Чтение онлайн

Но теперь, лежа на руке Дениса, Настя восприняла звуки ворочающегося в замочной скважине ключа как странное продолжение хорошего сна. Монахова не смогла отпереть дверь, потому что Настин ключ торчал в замке изнутри, и со свойственной ей экспрессией принялась избивать хлипкий кусок ДСП с табличкой 612. Монахова делала это пяткой и кулаками одновременно, навалившись на дверь спиной, так что грохоту было предостаточно.

– Блин! – сказала Настя, понимая, что это уже никакой не сон. Она стала перебираться через спящего Дениса, но тут ее осенило, что Дениса нужно тоже будить. Не то чтобы Монахову можно было смутить видом голого парня, скорее наоборот, просто это выглядело бы со стороны Насти нарочитым хвастовством – смотри, кто у меня есть! – а если Настя и хотела похвастаться, то как-нибудь поизящнее…

Настя повернула ключ, и возмущенная Монахова ввалилась в комнату, громко выражая свое неудовольствие и помахивая новой сумочкой.

– Ты хочешь, чтоб я лазила в окно? Тогда спускай мне веревочную лестницу! Или связанные простыни, так будет романтичнее… И вообще я не понимаю…

Тут она заметила сидящего на подоконнике Дениса и все поняла. Денис сонно протирал глаза и на Монахову практически никак не отреагировал, чем немедленно настроил ее против себя.

– Ясно. – Монахова скептически окинула профессиональным взглядом Дениса, который после поспешного пробуждения успел натянуть джинсы, но не более того. – Это многое объясняет, – проворчала она и посмотрела на Настю, которая кусала язык, чтобы не заулыбаться во весь рот.

– Он у тебя в мужском стриптизе не танцует? – тихо поинтересовалась Монахова. – Вроде бы я там такого видела… Нет, там все же ребята поплотнее, понакачаннее.

Денис наконец протер глаза и увидел эффектную брюнетку в коротком черном платье.

– Здрасте, – сказал он. – Меня зовут Денис.

– Очень приятно, – скептически ответила Монахова. – Так здорово зайти к себе в комнату и найти там вдруг какого-нибудь… Дениса.

Денис не понял иронии и поспешил объясниться:

– Я – друг Насти…

– Кто бы сомневался. Денис, можно я прерву вашу трогательную дружбу и попрошу вас немного погулять в коридоре?

Денис подумал и кивнул. Когда дверь за ним закрылась, Монахова села на кровать, сбросила туфли и многозначительно произнесла:

– Ну вот что… Это, конечно, лучше, чем ничего. Но у него есть один большой недостаток.

– Какой?

– Молодость.

– Это недостаток?

– Конечно! Если уж берешь мужчину, бери такого, который уже совершил большинство своих глупых поступков. А если ты свяжешься с таким, как этот Денис, то будешь обречена переживать с ним все его глупости. Как будто тебе мало собственных глупостей. Тебе их мало?

– Достаточно.

– Ну так вот, не надо к своим проблемам добавлять еще и проблемы любовника. А как у него насчет денег? Хотя судя по тому, что вы ночуете здесь, это вопрос ниже пояса…

Настя пожала плечами.

– Что это значит? – изумилась Монахова.

– Я не знаю, как у него с деньгами.

Монахова, казалось, утратила дар речи.

– Ты с ним спишь… И ты не знаешь, как у него деньгами?! Ты что, ничему не учишься? Ничего не запоминаешь из того, что я говорю? Можно не знать как его зовут, но не знать его финансовые показатели…

– Он иностранец, – поспешно сказала Настя.

– Это первая хорошая новость. Хотя смотря что ты понимаешь под словом «иностранец». Молдаванин, таджик, албанец – это ведь тоже иностранцы в твоем понимании, так? Или в географии ты лучше разбираешься, чем в финансах? Откуда он?

Настя пожала плечами. Монахова схватилась за голову и тихонько застонала.

– Он не сказал, а я постеснялась спросить напрямую, – пояснила Настя.

– Постеснялась? А он не постеснялся залезть к тебе в постель, обрати внимание!

– Потому что он мне нравится.

– Ради бога, Настя! Пусть он тебе нравится! Но если бы ты еще заранее посмотрела его паспорт, ты смогла бы… Ладно, я возьму эту миссию на себя.

– Что? Что ты возьмешь на себя?

Каблуки Монаховой уже щелкали в коридоре.

– Денис! – Ее тягуче-сладкий голос мог бы заманить на минное поле роту спецназа. – Денис, можно тебя на минутку… Скажи, пожалуйста…

– О господи, – вздохнула Настя. Она выглянула в коридор, увидела Монахову в действии и поспешно юркнула обратно. Пару минут спустя Монахова в нехарактерном для себя состоянии задумчивости остановилась напротив Насти.

– Странно, – сказала она. – Странно, но интуиция подсказывает мне – что-то в этом есть. Если бы у меня сейчас на поводке не было своего идеального варианта, то, может быть… У тебя есть географический атлас? А у кого на этаже есть? Только большой?

– Зачем тебе?

– Ты знаешь такую страну – Леонея?.. Или Лионея? Вот и я не знаю. Хотя не похоже, чтобы он врал… – Монахова разбиралась в мужчинах и, соответственно, разбиралась в мужском вранье.

– Зайди к Тушкану, – автоматически посоветовала Настя, – Тушкан в Интернете посмотрит.

Монахова деловито кивнула и вышла из комнаты, и Настя еще некоторое время сидела на кровати и задумчиво рассматривала свои пушистые тапочки, как вдруг до нее дошло: если Монахова заинтересовалась какой-то там Лионеей, то это значит, что Денис из Лионеи.

– Денис сказал тебе, что он из Лионеи?

Это был запоздалый вопрос, потому что Монаховой уже не было рядом и на вопрос ответил сам Денис:

– Да. Из Лионеи.

– Лионея, – повторила Настя, пробуя слово на вкус. Оно было похоже на название экзотического фрукта из тех, что в супермаркете продаются поштучно. – Лионея…

Внезапно ей ответил Филипп Петрович.

– Ну наконец-то, – сказал он. – Хоть что-то. И то – не вовремя.

Карусель, которая в последние несколько минут закрутила Настю с мощью гибельного водоворота, стремительно понеслась в обратном направлении; и вскоре она обнаружила себя сидящей на широкой постели, покрывало которой почему-то испачкано кровью. Предметы перед глазами слегка приплясывали, а шея отчаянно ныла.

И когда карусель окончательно остановилась, Настя увидела, что вокруг нет ни Дениса, ни Монаховой, а есть Иннокентий, брат Максим и Филипп Петрович. Почему-то все они смотрели вверх, в потолок.

– На вашем месте, – рассудительно сказал Максим, убирая инструменты в кейс, – я бы уже бежал что есть сил.

В Настины уши торжественно и неотвратимо вторгся гул снижающихся вертолетов.

Память и вправду оказалась довольно забавной штукой: только что Настя ничего не помнила о Денисе Андерсоне, зато в малейших подробностях могла изложить весь путь, который они проделали по Старым Пряникам вплоть до дома брата Максима и даже до широкой кровати на втором этаже, покрывало которой теперь было запачкано кровью.