Чтение онлайн

Северин не стал повторять ошибку первого дня, и весь вечер тихонько приглядывал за Наилей. Вначале она металась по комнате, потом притихла. Часом позже, увидев, что жена выбежала в сад и понеслась по кругу, Северин расслабился и решил спокойно поужинать в дальней гостиной, чтоб не попасться на глаза жене при ее возвращении. Попивая чай, маг прислушался к странному стуку за окном. Казалось, кто-то колол дрова.

'Кому это из слуг ночью не спится?' – недовольно подумал Северин и пошел посмотреть, с чего это заготовка дров идет в неурочное время.

Стайка слуг, полукругом стоявшая на заднем дворе, испуганно разбежалась при его появлении. Взору Северина предстала жена. В таком же взмыленном и растрепанном виде, как уже появлялась перед ним до свадьбы в имении ее отца. Расставив ноги на ширине плеч, девушка с почти профессиональной сноровкой колола дрова.

– Ничего себе! – вырвалось у обалдевшего мужа.

Жена ойкнула и выронила топор.

– Где это ты так научилась?!

– Так, чай, не во дворце жила, – вытирая пот со лба ответила ему Наиля, – видела, как дрова колют, дело не хитрое.

О даче с печкой и баней при ней, а также отце, который последние два года ничем не занимался, переложив заготовку дров на плечи дочери, Настя упоминать не стала. Девушка внимательно посмотрела на своего лорда и облегченно вздохнула – горячее желание целоваться умерло под топором. Северин пригляделся к девушке:

– Наиля, у тебя получилось?!

– Рано радуешься. Завтра утром снова жду тебя в спальне, – без всякого намека на романтику сказала Настя.

Не всегда за счастьем нужно гоняться по свету. Иногда оно просто ждет тебя дома.

Так и потекли дни медового месяца: утренний поцелуй (строго после завтрака!), игры и беседы, прогулки по саду (с почти неизменным сценарием визгов и речей) и вечерняя борьба Насти с 'зеленым змием'.

Три недели спустя Северин наблюдал сквозь потайное оконце своего кабинета, как жена, в очередной раз добежав до его двери, развернулась и, держась за стеночку, впиваясь в шелковую обивку пальцами, плелась назад, непрерывно бормоча странную фразу: 'Русские не сдаются!' Северин не знал, кто такие 'русские', но искренне желал им не сдаваться.

Вскоре после этого случая к молодым на огонек заглянул отец Северина.

В тот день после обеда Настя с мужем в очередной раз азартно сражались в шахматы. Простодушно съев пожертвованного ему коня, Северин попал в очень непростую ситуацию, но с честью из нее выбирался, когда дворецкий сообщил, что к нему пожаловал отец. Молодые люди испуганно посмотрели друг на друга, замерев над шахматной доской.

– Мне ведь не стоит ему показываться? – шепотом спросила Настя.

– В таком нормальном виде – точно нет, – тоже шепотом ответил Северин.

– Так когда еще последний этап до меня докатит! Но изобразить смогу! – с энтузиазмом прошептала Настя.

Северин, еле сдерживая смех, отрицательно замотал головой. Он даже представить себе боялся 'сумасшедшую страсть' в исполнении своей оригинальной женушки. Шансы, что он сможет удержаться от хохота в процессе 'выступления', были ста к одному не в его пользу.

– Беги по кухонному коридору, потом выскочишь на улицу из кухни через черный ход. Дворецкий проведет отца сюда, в гостиную, и пропустит тебя с парадного входа. Тихонько поднимешься к себе, а я отца здесь задержу, чтоб раньше времени не вышел.

Так и поступили. Входящий в комнату Марон Таис недовольно поинтересовался у сына:

– Ты чего меня так долго в прихожей продержал?

– Извини, папа, слуги отвлекли. Как поживаешь?

