Чтение онлайн

— Нет, — сказала Женевьева. — Я даже не пыталась флиртовать с вами.

«Или все-таки пыталась? Вы мне очень понравились. Неужели вы сразу же это поняли? Меня, наверное, выдали глаза? А может быть, жесты и мимика?» — недоумевала она.

Синклер положил руки ей на плечи. От них исходило приятное тепло.

— Во время нашей первой встречи вы изображали из себя деловую женщину, самодостаточную, уверенную в себе. Однако вы не очень убедительно играли эту роль. Мнимое равнодушие меня всегда заводит, я воспринимаю его как вызов. Особенно если чувствую, что это блеф. — Он крепче сжал ее плечи. — А вы блефовали. В своем элегантном костюме вы были похожи на спокойную, несколько холодноватую, непорочную девицу, чопорную и правильную. Я знал, что у вас великолепная фигура, но мне хотелось увидеть, как вы будете выглядеть, когда я вас раздену. Я очень часто думал об этом.

— Вы сами заставили меня раздеться, — напомнила ему Женевьева. — Вы щупали меня, как рабыню на невольничьем рынке.

— И вам это понравилось, — ответил Синклер. — Проблема в том, что вы не хотели признаваться в этом даже самой себе. Вы постоянно напоминали мне о том, что у нас чисто деловые отношения, делали вид, будто я вам совершенно не нравлюсь, будто вам нужна только моя подпись под контрактом.

Женевьева осторожно прикоснулась к его рукам.

— Я думала, что вы сами этого хотели, — сказала она. — И приняла это как должное. Я все время пыталась подавить свои чувства. Мне не хотелось страдать и мучиться от неразделенной любви. Мне казалось, что вы просто используете меня. Вы создали себе такую репутацию — репутацию человека, который любит манипулировать людьми.

— Думаю, что я это заслужил. Честно говоря, я сам придумал эту легенду, заставив всех поверить в то, что я бессовестный манипулятор. Это очень помогало мне в различных ситуациях. Люди, которые не знакомы со мной близко, обычно не знают, чего от меня ожидать.

— Вы хотите сказать, что на самом деле вы не манипулируете людьми? — спросила Женевьева, язвительно усмехнувшись.

— Конечно, манипулирую, — ответил Синклер. — Если мне это позволяют. Все люди манипуляторы. И вы тоже. Однако это, как говорится, палка о двух концах, — усмехнулся он. — Джейд Челфонт я тоже использовал, — признался Синклер, и его усмешка превратилась в широкую, радостную улыбку. — Это был классический случай. Она хотела заполучить меня. Я был бы ее первым успехом после перехода в «Лукки». Я знал, что она будет полезна мне в Японии. Джейд любезно согласилась взять отпуск на время моей деловой поездки. Ей даже удалось приобрести билет на тот же рейс, которым летел я.

— Но я думала, что…

— Вы думали, что я сам предложил ей поехать со мной? — Синклер засмеялся. — Так думали многие. Как я уже сказал, подобные слухи не испортили моей репутации — ни здесь, ни в Японии. Японцам Джейд очень понравилась. Еще бы, английский сенсей! Если бы понадобилось сражаться с мечом в руках, лучше Джейд с этим никто бы не справился.

— А как она в постели?

Он снова засмеялся.

— Вы так легко не сдаетесь, правда? Я этого не знаю. Честно говоря, мисс Челфонт вообще не в моем вкусе. Уж слишком она мужеподобная. И я уверен в том, что я ей тоже не нравлюсь. По той же самой причине. Хотя мне кажется, если бы я захотел с ней переспать, она бы мне не отказала, понимая, что может извлечь из этого выгоду.

— Вы думаете, что она лесбиянка? — спросила Женевьева.

— Я думаю, что она бисексуалка. И мне кажется, что ей больше нравятся женщины.

— По крайней мере в этом вы с ней похожи, — сказала Женевьева спокойным, бесстрастным голосом.

