам нежить выводил.

– Я читал. Есть такая сказка, «Кровные братья» называется. Там один брат… А, сейчас неважно. В общем, все один к одному.

– Сказка – это выдумка. Люди сочиняют то, чего не бывает на свете.

– Вот потому Родъер и не боялся, что кто-то заподозрит его в создании упыря. Хельга! Что в одном месте немыслимо, в другом обычная жизнь. Мы же и они… наши и вообще местные просто мыслим по-разному, другие правила. Вот, скажем, в городе блокхейн вообще возможен?

– Нет.

– Ну да, поединки, кончающиеся смертью, вне закона, Оле первый выйдет кровников по улицам ловить, и вся стража с ним. И плевать они хотели, кто за что кого угробил, нарушение закона, и все! Но ведь Гильдия убийц в Гехте есть?

– К сожалению.

– А для здешних это дикость – за отнятую жизнь деньги платить. Как-нибудь уж собственными силами. А упырь, в данном случае, он тоже наемник. Старший Родъер все знал или догадался. Потому и похороны устроил так быстро. Чтобы никто не проведал, как Торстейн умер, и чтобы… Ой…

– Да, – спокойно сказала Хельга. – Из тех, кого убил упырь, сами становятся нежитью или кровные родичи, или первая жертва. Эйнунд Родъер торопился похоронить сына, чтобы избавить его от такой участи. Может быть, это получится.

– Надо же народ поднимать, предупредить.

– Ларс, ты прав во всем, но больше всего в том, что никто не поверит. А тут еще блокхейн. Чтобы отвлечься от него, – губы сестры горько скривились, – нужны очень серьезные причины.

– Ты куда сейчас?

– На кладбище, – Хельга пожала плечами, и от движения этого отодвинулась пола плаща, открыв притороченный к седлу топор. – У дядюшки Бо в «Медвежьей ноге» на время взяла. На всякий случай. Но надеюсь, что есть время как минимум до завтрашнего утра. Потом, если удастся добыть доказательства, успею вернуться в Къольхейм за подмогой и чем-нибудь более подходящим. Сейчас хочу посмотреть, может быть, Эйнунд Родъер уже принял меры, чтобы упырь не поднялся, и нам не о чем беспокоиться.

– Я с тобой.

– Ларс…

– Я сейчас в Къольхейме абсолютно бесполезный человек. А на кладбище тебе может понадобиться грубая мужская сила. Передвинуть что-нибудь, подержать. Сестра, я тебя одну все равно не отпущу.

Хельга фыркнула, дала Реду шенкеля. Я направил Скима следом. Поворот на Къольхейм мы все равно уже проехали.

Глава 8

Клан Родъер не имел своего личного упокоища, только каменный склеп на погосте, на который свозили умерших со всей округи.

Снег вокруг красного гранитного куба был истоптан, но тут совсем недавно побывали провожавшие Торстейна.

Хельга одобрительно оглядела новый замок на железных дверях склепа.

– Не войти, не выйти. Ларс, у тебя сухарика или конфетки по карманам не завалялось?

Всем известно, что оставленная на пути у нежити человеческая еда заставляет тварь обходить ее стороной. Если положить съестное у двери, упырь из склепа не выйдет, места для маневра нет.

Жаль, но ничего, кроме потертой обертки от леденца, не нашлось. В Гехте Гудрун постоянно сует нам что-нибудь «на дорожку», но мы уже почти неделю находимся вне досягаемости домоправительницы, а все прежние запасы незаметно подъели.

– Жаль, жаль, – вздохнула Хельга, обходя глухой склеп кругом. – А ножик у тебя имеется?

– Дага.

– Давай.

Не успел я спросить, зачем сестре понадобился кинжал, как она с ловкостью профессионального взломщика вогнала острие в замок. Провернула, пошатала. Замок согласно щелкнул. Дверь в склеп открылась легко, петли недавно хорошо смазали.

– Не осквернение могил, а осмотр трупа… Юридически правомерное действие, – объявила главный прознатчик Гехта и переступила порог.

Никогда прежде такого не видел и, надеюсь, не увижу впредь. Изнутри склеп напоминал кухонный шкаф или лавку торговца. Полки в несколько рядов, а на них плотно стоят гробы и урны с пеплом. Вековая мертвенная чистота и бледный сумеречный свет, льющийся откуда-то сверху.

– Хельга, а так должно быть?

Крышу над склепом навели самую обычную, черепичную, при том из материала не лучшего качества. Сейчас в ней зияла огромная дыра.

– Чудесно, – ответила сестра, разглядывая разрушенный потолок склепа, будто там и вправду было нечто приятное глазу. – Вот тут упырь и вылез. Если его, конечно, отец родной через дверь не выпустил. Поднялся все-таки кровосос. Раньше, чем я думала. Просчиталась. Ларс, живо поезжай в Къольхейм, что хочешь делай, но пусть собирают новую облаву.