Чтение онлайн

Это была изнурительная работа — идти по следу из одного городка в другой, следить, а потом вступать в схватку. И хорошо, если бандит оказывался один, но чаще всего его окружала свора приспешников, но и тогда Ретт Батлер выходил победителем.

И уже в здешних местах Ретта Батлера знали многие шерифы и мировые судьи, ведь он справлялся с теми бандитами и разбойниками, против которых была бессильна власть.

Но не один Ретт Батлер занимался подобным промыслом.

На диком Западе находились еще немногие смельчаки, готовые рисковать головой за пару тысяч долларов. Казалось, это будет вечным занятием, ведь плакаты с портретами преступников пестрели на заборах и всех зданиях здешних городков.

Милях в сорока от мексиканской границы, в каменистой пустыне располагался небольшой городок, а в здешних краях чем меньше был городок, тем звучнее и длиннее название он носил.

На фронтоне почтовой станции, расположенной на въезде, красовалась длинная надпись, на которую еле хватило места — Блэк-Хилз-Сити. Тут не существовало даже зала для ожидания дилижансов, хоть и проходили они здесь раза три в день. Места для пассажиров были расположены под дырявым навесом, а кассир сидел в небольшой дощатой будочке и скучающим взглядом смотрел на безжизненный пейзаж, простиравшийся за городом.

Это был молодой клерк, на удивление крепко сложенный. Ему бы скакать на коне, стрелять из револьвера, но этот молодой человек предпочел более спокойную жизнь, хотя и на этом месте могли случиться всякие неожиданности.

Здешние места кишели бандитами и довольно часто кое-кого из них приводила к искушению небогатая касса почтовой станции. Но продавец билетов отлично знал, что если вести себя правильно, не упираться и сразу отдать выручку, то в общем-то, ничего плохого с тобой не случится. Ведь и грабителям бывает жалко патронов и они избегают лишнего шума.

Горячий ветер, налетавший на дощатую будку продавца билетов, трепал, но никак не мог оторвать от выгоревшей стены большой плакат с карикатурно изображенным портретом очередного преступника, с которым не мог справиться местный шериф и его помощники. И единственной запоминающейся деталью портрета были немного подкрученные черные усы, которых, скорее всего, в настоящее время на лице преступника уже не было.

Награда за его голову, живого или мертвого, была объявлена в тысячу долларов.

Продавец билетов услышал цокот копыт и выглянул из своего окошка. Прямо к его почтовой станции неторопливо шел высокий крепко сложенный мужчина, одетый в черный отутюженный сюртук, высокие начищенные кожаные сапоги, атласную жилетку, черную широкополую шляпу. На груди у него был ярко-красный галстук. Как ни всматривался продавец билетов, но лица незнакомца он рассмотреть пока еще не мог.

«Интересно, кого это занесло в наши края? Чтобы кто-нибудь из местных вот так богато вызывающе одевался, я даже и не припомню. Скорее всего, это все же гость».

В каждом движении незнакомца чувствовалась уверенность в своих силах. Он вел под уздцы вороного жеребца.

Мужчина шагал неторопливо, крепко ставя ноги в подкованных сапогах на землю, и продавец билетов слышал цокот подкованных копыт лошади и металлический звон сверкающих шпор на сапогах незнакомца. Мужчина остановился шагах в пяти от окошка кассы.

И теперь продавец билетов смог рассмотреть лицо незнакомца. Парень даже вздрогнул, встретившись взглядом с глазами мужчины.

Мужчина хоть и смотрел на мир, казалось, равнодушным взглядом, но от его цепкого настороженного взора не ускользало ничто. Продавец билетов даже поежился, столкнувшись с крепким, как будто стальным взглядом незнакомца.

Тот скривил тонкие губы под аккуратно подстриженной щеточкой коротких усов и пальцем немного приподнял шляпу. По выражению его лица было трудно догадаться, о чем незнакомец думает. Единственное, о чем смог догадаться продавец билетов — незнакомец явно был когда-то военным. Ведь даже теперь, когда на нем было гражданское платье, чувствовалась выправка кадрового служаки.

Незнакомец скользнул взглядом по лицу продавца билетов, тут же принялся рассматривать плакат, висевший рядом с окошком. И по выражению лица продавец билетов догадался, что мужчина в черном сюртуке явно заинтересовался плакатом.

— О, кто только не пытался поймать Хуана Мочадо, никому это не удалось.

— Что, он такой неуловимый и ловкий?

Парень пожал плечами.

— Да, шериф со своими парнями уже целый год пытаются его настигнуть, но все это кончается только тем, что Мочадо успевает кого-нибудь подстрелить и скрыться.

— И ты тоже уверен, что его невозможно поймать?

— Наверное, можно, но я не видел и не встречал человека, который отважился бы на подобный шаг, хоть тысяча долларов — довольно приличные деньги.

— Но я вижу, там написано не тысяча, а сто тысяч, — и незнакомец указал на два больших нуля, пририсованных карандашом.

На этот раз продавец билетов оживился. Его небритое лицо расплылось в улыбке.

— Это Хуан Мочадо дорисовал два нуля сам. Он как-то остановился напротив моего окошка, посмотрел на свой портрет и захохотал: «Что-то очень мало за меня платят» и взвел курок револьвера. Я, сэр, испугался, думал, он выстрелит мне в голову и заберет всю выручку. Но он протянул левую руку и попросил карандаш. Вот этим карандашом, — и продавец билетов показал огрызок карандаша, — он и дорисовал два нуля, а потом расхохотался, пришпорил лошадь и ускакал. А я остался сидеть, довольный тем, что головорез не тронул меня.

— Да, смелости, приятель, тебе не занимать, — скривив губы, сказал незнакомец.

— Я думаю и вы, сэр, изрядно бы струхнули, встретившись с этим бандитом один на один.

И тут взгляд незнакомца вновь стал холодным, а брови сдвинулись над переносицей, и продавец билетов поежился. Было во взгляде незнакомца что-то угрожающее, и продавец билетов почувствовал, как его рубашка прилипает к спине.

— Жаль, но никто, наверное, не сможет поймать этого убийцу.

Незнакомец поставил свой большой коричневый саквояж на подоконник кассы — и саквояж закрыл окошко. А продавец билетов даже не осмелился его сдвинуть. Он только напряженно прислушивался.

— Я возьму этот плакат на память, — сказал незнакомец и аккуратно сняв лист бумаги со стены, свернул его в трубку, щелкнул замками саквояжа и опустил плакат на дно. — Так ты говоришь, что никто не сможет его поймать?

— По крайней мере, сэр, никто еще не смог этого сделать, — немного исправился продавец билетов, проявляя к незнакомцу уже куда больше уважения, чем в начале разговора.

— Посмотрим-посмотрим, — процедил сквозь зубы мужчина и вновь надвинул шляпу на глаза.