– Хорошо, хорошо. О, ты играешь сам с собой в шахматы? И как тебе не скучно. Давай, я за белых сыграю, – предложил Марон, садясь на сторону Насти. – Чей ход?

Северин растеряно смотрел на действия отца. Незаконченной партии было очень жаль и о-о-очень хотелось доиграть ее с Настей. Северин еще не потерял надежды победить. Их общий счет за три недели на данный момент составлял: шесть побед Насти против его трех, плюс четыре ничьи.

– Не надо доигрывать, пап, устал я уже от этих шахмат, – поспешно сказал Северин, убирая в угол шахматный столик. – Давай лучше вина попьем!

Крикнув Этена, Северин пригласил отца сесть в кресла у камина. Появившийся с вином дворецкий чинно открыл бутылку, разлил вино по бокалам и незаметно кивнул на вопросительный взгляд хозяина. Расслабившись, Северин смог сосредоточиться на разговоре с отцом.

– Ты выглядишь лучше, чем я ожидал, – заметил Марон.

– Мне-то что сделается? – удивился Северин.

– Жизнь с сумасшедшей женой – нелегкое испытание, – нахмурился Марон. – Мне уже сто семьдесят три, а я никак не могу решиться на повторный брак. Собственно, я пришел, чтобы поддержать тебя.

– Спасибо, – испытывая неловкость от своего обмана, ответил Северин. – Может, теперь ты мне расскажешь, как это было у тебя?

– Как и у всех, – вздохнул старший Таис, – я лишь дважды видел твою мать в нормальном состоянии: перед помолвкой и перед свадьбой. Я плохо помню, как она выглядела тогда. Помню лишь, что была она тихой, скромной, меня боялась. В первые дни я еще на что-то надеялся, даже в спальню ее к себе три дня не брал, хотел хоть немного пообщаться, познакомиться, чтоб было что тебе о матери рассказать. Но чуда не произошло. Потом я помню только ее обезумевшие глаза, когда она бросалась на меня, помню, как она с пеной у рта рвалась из рук слуг, которые удерживали ее дома, когда я уезжал на работу. Когда она забеременела тобой, я каждый вечер приходил к ней в комнату, и она не столько целовала, сколько кусала меня – кусала до крови. Не думай, что ты один так живешь сейчас – все через это проходили, сын.

Северин с тяжелым сердцем слушал откровения отца. Ему страшно было представить, что с Наилей может случиться нечто подобное. Девушка нравилась ему! Да что там! Гораздо больше, чем нравилась! Гораздо больше! Когда она улыбалась ему, у него сжималось сердце, когда брала за руку – перехватывало дыхание и просто переполняло нежностью к ней. Северин ждал утренних поцелуев, как ничего и никогда не ждал в своей жизни ранее. В поцелуях и прикосновениях Наили были ласка и нежность, желание и симпатия. И Северин начинал верить, что она сможет преодолеть эту сильнейшую наркотическую тягу к нему, и надеялся, что ее симпатия и нежность к нему после этого еще останутся. Он желал, чтобы она всегда жила в его доме, пусть даже между ними никогда не будет супружеской близости. Он даже думать боялся, что через год она уйдет и встретит какого-нибудь человеческого парня, который...

Северин оборвал свои горькие мысли, сжал зубы и вернулся к беседе с отцом. Марон Таис, глядя на мрачное и решительное лицо сына, только вздохнул.

К концу четвертой недели брака Настя заметила, что ей становится все легче и легче. Девушка начинала чувствовать себя подростком, излечивающимся от зависимости от компьютерных игр: поиграть ему еще очень хочется, но непреодолимого вожделения игры уже нет, и скандал родителям, отбирающим джойстик, закатывать уже не тянет.

Лорд Таис опять начал устраивать жене тайные ночные вылазки в город. Они говорили на прогулках обо всем на свете: о системе образования (наконец-то!) магов и людей в этом мире, о происках немногочисленных политических противников нынешней королевской династии, о том, что управление отдаленными областями страны лежит на плечах людей.