Чтение онлайн

— Не слышала? — рявкнул Тонно, снимая грязные сапоги и бросая их в угол. — Нам нужно согреться. Мы промерзли!

— Я принесу чай, — сказала Матифа, ее яркие глаза сияли. — И даже лучше — сюрприз! — она загадочно подмигнула и ушла, шурша юбками.

— Просто чай сойдет! — прорычал Тонно, а потом повернулся к Дэрроу. — Идем. Снимай плащ, пока спина не отмерзла.

Дэрроу сбросил одеяло с плеч. Он тихо сказал:

— На террасе меня схватил Защитник или…?

Тонно покачал головой.

— Зараженный.

— Ясно, — на лице Дэрроу не было эмоций. — Халасаа, ты можешь понять… заразил ли он меня?

Халасаа тихо встал и прижал ладони к голове друга. Волосы Дэрроу прилипли к его голове, темные, как влажная солома.

Мне жаль, брат, — мягко сказал Халасаа.

Дэрроу шумно выдохнул и закрыл лицо руками. Халасаа сжал его плечо.

Я могу ослабить боли, согреть руки и ноги. И я могу замедлить болезнь. Твои силы еще долго не угаснут.

— Но не можешь исцелить! — с горечью сказал Тонно. Халасаа помог нескольким зараженным колдунам в Геллане, но вылечить никого не смог.

Халасаа был встревожен.

Я не знал болезни, которую не может исцелить Сила становления. И я думал, раз я не колдун, меня она не тронет. Но, может, эта чума ослабила мои силы.

— Думаешь? — фыркнул Тонно. — Так проверь их на этом, — он указал на порез от хлыста на своей щеке. Халасаа коснулся его тонкими пальцами, быстро двигал ими в танце исцеления, постукивая и гладя пострадавшую кожу. Он убрал руки, пореза будто не было. — Видишь? — сказал Тонно. — С тобой все в порядке.

Дэрроу отвернулся и толкнул ветки в трещащую печь.

Дверь открылась со скрипом, чашки гремели на подносе, зашуршали юбки, и вошла Матифа.

— Вот и я!

Пауза потрясенной тишины, и Тонно выдавил:

— Ты…!

Дэрроу был так ошеломлен, что забыл о том, что узнал, лишь пялился.

Там стояла Кила, когда-то третья принцесса Меритуроса, наполовину сестра Самиса. Год назад Дэрроу, Калвин и их друзья не дали ей захватить трон Империи для себя и брата. Но она сбежала раньше, чем установили республику. Они думали, что она убежала в Геллан к Самису, но больше о ней новостей не было.

Она была в яркой одежде Матифы, но большой тюрбан пропал, открывая гладкие золотые волосы, собранные в простой пучок. Она стерла маску краски на лице, и ее большие голубые глаза смотрели на них с холодным и наглым триумфом.

— Магия Геллана! — пробормотал Тонно.

Кила пронзительно рассмеялась.

— Нет, милый! Я тебе покажу, — она склонилась над ладонью, сложенной чашей. Она выпрямилась, ее глаза были изумрудными, как у Матифы. — Краска, тюрбан и цветное стекло — и все! Разве это не прекрасно!

Кила хлопнула в ладони. Она была такой красивой, радовалась по-детски, и Тонно даже на миг захотелось поддержать ее. Он слабо верил, что их так легко обманули цветом глаз, одеждой и краской. Но они общались с Матифой на темных улицах и в комнатах без окон или закрытых шторами, но так было всюду в Геллане. Он шагнул к ней, сжимая кулаки, словно хотел задушить ее.

— Во имя всех богов, что за игру ты ведешь?

Кила надулась.

— Разве ты не рад, что мы вместе? Тонно, Халасаа и, конечно, Дэрроу. Такой необычный! Жаль, тут нет дорогой Калвин! Но я должна радоваться лорду Черного дворца в моем доме. Какая часть!

— Хватит, — холодно сказал Дэрроу.

Халасаа покачал головой.

Мы не рады тебе.

— Но я помогла! Разве я не сказала, как спасти дорогого Дэрроу? Разве не одолжила лампу? Кстати, где она? Вы же ее не потеряли?

— Это ты так шутишь? Ты послала нас ползти по канализации, как крыс! — ревел Тонно.

Кила вскинула голову, ее веселая манера пропала. Она помрачнела.

— Половина Гильдии — как там говорят гелланийцы — в моем кошельке. К счастью, я смогла забрать с собой пару камней, когда мне пришлось убежать после вашего маленького мятежа в Меритуросе. Этого хватило. Мои шпионы следили за вами с вашего прибытия.

— Не верю, — прорычал Тонно.

— Разве Дэрроу не арестовали, когда я подала сигнал? — сказала Кила. Она щелкнула пальцами. — И потом добрая Матифа сказала, как пройти в лазарет. Как я могла устоять? Я так не веселилась еще с Дворца паутины!

Халасаа тихо заговорил в разуме Тонно:

Похоже, Кила послала нас по канализации ради своего веселья. И страж в столовой сделал вид, что не видит нас, а на лестнице нам не дали отпор.

— И все это время она сидела тут, как паук на паутине, — прорычал Тонно. — Жаль, она не рассказала стражам о своей хитрости. Тогда Дэрроу не заразили бы…

— Ой-ой! — Кила сжала ладони. — Как жалко!

— Ты! — Тонно ударил кулаком по стене. — Ты это придумала и приказала им!

— Нет, нет! — возразила Кила. — Клянусь жизнью отца.

Твой отец мертв, — Халасаа не показывал эмоции.

— Не важно, — Дэрроу был подавлен. — Ни один колдун не может попасть в лазарет и не заразиться, — он коснулся места на пальце, где было Кольцо Лионссара, но он оставил его в Меритуросе, так что не мог успокоиться так. Он поднес руки к огню, оглядел их, словно не видел раньше.

Кила изобразила сочувствие.

— Мне так жаль. Но твой умный друг всегда может исцелить тебя.

— Твои шпионы мало знают, Кила, — сказал Дэрроу. — Эту болезнь Халасаа не может исцелить.

Кила посмотрела на него, опустила ресницы и теребила чашки. Она могла изобразить удивление от новости или сделать вид, что не удивлена. Ее не удавалось понять.

Тонно хмуро смотрел на нее.

— А где твой брат? Или он — твой любовник? Я так и не разобрался в этом.

Кила вскинула голову.

— Мы — королевской крови, и простолюдинам нас не понять. У нас с Самисом уникальная связь.

— Да? — оскалился Тонно. — Если вы так близки, почему он не взял тебя с собой?

— Он… хотел защитить меня от тягот пути.

— Какого пути? Куда он ушел?

Глаза Килы были холодными и хитрыми.

— Я расскажу все, что знаю, при одном условии. Когда пойдете за ним — а вы пойдете, я знаю — вы возьмете меня с собой.

— Лучше взять собаку с площади рынка, — прорычал Тонно.