Детство Скарлетт
Шрифт:
— Что здесь произошло? — глядя на полуодетую супругу произнес немного дрогнувшим голосом Бакстер.
— Как это что? — немного брезгливо улыбаясь и продолжая разглядывать себя в зеркало, произнесла женщина. — Ничего не произошло, к сожалению. Дай ему пятьсот долларов.
— Что?! — услышав о деньгах воскликнул Бакстер.
Но его поразило не столько то, что его супруга сказала дать Ретту Батлеру деньги, сколько сумма — пятьсот долларов. Ведь пятьсот долларов — это были очень большие деньги, а она сказала об этом так спокойно, как будто это было пятьдесят центов.
— Сколько ты сказала?
— Пятьсот долларов, — твердым голосом сказала женщина и улыбнулась своему отражению.
— За что? Ты с ума сошла! — воскликнул Бакстер, хватаясь за пустую кобуру.
— Вот я же говорил, что когда муж застает в спальне постороннего мужчину, он всегда может сделать какую-нибудь глупость.
— Не дергайся, Джон, — сказала женщина, — лучше послушай, какую он тебе расскажет историю, но перед этим дай ему деньги.
И Ретт Батлер снова пересказал все, что только что рассказывал, самому Бакстеру.
Тот выслушал его с нескрываемым удивлением, время от времени потирая руки.
Когда Ретт Батлер закончил, он совершенно спокойно отдал револьвер Бакстеру.
Тот равнодушно сунул оружие в кобуру, вытащил из комода пятьсот долларов и передал их Ретту.
Ретт, не считая, сложил деньги в нагрудный карман рубахи.
— Ну что ж, по-моему, я их заработал абсолютно честно.
— Да, — сказала женщина, продолжая любоваться отражением в зеркале.
Через четверть часа Ретт Батлер был уже во внутреннем дворике дома Рохасов.
Первым он увидел Мигеля и тут же рассказал ему. Мигель схватил за плечо первого попавшегося человека и послал его за Рамоном.
Рамон сбежал сверху в расстегнутой рубахе.
— Батлер, а ты не ошибся? — вопросительно глядя на него, спрашивал Мигель, — может быть, тебе померещилось, показалось? Такое в здешних местах бывает.
— Я ошибаюсь только один раз, — глянув на свой револьвер, сказал Ретт Батлер.
— Так что здесь произошло, черт вас подери? — воскликнул Рамон.
Мигель повернулся к брату.
— Тех солдат, что вы постреляли у реки…
— Ну, и что? — немного холодно произнес Рамон.
— Так вот, двое из них остались живы и сейчас скрываются на кладбище.
— Что? — явно не поверив услышанному, воскликнул Рамон.
— Да-да, — подтвердил слова Мигеля Ретт Батлер, — я видел их собственными глазами.
— Этого не может быть!
— Он не мог ошибиться, — поддержал Ретта Батлера Мигель.
— Эй, Чико, собирай людей! — закричал Рамон, глядя на галерею.
Тут же сверху Чико бросил карабин. Рамон ловко поймал его и крепко сжал в руках.
— Скорее! Скорее! Собирай всех людей.
— Послушай, Рамон, Батлер говорит, что Бакстеры сейчас собираются захватить этих солдат.
— Что? — взревел Рамон. — Бакстеры, опять эти чертовы Бакстеры! Если им это удастся, то считай, все погибло! Все погибло! Скорее, скорее по коням! — кричал Рамон, бегая по двору.
Вывели его лошадь, и он вскочил в седло.
Ретт Батлер смотрел на всю эту спешку и суету, покуривал сигару и продолжал улыбаться.
Послушай, — склонившись в седле к Ретту Батлеру, сказал Рамон, — значит, ты уже и это разузнал?
— Да, — кивнул головой Батлер, — в этих краях, как говорит твой брат Мигель, жизнь человеческая часто зависит от какого-нибудь обрывка информации, от какой-нибудь маленькой вот такой новости, — и Ретт Батлер показал обгоревшую спичку.
— Но мне непонятно, зачем ты это делаешь для нас, — еще ниже склонился Рамон к Ретту Батлеру.
Тогда Ретт Батлер разжал руку.
— Пятьсот долларов с вас.
— Всего лишь пятьсот долларов?
— Я делаю это за деньги.
Рамон посмотрел на Мигеля.
— Дай ему пятьсот долларов, быстрее! Он их действительно умудрился заработать, — и натянул поводья своего скакуна.
Бакстер со своими людьми скакал в город, на ходу объясняя одному из своих сыновей.
— Если мы сможем захватить этих двух солдат, то они будут свидетелями против Рамона, а тогда правительство избавит город от Рохаса и всех бандитов, связанных с ним. И тогда только мы будем хозяйничать в нем.
— Неужели? — воскликнул молодой мужчина.
— Да, да, но нам во что бы то ни стало надо заполучить этих кавалеристов. Скорее! Скорее! — закричал Бакстер, пришпоривая свою лошадь, которая и так уже мчалась изо всех сил.
— А ты едешь с нами? — поинтересовался Мигель у Ретта Батлера.
Тот, быстро складывая деньги во внутренний карман, отрицательно покачал головой.
— Нет, Мигель, когда у человека появляются деньги, он начинает слишком ценить одну вещь…
— Какую? — поинтересовался Мигель.
— Он начинает ценить свою жизнь и мир.
Внутренний дворик Рохасов опустел.
Ретт Батлер, проехав сотню метров в сторону кавалькады всадников, задержал свою лошадь, натянул поводья, развернулся и двинулся опять к дому.
«Скорее всего, сейчас там никого нет. Нет, вообще-то, один человек стоит, он охраняет вход в дом. Но с ним, я думаю, разберусь. — Ретт Батлер прикоснулся ладонью к прохладной рукояти револьвера. — Да, с ним я разберусь, это не составит особого труда.»
Он свернул в узкий переулок, остановил лошадь у высокой стены, встал на седло и взобравшись на забор, спрыгнул во дворик. Он, крадучись вдоль стены, пробрался к колонне и замер за ней.
У ворот расхаживал охранник.
Батлер несколько мгновений раздумывал, а потом решился. Он достал из кобуры револьвер, взвел курок и несколько раз выстрелил прямо под ноги часовому.
Тот испуганно бросился сначала в одну сторону, потом в другую и прижался к двери. Ретт Батлер увидел, что над дверью висит огромный чугунный фонарь, в котором теплится огонек. Охранник, испуганно озираясь по сторонам, сжимал двумя руками револьвер.