Чтение онлайн

– Предупредить магов, чтоб задержали ее, если встретят? – спросил Бортел.

– Нет уж, дозадерживались уже! – хмыкнул Данир. – Зайдем к старосте – пусть подготовит и пришлет списки всех домов, что сдаются тут в аренду, и укажет, какие дома сданы недавно, за предыдущие месяц-два. Экспедиция пока отменяется!

Глава № 23. Похищают не только принцесс – иногда это счастье выпадает и на долю принцев.

К похищению Исла готовилась тщательно. Осмотрела территорию вокруг замка Данира: пологий склон перед парадным входом сторожили тролли и проскочить незаметно возможностей было мало: склон был гол, растительности не имел. Зато обрыв, с которым сливалась одна из стен замка, никем не охранялся! Крайне беспечно со стороны рыжика: скала под окнами замка была очень удобной для восхождения, по ней и младенец подняться бы смог.

Определившись с местом проникновения, Исла тихо ушла в большое село, где сняла себе домик, и арендовала там же коня со всей сбруей. Вечером, чуть только стемнело, Исла пробралась к подножию скалы, вскарабкалась вверх и стала внимательно следить за окнами замка. Первыми погасли окна на первом этаже, где были кухня, оружейный зал, гостиные (как показала осторожная разведка), а вот на втором этаже, над самой головой Ислы все светилось и светилось одно окно... Только в начале ночи оно погасло. Исла подождала еще немножно и двинулась вверх – следовало проверить, кто это так поздно ложится спать в замке наместника – было предположение, что это сам наместник. Что делать с этим наместником, Исла решила еще днем: похитить и поцеловать, а потом решать проблемы по мере их поступления. Исла внимательно перечитала днем в сельской библиотеке закон о помолвке, гласивший, что если человеческая девушка сознательно и добровольно поцелуется с магом, то такой поцелуй будет означать ее законную помолвку с этим магом.

В этом законе был один примечательный нюанс – согласие самого мага на поцелуй в законе не оговаривалось!

Этим вечером Данир долго не мог заснуть. С опозданием нахлынула паника, что Исла в самом деле могла утонуть: поскользнулась бы на той тропе, ударилась головой о камень и рухнула в море без сознания. Потом пришел страх, что девушка появилась в Тоске лишь на день, а сейчас быстро сбегает от него в очередные неведомые дали. Может, стоило оцепить то село, где ее след затерялся, да прочесать его мелким гребнем, пока не нашлась бы его пропажа? Вот только попадись она ему в руки, он... он... вот даже не знает, что он с ней сделает!!! Завтра же надо вернуться в то село и все сданные дома самому тихонько осмотреть.

В сотый раз поворачиваясь с боку на бок, Данир перебирал в уме все возможные варианты развития событий и сомкнул глаза лишь далеко за полночь.

Но выспаться этой ночью ему было не суждено.

Данир Сартор проснулся от ощущения, что рядом с ним кто-то есть. Нет, в спальне было очень тихо, настораживающее тихо... Данир заставил себя продолжать дышать спокойно и размеренно, создавая видимость своего крепкого сна, но при этом внимательно прислушался и пустил по комнате магическую силу. Целительская магия жадно потянулась к единственному в комнате (кроме него) живому существу, замершему у окна: это был человек, причем человек удивительно стройный, абсолютно здоровый и до боли знакомый...

В груди Данира взметнулись жаркие искры:

«Исла! Пришла! Ласточка моя перелетная, – ласково подумал лекарь-маг и незаметно приготовился к молниеносному прыжку: схватить и присвоить! – Никуда теперь тебя не отпущу, пусть твои «мужья» других супруг себе ищут – ты будешь только моей!»

Девушка пошевелилась и бесшумно скользнула к кровати, на которой наместник западных провинций успешно притворялся спящим. К лицу мужчины прижался платок, пропитанный сонным зельем.

«Вот даже как! – В Данире проснулось любопытство. – Да, ласточка, я понял, что нужен тебе в спящем виде. Если бы я действительно спал, то не смог бы нейтрализовать действие магического зелья, а так – извини, дорогая, но посплю я чуточку позже, – подумал Данир. – О, как меня нежно связывают: даже мягкую тканевую подушечку под веревки подложили, чтоб кожу рук не натерло. Заботливая моя! И рот аккуратненько так теплым шарфиком замотали. Меня, что – похищают?! Меня похищают!!! Какая прелесть эти похищения... Дождался! Хорошо, что тебе меня усыпить не удалось, милая, а то мало ли какая помощь тебе в пути потребуется: корни растений ползучих с дороги магией убрать, силой целительской подпитать, чтоб не переутомилась слишком, и все в таком духе. Да и просто насладиться процессом хочется: когда ты еще меня на ручках поносишь, начальственная ты моя! Ну, точнее – на спине, и то только до окна. Только бы ни один тролль в доме проснуться не вздумал! И не полюбопытствовал, куда это хозяина тащат. А тащат его в открытое окно: замотанного в меховой плащ, связанного – и осторожненько опускают вниз на веревках. А вот этот шорох: Исла вниз по скале спускается. Можно глянуть! Точно: женский силуэт быстро скользит вниз по скале, и мне сразу вспоминаются наши прошлые встречи, любимая. Никогда бы не подумал, что это так приятно – быть похищенным!» – умилялся лекарь-маг, и на душе его впервые за долгое время было светло и спокойно.

