Чтение онлайн

— Я убью мальчишку. — Стоял на своём Умберту.

— Довольно! Ты уничтожил моих лучших людей, родного брата погубил! Теперь очередь твоей девицы. И поверь, милый, это совсем неравнозначный обмен. Немедля собери мне всех братьев, ты же не будешь участвовать. И только попробуй мне помешать — моим преемником будет Альберт! А теперь вон с моих глаз! Ты стал жалок со своей слабостью. Людские страсти не твой удел, сын мой. Вырви из себя эту дрянь, или последуешь путем своей беспутной сестрицы!

Спорить было бесполезно, и, сжав до боли кулаки, Умберту покинул отца, он собирался сам отыскать девчонку, сам расправиться с ними двоими. Но, беда была в том, что последние несколько недель, он вовсе не чувствовал Мэри.

…

С обедом парни расправились довольно быстро, и теперь Елисей отдыхал, довольно щурясь на солнце, а Аметист внимательно рассматривал Марию, потом вдруг встал и подошёл к ней. Елисей весь напружинился и вскочил на ноги.

— Ты! — Аметист указал пальцем на Марию. — Я и тебя буду обучать! Твоя очередь, нападай! — Чёрные кожистые крылья щёлкнули в воздухе.

— Ты с ума сошёл?! Она же… — Начал было Елисей, и подошёл к Марии, обнял, как бы защищая.

— Ты уверен, что будешь всегда с ней рядом? — Усмехнулся колдун. — И да, она — демоница! Не забывай.

Елисей нахмурился, он всё ещё обнимал девушку, потом внимательно посмотрел ей в глаза. Для него она была милой хрупкой девочкой, несмотря ни на что.

Мэри, не моргнув глазом, приняла свой демонический вид. Глаза горели яростью, на пальцах появились когти, и она клацнула клыками.

Полянка, кажется, наполнилась неимоверной силой, но не светлой. Подступила тень, но то ли от того что солнце перевалило за полдень, то ли от демонической энергии. От вида девушки Елисей отшатнулся, будто только сейчас осознавая с кем связался.

А Мэри захлестнули тёмные силы, и она, будто загробным голосом, на непонятном для Елисея наречии, начала плести заклинание. В её когтистых лапах начали появляться сгустки темной энергии и, когда закончилось заклинание, эти сгустки, сформировавшись в огненные шары, полетели в Аметиста, окружая его огнём. Не просто огнём, а диким, яростным пламенем, оно выжигало цветы созданные Елисеем, а девушка смотрела на парня, словно безумная.

Аметист, вдруг, сплёл такую же тёмную защиту, он стал настолько абсолютным мраком, что Елисей поёжился. Тут, среди двух тёмных существ, он чувствовал себя подобно огоньку спички в эпицентре неистовой бури. Аметист лишь слегка сдвинулся с места, пошатнулся, а потом, прошептав что-то на том же наречии, послал шары чёрно-синего огня в Марию.

Совсем не раздумывая, Елисей бросился наперерез огню, мгновенно создавая светлый барьер, но весьма неумело — огонь опалил ему ладони, хотя, серьёзного вреда и не нанёс.

— Мешается! — Фыркнул недовольно Аметист. — Убери его! Ты подготовлена в разы лучше мальчишки, но есть ещё над чем поработать!

Да, обучена Мэри была лучшими тренерами Люциуса, и самим Умберту в частности. Поэтому, она ловко и умело атаковала Аметиста, нападая и уклоняясь от его нападений. А Елисей теперь сидел притихший, не смея лезть между ними.

Мария и Аметист сошлись не на шутку, перемещаясь молниеносно, сплетаясь в темный вихрь — синеватый парня, и зеленоватый девушки. Потом вдруг, резко, как по команде, они разошлись с безумными улыбками на лицах.

Елисей с некоторым недоумением следил за происходящим. Такая сила, такая мощь исходила от этих двух существ — колдун и Мария, его маленькая хрупкая девочка! И он… как ему до сих пор удавалось сладить со всей этой тьмой, если таких, как Мария, там… На что он надеялся, Боже! Да, он надеялся на Бога, именно на Него. Но теперь парень понял реальную необходимость серьёзных и длительных довольно тренировок. Сегодня, конечно, он уже достиг кое-каких успехов, но… Обожжённые ладони болели, и он был недоволен собой.

Мария опустилась рядом с Елисеем, снова появилось солнце, опять всё стало как раньше, и перед ним была та привычная хрупкая девушка с милой улыбкой на лице, и с чистыми изумрудами глаз.

— Мой глупый мальчишка. Зачем ты полез? — Она мягко взяла его ладошки в свои и начала ласково гладить их, словно залечивая. — Ты забыл, с кем связался? — Она смутилась, смутилась своей сущности и того, что их сын, всё же, будет отчасти демоном.

— Я ничего не забыл, и я люблю тебя, Мария, несмотря ни на что!.. — Он улыбнулся и мягко коснулся поцелуем её губ. Было тепло и светло, и ладони больше не болели.

— Как мило, как мило! — Усмехнулся Аметист. — Ну прямо романтическая сцена из романа!

Елисей беззлобно усмехнулся, и обнял Марию. Да, сейчас Аметист был тёмным.

— Но любовь — это сила! Ваша любовь спасёт этот мир! — И крылья стали золотыми. К этому почти невозможно было привыкнуть, Елисею было интересно — как Аметист сам так живёт?! — И пойдёмте уже в дом. — Теперь колдун был обычным парнем. — У меня ещё есть сегодня дела!

Мария жалась к груди Елисея, словно ища тепла, желая согреться. Только сейчас она заметила, что тёмные силы, тёмная магия охлаждают её, и ей необходимо было оправляться. Он был её светом, её теплом. Мэри ответила на этот поцелуй, забывая, что они не одни, потом медленно поднялась, давая руку парню, что бы тот поднимался следом.

— Идём? — С улыбкой спросила она.

— Идём! — Он сжал в руке её маленькую ладошку и зашагал к домику.

Рядом с девушкой было тепло и уютно, рядом с нею возрастали силы, и росла уверенность в себе.

Как странно — свет и тьма, сплетённые в союзе чистой и настоящей любви. Такой большой, что её и вправду хватит на целый мир! И что потом — не важно, есть сейчас, есть этот лес, это небо, и её ладошка в его руке…

…

На землю опускались сумерки. Дневная жара понемногу уходила, но было ещё душно, и небо было совсем безоблачным.

Уложив брата спать, Сима сидела у окошка и вышивала наволочку на заказ — за такую работу порой неплохо платили. Окошко было приоткрыто, а она медленно, себе под нос, напевала песенку.

Аметиста девушка заметила сразу, и молча наблюдала за ним. Парень всё никак не решался войти даже в калитку, ходил кругами, озирался, и вновь в руках вертел корзинку с чем-то вкусным. Девушке совсем не нравились эти его корзины с овощами и фруктами, но всё больше нравились его чуть смущённые взгляды. Он был одним сплошным противоречием.

Какое-то время Сима любовалась им, потом, всё же, решилась окрикнуть.

— Вечер добрый, Аметист! Что ж, заходи, не стесняйся. Только вот корзина совсем лишняя. Я зарабатываю. — Сима улыбнулась.