— Мы оба любим манипулировать людьми, — произнес Синклер. — И оба знаем об этом. — Он медленно, как бы нехотя, улыбнулся. — Однако я оказался более удачливым бизнесменом. Я подписал контракт с японцами, а Джейд упустила выгодного клиента. Такие вот дела.

— Неужели вам никогда не хотелось узнать, хороша ли она в постели? — не унималась Женевьева.

— Нет, не хотелось, — честно признался Синклер. — Ведь я никак не мог забыть, как хорошо мне было с вами.

— В постели? — спросила Женевьева, сдерживая улыбку. — Насколько я помню, мы никогда не занимались любовью в постели.

— Это легко можно исправить, — ответил он.

Синклер подошел к ней еще ближе, и она почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Он прижал Женевьеву к себе и поцеловал. Это был долгий и страстный поцелуй. Когда они наконец отстранились друг от друга, она почувствовала, что задыхается.

— Почему ты не делал этого раньше? — пробормотала Женевьева.

— Мне просто нужно было немного помочь, подбодрить, подтолкнуть. Дать понять, что тебе этого хочется, — сказал Синклер, и она ощутила на щеке его теплое дыхание. — Я думал, что уже никогда не дождусь этого от тебя. Во время нашего последнего свидания, когда мы сидели в машине, мне показалось, что ты хочешь разорвать наш договор. Хочешь уйти от меня. Давай посмотрим правде в глаза: каждый раз, когда я пытался заставить тебя признаться в своих чувствах, ты напоминала мне о том, что у нас чисто деловые отношения. Что это бизнес и ничего больше. Ты все время твердила об этом чертовом соглашении. Были моменты, когда я искренне жалел о том, что предложил тебе этот девяностодневный договор.

— Я боялась, — сказала Женевьева. — Мне казалось, ты хочешь заставить меня сделать что-то по-настоящему мерзкое.

— Неужели ты так плохо обо мне думаешь? — прошептал Синклер.

Когда он поцеловал ее еще раз, Женевьева полностью расслабилась. Сначала Синклер легонько потерся губами о ее губы. Потом кончик его языка, осторожно протиснувшись между ее губами, раздвинул их. Нежно поглаживая ее шею, Синклер заставил ее отклонить голову назад и поцеловал ямочку под подбородком. Потом его губы проложили влажную дорожку к уху…

— Ты считаешь меня шантажистом? — Синклер поцеловал Женевьеву в шею. — Бабником? — Он снова поцеловал ее. — Я удивляюсь, почему ты позволяешь мне делать это.

— А еще ты разбойник и драчун, — добавила Женевьева.

Удивившись, он отстранился.

— Это что-то новенькое. Меня так еще никогда не называли.

— Что случилось с Рики Крофтом?

Синклер удивленно приподнял бровь.

— А что с ним случилось?

— Говорят, что ты его избил.

— На этот раз слухам можно верить.

— Зачем ты это сделал?

— Тебе не нужно об этом знать.

— Нет, нужно, — настаивала Женевьева. — Это из-за тех порнокартинок, которые он рисует?

— Я уже говорил тебе: меня такие вещи не интересуют. Мне больше нравится живая натура.

— Рики сказал мне, что Джейд Челфонт купила несколько его рисунков, чтобы подарить тебе.

— Он выдавал желаемое за действительное. Джейд Челфонт не стала бы ничего у него покупать. Она, скорее всего, просто врезала бы ему кулаком по физиономии.

— И ты его избил, — произнесла Женевьева. — Я хочу узнать, за что. Я не поверю, будто ты набросился на Рики просто потому, что эти рисунки показались тебе пошлыми.

— Он показал мне еще одну серию рисунков… — Синклер помолчал. — Не вдаваясь в детали, скажу только, что на них он изобразил тебя. Мистер Крофт, похоже, думал, что мне будет приятно увидеть тебя, скажем так, в довольно пикантных позах.

Женевьева вспомнила, что было изображено на рисунках Рики. «Зная, как он ко мне относится, могу предположить, что он изобразил меня в самых мерзких и унизительных позах», — подумала она.