Чтение онлайн

— Разлёгся чего?! — Рыкнул колдун. — То есть, ни одного заклинания не знаешь, ни одной книги не читал магической? Во люди! А всё туда же — мир спасать!

Елисей встал, и поспешно отряхнулся.

— Ладно, ничего. Повторяй за мной, для начала — движения рук! — Быстро и красиво. Елисею показалось, что это элемент диковинного танца. Он попробовал повторить, но вышло грубо, неловко, нелепо. Аметист заржал. — Ну ты дерево, гибкости — ноль, смотрю! Грубая сила? Не, не пойдёт! Вот, показываю ну очень медленно, давай!

"Очень медленно" вновь не заняло и полминуты. "Интересно, а как тогда — быстро?" — С тоской подумал про себя парень.

Елисей чувствовал себя безнадёжно бездарным.

Но, Аметист выполнял действия вновь и вновь, без устали, и, казалось, с такой лёгкостью, и заставлял делать то же самое Елисея. Снова и снова, снова и снова. Уже сводило от усталости руки, уже солнце стояло совсем высоко, но опять звучало это "ещё" и Елисей повторял-повторял-повторял. Ещё! Ещё! Ещё! Ещё! Ещё…

— Наконец-то! — Вдруг послышалось вместо привычного "ещё". — Отдохни. — И Аметист сел прямо на траву, он явно тоже подустал, и сейчас был обычным человеком, совсем нейтральным. — Все почти заклятия произносятся мысленно, но есть одно, и сила его в словах. Если ты научишься грамотно произносить, верно расставлять ударение — это будет мощь. Слушай и запоминай! — И Аметист заговорил каким-то непривычным низким голосом, немного напевно, словно и впрямь плетя сетку слов:

Свет в глазах и в сердце пламя,

Пламя катится к рукам,

Тьмы пускай исчезнет знамя,

Свету сгинуть я не дам.

Мир вам!

Из души вперёд по венам

Свет несу, да будет свет!

Каждым словом я смиренно

Защищаю мир от бед!

Да будет свет!

Чистоту души открыто,

Я показываю вам,

Светом будет всё залито,

Свету сгинуть я не дам!

Мир вам! — И ангельские крылья, парень засветился весь, золото волос и улыбка, Елисей улыбнулся в ответ, и повторил:

— Мир вам!.. — И от одного этого "мир вам" внутри парня действительно зажёгся свет, глаза засияли чистой святостью.

— Может показаться, что оно длинное, но никогда не спеши, успокой сердце, успокой мысли, и взрасти силу внутри себя, ощути душой и сердцем. Парень встал, закрыл глаза. Руки запомнили "танец", руки двигались сами собой, и возрождая словно бы истинный свет, парень принялся произносить заклятие, чувствуя его каждой клеточкой кожи.

Вспыхнул свет, самый настоящий, самый яркий, он осветил всё, он ослепил даже самого Аметиста. Колдуна отбросило волной невероятной силы, дрогнула земля, и перед домом, на этой самой поляне ковром распустились крупные красивые цветы.

— А сила да, сила у тебя есть! — Одобрительно хмыкнул Аметист, поднимаясь с травы и срывая ярко-алый цветок. Елисей улыбнулся. Ему сейчас казалось, будто и не было часов тренировки, сила била через край.

…

После того, как Елисей ушёл, девушка уже не смогла уснуть.

Приведя себя в порядок, Мэри принялась за уборку дома. Для неё это было в диковинку — жизнь простой девушки. Не спеша, она вымела домик, вымыла пол, везде всё разложила и убрала, хоть и был Аметист аккуратным и поддерживал порядок дома, женской руки тут явно не наблюдалось.

После, Мария взялась за обед. Она боялась, что это у неё не выйдет, но всё вполне удалось, и, собрав приготовленное, она отправилась к мужчинам. Девушка знала, что теперь каждый день, они будут совершенствоваться в магии, готовиться к предстоящему великому бою.

Подходя к месту тренировки, Мария замедлила шаг. Оба мужчины сидели на земле, явно уставшие, выбившиеся из сил. Они о чём-то говорили, а потом Елисей произнес заклинание, и её отшатнуло мощью.

Всё же, его сила ещё причиняла ей боль. Она, кажется, отшвырнула даже самого Аметиста, который был рядом с парнем. Яркий ослепляющий свет, и ковер цветов, которые распустились прямо у её ног. А девушка, подняв глаза, встретилась прямо с небесно-чистым взглядом Елисея.

— Я вам обед принесла. Просто подумала, вам нужно будет восстановить силы! — И мягкая улыбка. Мария поставила корзинку прямо между мужчинами.

— А я… Цветы вырастил! — Рассмеялся Елисей, и, собрав букетик, подарил его я Марии. — А за обед и за заботу — спасибо!

Аметист, в свою очередь, тоже поблагодарил девушку, и накинулся на еду так, словно не ел никогда в жизни. Елисей посмотрел Марии в глаза и чуть смущённо улыбнулся. Теперь, глядя на неё, парень ощущал странное волнение — ведь в ней росла новая жизнь, и это был его, их ребёнок!

…

Люциус был не просто в бешенстве, не существует слов, способных описать охватившую его ярость. Какой-то недоучка-святоша разнёс его замок! Замок самого тёмного владыки! Да где это было видано?!

Такого не бывало от начала времён, да и то, низвергнуть Люциуса смог только его святоша-братец Давид.

И кто этот мальчишка, почему его связь с демоницей обернулась для него ещё большей силой? Неужели, то, что сказано в легенде, правда, и мир спасет лишь истинное крепкое чувство?

Вся эта история напомнила тёмному князю его дочь, которая спуталась с ангелом. Он был зол на сына, он был зол на самого себя, что не смог вовремя устранить мальчишку, а теперь… Да неужели он в одиночку сможет устранить легионы тьмы?! Нет, Люциус не верил в это. Если уж дело в этой девке, значит, следовало, убрать её. Теперь он точно решил.

— Вызовите ко мне Умберту! — Скомандовал владыка, так, что стены содрогнулись.

Через несколько минут в его кабинет вошел старший сын и покорно встал у дверей. Он прекрасно знал, что отец не просто в гневе, он в ярости, и что теперь ему не избежать наказания.

— Отец, я… — Но, не успев закончить слова, он тут же ощутил на себе магический удар, да, такой, что едва удержался на ногах.

— Молчать, когда я с тобой говорю. Если ты мой сын, это не значит, что тебе всё позволено! Ты хоть понимаешь, что из-за этой девки мы почти лишились власти?! Ты хоть понимаешь масштаб катастрофы?! Какой-то мальчишка явился в мой дом, и разнёс его без особого труда! Да, где это видано?! А все твои проблемы крутятся возле этой шлюхи! Мы подобрали её, дали ей приют и возможность отомстить, а она… У нас остался единственный выход — убрать Мэри! И не смей мне в этом препятствовать. С этого дня ты отстранен от дела. Если сдохнет эта шлюха, сдохнет и мальчишка. Жалко, конечно, красивая девка. — Ни одна жилка на лице Люциуса не дрогнула.