Чтение онлайн

Костя заканчивает разговор и возвращается к нам.

— Останетесь на чай? Такой путь проделали.

— Нет, спасибо. — Торопливо отвечаю я. — Около двух часов. Не страшно. Спасибо, что согласились поговорить со мной.

Петр Семенович переводит на меня ласковый, почти отеческий взгляд, от которого сжимает горло.

— Удачи, Инга.

— До свидания! — Костя подает руку Смирнову.

Он отвечает рукопожатием.

— Там старый мост. — Указывает в сторону рощи. — По нему спокойно выйдете. Нечего по склону корячиться.

9

Домой мы едем в молчании. Каждый занят своими мыслями.

Куда Настя влипла? Кого боялась? И почему не поговорила со мной?

Факт, что у нее были от меня секреты, больно ранит. Неуместная реакция на полученную информацию, но я ничего не могу с собой поделать. Свечка была для меня всем. Мама и она — часть моего сердца. Его большая часть.

Наверное, Марк прав. Я жила, слившись с сестрой. Вчера перед сном я перечитала все, что было в интернете об этом состоянии. Было неприятно узнать, что с границами у меня не все так замечательно, как я себе надумала.

Сейчас я дезориентирована и вообще не знаю, что делать со своей жизнью. Как будто, я смогу нормально жить, только разобравшись в прошлом. Смогу ли? Меня пугает неизвестность, но ещё больше страшит мысль, что моей девочки больше нет.

Я отложила жизнь на потом. До лучших времен.

Перевелась на третьем курсе на заочку, быстро ушла из офиса на фриланс и так и не научилась строить отношения. Что, если я влюблюсь, а мой мужчина исчезнет, погибнет или просто уйдёт.

Переживу ли я эту боль снова?

Милаша из кафе я, кстати, благополучно слила, как и всех до него.

Вот такая я дефектная оказалась, неспособная жить нормальной жизнью. Смотрю на мелькающий за окном пейзаж, а в груди плескается чёрная жила вперемешку со страхом о Свечке.

Костя задумчиво смотрит на дорогу. Впереди бежит белая полоса разметки. Он ведёт машину одной рукой, другая покоится на колене. Иногда он хмурится.

Телефон издает сигнал входящего сообщения. Напрягаюсь, ожидая порцию гадости от анонима. Но это, к счастью, всего лишь Мирон:

«Привет! Я с парнями в горах. Связь ни к черту. Вернусь через неделю. Напиши ещё раз, чтобы я не забыл. Договоримся о встрече.»

Следом он прислал красивый пейзаж гор на фоне синего неба.

Значит, сначала все же придется поговорить с Мирой. Ох, как я не хочу видеть эту жеманную дуру.

Когда все рыскали в поисках Насти по лесополосе, она закатила истерику с обмороком. Ей вызвали скорую. Не знаю, оплакивала ли она пропажу Насти или свой неудавшийся юбилей. По ходу постоянно пыталась повиснуть на Косте, уткнувшись носом ему в грудь.

Около двух она отправилась спать, в то время как, даже мало знакомые люди бегали по поселку в густом тумане, выкрикивая Настино имя.

Костя смотрит на меня, выныривая из собственных мыслей.

— Ты нормально?

Я киваю в ответ и спрашиваю:

— Кого она боялась, Кость?

— Без единой идеи, малая. Всю башку сломал.

Дома мы разбредаемся по своим комнатам. Через час Костя куда-то уходит. Я слышу его возню в прихожей и хлопок двери.

Я наливаю себе воды и сажусь за переводы. Не успеваю углубиться в текст, как меня отвлекает дверной звонок.

Гадаю, кого принесло и иду открывать.

На пороге стоит Дельфин в выпендрежном бомбере с нашивками. Смоляные пряди лежат волосок к волоску.

— Салют! Ты чего на сообщения не отвечаешь? — Роберт без спроса переступает через порог, обдавая меня горьковатым ароматом парфюма.

— Я тебе Анин старый ноут привез. Помнишь, ты просила?

— Привет, Берт. — Удивлённо произношу я. — Ну, там, вообще-то, только одно сообщение от тебя было. Я просто не придумала, что тебе посоветовать, поэтому не отписалась ещё.

А о том, что мой ноутбук сломался, я говорила месяц назад. Уже сама забыть успела. Странно, что Роберт привез его теперь. Хотя, мило, конечно, что он решил помочь. Он вообще внимательный и добрый.

— Я реально не знаю, что Анютке подарить. Купи ей сертификат в SPA и все дела. — забираю милый ноутбук с наклейками и кладу его на комод. — Идем, чаю тебе налью.

Роберт оглядывает квартиру, словно впервые здесь.

— Как дела? — Спрашивает, пока я вожусь с заваркой. — Как поиски? Мы с Аней волнуемся за тебя, честно говоря. Мутная история. Сколько людей каждый день по стране пропадает? Прости. — осекается он.

— Пока никак. — ставлю перед ним чай и сладости. — Сегодня к следователю ездила.

Длинные ноги Роберта в белых носках перегородили всю кухню. Думаю, что последние пару дней перебор красивых и богатых мужчин на моей кухне. Сначала Федорцов, теперь Дельфин.

Берт — отражение Насти. Они оба — самозванцы на тусовке высшего света, который никогда не примет таких, как они.

У Роберта смуглая кожа и длинные ресницы. Аня влюбилась в него, как кошка, и не стеснялась проявлять инициативу.

— Да ладно, к этому бледному дрыщу?

— Нет, к Смирнову. — Пробую новый сорт чая, делая глоток. — Как думаешь, у Насти были враги?

Роберт сводит брови.

— С чего бы, она же не Мата Хари (прим. — легендарная шпионка, роковая соблазнительница и танцовщица Маргарет Гертруда Зеле). Обычная девчонка. — Он машет головой, отрицая это предположение. — Глупости.

— Смирнов сказал, что она кого-то встретила перед днюхой Дмитриенко. Кого-то, кто её пугал.

— Бред. Может, неадекват какой-то подкатил? Она же красотка была.

— Не знаю. — притягиваю одну ногу к животу, размышляя.

— А ты её картины перебирала уже?

— Нет, а что?

— Может, продать что-то захочешь? Я могу помочь.

Эта мысль вызывает отторжение. Продать? Ни за что. В ее комнате стоит пять картин, не считая набросков. Каждая из них — часть Настиной души, а душу не продают.

— Спасибо, Берт. Не нужно. — рассматриваю его кольца и поднимаю взгляд к глазам. — Я не бедствую.

— А по халупе и не скажешь. — По-доброму усмехается он. — У бабки хату отбила.