Исла осторожно опустила спящего мага на мягкую постель в снятом ею домике. Похищение удалось провернуть на редкость легко: лекарь-маг не проснулся даже во время скачки на лошади по горной тропе. Исла развязала своему рыжику руки, размотала шарф и ласково пригладила яркие вихры. Вокруг ее талии обвились сильные руки, и одним слитным движением маг перевернулся, придавив девушку свои телом.

– И что теперь по плану? – шепнул Данир, любуясь широко распахнутыми карими глазами, обрамленными веерами длинных ресниц.

Исла растеряно посмотрела на мужчину:

– Ты не спал?! Притворялся? Ты... ты не против, что я тебя похитила?!

– Совсем не против, – мурлыкнул Данир, – можешь похищать каждую ночь – я даже окно закрывать не буду. – И решительно прижался поцелуем к губам Ислы. МОЯ! Заклеймить, привязать к себе хоть феромонами, хоть страстью, хоть чем!

Исла не противилась, она потянулась к любимому, встречу с которым так долго ждала. Она столько дней грезила и мечтала об этом поцелуе и вот он. Поцелуй. Вся тоска, вся боль расставания растворились в этом страстном слиянии губ.

– Исла, девочка моя, ласточка перелетная, никуда не отпущу, – шептал Данир, прижимая к себе тонкий стан любимой, лаская губами девичью шею, плечи, обнажая грудь, скользя ладонями по узкой спине.

– Я боялась, ты на другой жениться успел, – признавалась Исла, прижимая к себе мужчину, вжимая его в себя, целуя все участки его тела, до которых могла дотянуться губами. Ероша его кудри.

– Мне не нужна другая! Я тебя разыскивал, чуть с ума не сошел от тоски и ревности! Никому тебя не отдам, слышишь?!

Данир исступленно гладил и целовал горящее и дрожащее от страсти под его руками и губами тело Ислы.

– Как же плохо мне без тебя было! – из глубины души Данира вырывались слова признаний. – Сладкая моя, нежная...

Исла впервые в жизни поняла, как же хорошо может быть с мужчиной, но только если это – твой истинный мужчина, любимый, желанный, на всю жизнь единственный. Правильно она ждала своей настоящей любви, не размениваясь на безликие связи, – оно того стоило. Ислу затянуло в омут жаркой страсти, а стон Данира подсказал, что в этом омуте они тонут вдвоем и нет никакой надежды вынырнуть на поверхность. Все сомнения и страхи ушли из сердец влюбленных в эту долгую зимнюю ночь.

– Люблю тебя! Не могу без тебя! – лихорадочно шептал Данир.

– Люблю тебя! Не хочу и не могу без тебя! – горячо отзывалась Исла. – Я буду твоей человечкой! Только я!

– Только ты, – соглашался обезумевший от долгих переживаний и счастья встречи Данир, торопливо срывая одежду с девичьего тела, желая прикоснуться, убедиться, что его мечта опять с ним, рядом. – Боги, Исла, останови меня! Сам я не остановлюсь!

– Не надо останавливаться...

– Феромоны...

– Все будет хорошо. – Ладошки Ислы скользнули по спине Данира, лаская и поощряя его к продолжению этого сладкого-сладкого безумия. – Люблю!

Единственная ясная мысль, мелькнувшая ночью в голове у Данира, была о том, что никаких мужей у Ислы и в помине никогда не было: ни одного. Это Данир, как лекарь-маг, да и просто как мужчина, мог утверждать абсолютно уверенно. Он стал первым (и последним!) мужчиной своей ясноглазки.

Утром Данир проснулся в одиночестве, в маленькой уютной спаленке деревенского домика. Сквозь ситцевые занавески на окне пробивались солнечные лучи, а судя по высоте солнца, время близилось к полудню. На стуле у кровати была сложена мужская одежда: новая, не ношенная. Под стулом стояли такие же новехонькие сапоги.