Чтение онлайн

Далеко на противоположном берегу круто вздымались склоны холмов. Надежда встала на повозке, медленно осмотрела берега – Я следил за ней, пробуя угадать, что она видит. Угадал лишь одно: ее что-то расстроило.

– Туда, – девушка показала влево, где берег ощетинился скрученными железными балками, торчащими из груд желтых камней.

Лошадь пошла медленно – я жалел ее и не подгонял. Надежда не выдержала – спрыгнула с повозки и пошла вперед, все быстрее и быстрее. Она остановилась среди желтых каменных россыпей, наклонилась к ним, что-то разглядывая.

Когда я приблизился, она так и сидела, перебирая камни руками. Потом повернулась, и я увидел, что глаза ее стали немного влажными.

– Уйди, пожалуйста, – тихо попросила девушка.

– Почему? – едва не обиделся я.

– Я побуду здесь одна, ладно?

Я прекратил разговор и повел лошадь в сторону.

На что обижаться -давно ли я сам точно так же просил погонщика оставить меня наедине с мертвым истребителем, затерянным в древних камнях. Поднявшись чуть выше по берегу, я увидел кое-какую растительность, зеленевшую на склонах. Я не сомневался, что нам придется надолго задержаться здесь, поэтому спокойно начал освобождать лошадь от упряжи, чтобы та могла пощипать травы и собраться с силами.

Потом я сидел на камне и смотрел, как колышется вода в озере. Неподалеку валялся небольшой грубо сколоченный плотик, непригодный даже для ребенка, с привязанным увесистым булыжником на длинной узловатой веревке.

Места были безрадостные, неживые и дикие. В этом краю имелось много таких мест. Мне подумалось, что вода и все, что вокруг озера, могли пострадать от нашествия аэроидов. Кто знает, что на уме у этих летающих болванок. Захотели – убили человека, захотели – озеро…

Солнце уже прилично нагрело охлажденную дождем землю, и я решил искупаться. Упасть в эту воду и представить, будто лежу в горячей ванне, в душистой пене… Я даже скинул штаны и куртку, подошел к воде, но так и не рискнул окунуться. Есть живая вода, есть мертвая. Живая, говорят, полезна для жизни и здоровья, а вот мертвая… Кто ее знает? Для пробы я решил, не сходя с берега, чуть сбрызнуть кожу – в пути мало возможностей помыться.

И в этот момент меня наконец позвала Надежда. Я побежал к ней, одеваясь на ходу.

– Ты хорошо плаваешь? – спросила она.

– Нормально, – я понял, что купания все-таки не избежать, поэтому перестал одеваться, лишь прикрылся курткой.

Но девушку не интересовала моя нагота. Она приблизилась к кромке воды, присела.

– Здесь, наверно, крутой обрыв, прямо от берега.

Раньше тут была станция. Такая же, как наша. Можешь нырнуть и осмотреть дно?

– Нет проблем. Только вот… Здесь нормальная вода?

– Вода как вода. Ты чего-то боишься?

– Чего бояться? Акулы здесь не водятся, однако вода какая-то странная.

– Тогда ныряй.

Я попробовал ногой холодную чистую воду. Потом разбежался и прыгнул. Проплыл с десяток метров, чтобы разогреться, попробовал глубину.

– Ныряй! – донесся голос Надежды.

Я набрал воздуха и перевернулся вниз головой, загребая руками. Перед глазами взорвалась и рассыпалась туча мелких пузырьков, и сразу же темная глубина надвинулась, обожгла холодом, мягко сдавила виски. Я погружался все глубже, стараясь изо всех сил, но бороться с Архимедовым законом и одновременно пытаться что-то рассмотреть очень трудно. Перед всплытием я успел запечатлеть в памяти лишь один расплывчатый и странный образ: идеально ровное дно и десятки каких-то темных пятен, расположенных на нем в строгом геометрическом порядке. Я даже не успел понять – реальность это или подводная галлюцинация, как вода и холод вытолкнули меня на поверхность.

Надежда помогла мне выбраться, дала отдышаться, лишь потом вопросительно посмотрела в глаза.

– Там очень глубоко, – проговорил я. Надежда кивнула, словно ждала этого ответа. – Сейчас отдохну и еще попробую. Тогда точно скажу.

Я уже понял, зачем на берегу лежал игрушечный плотик и как его использовали местные мальчишки. Попрыгав на берегу и разогревшись, я оттащил плот метров на десять в воду и, ухватившись за веревку, столкнул камень. Он тут же потащил меня вниз, да так быстро, что затрещало в ушах. Через несколько секунд камень упал на дно, а я остался висеть, уцепившись на веревке.

Теперь у меня уже не оставалось никаких сомнений. Дно было ровным, как мощеная площадь. В строгом порядке под водой расположились черные коробки размером с железнодорожный вагон. Хотя за размер я поручиться не мог – в воде все выглядит иначе. Я казался себе духом, парящим над вымершим подводным городом. Прежде, чем иссяк кислород в легких, я успел убедиться, что не все коробки сохранились – некоторые были деформированы, а от иных остались лишь груды обломков. Впрочем, таких было мало. Подводный город казался почти целым.

– Я нашел твою станцию! – крикнул я еще раньше, чем ощутил твердое дно под ногами. – Там сотни одинаковых прямоугольных домиков, я видел это!

Девушка дождалась, когда я выберусь и окажусь перед ней.

– Так что ты там видел, Олег?

Я рассказал. Рассказ получился коротким, хотя мне казалось, что впечатлений уйма. Надежда выслушала меня, но не спешила разделить радость. Она задумалась.

Я начал одеваться, так как порядочно продрог. Девушка медленно пошла вдоль берега, раздумывая. Я забеспокоился насчет лошади – она не была стреножена и могла в поисках корма забрести на край света. Впрочем, животное оказалось дисциплинированным – продолжало пощипывать травку на подъеме берега, не ища лучшей доли.

– Олег! – послышался голос Надежды. – Скажи, там очень глубоко?

– А что, у тебя есть какие-то планы?

– А у тебя?

Я пожал плечами.

– Думаю погреться, поднакопить сил и попробовать донырнуть до самого дна. Чтобы потрогать эти домики руками. Там глубоко, но ведь мальчишки как-то достали блок.

– Ну, потрогаешь руками, а дальше что? – насмешливо спросила девушка.

Я тоже усмехнулся и пожал плечами. А она вдруг стала серьезной.

– Ты не видел там что-то, кроме этих коробок?

– О чем ты?

– Такая штука… – она изобразила руками некие фигуры, пытаясь объяснить. – Словно башенка, ажурная, понимаешь?..

Я напряг память. Видимость под водой была скверная, но не исключено, что там была именно такая башенка, которую я мог принять за разрушенную коробку.

– Не знаю, озеро большое, – неуверенно проговорил я. – Может, нужно посмотреть подальше от берега?

– Она должна быть рядом с берегом, – возразила Надежда. – Недалеко от станции, понимаешь?

Я задумался. Возможно, я действительно что-то такое там видел, но не обратил внимания. Снова лезть в воду, проверять?

– Нет, – задумчиво покачала головой Надежда. , Она словно разговаривала сама с собой. – Ты не сможешь найти. Я сама должна нырять.

Я оглядел ее с головы до ног, прикидывая, насколько ее смелость соотносится с возможностями.

Надежда, заметив это, усмехнулась.

– Вот я тебя и спрашиваю, – заявила она, – там очень глубоко?

– Очень, – ответил я. – Без специальной подготовки лучше не лезть. Что угодно может произойти – от судороги до потери ориентации.