Диадема для Золушки
Шрифт:
– Завтракать будешь? – спросил он, как ни в чем не бывало.
– Буду, - так же равнодушно ответила Уля.
– И ты не спросишь, что у нас на завтрак?
– Нет.
– Ты хотела меня обидеть? – он не выдержал и вышел из себя, бросил кухонную лопатку в раковину, и она загремела, нарушая нежную утреннюю тишину. Ее безразличие ко всему его взбесило.
– Нет.
– Но у тебя это получилось!
– Извини... – все так же без эмоций ответила Уля.
Он повернулся к ней лицом и вздохнул.
– Уля, не надо делать вид, что ничего не было!
– Я не хотела этого…
– Может, ты еще скажешь, что я тебя оскорбил? – он был возмущен до глубины души, - Я не верю тебе! Не верю ни единому твоему слову. Да что говорить! Не твоя ли рука привела меня в твою комнату? Не ты ли меня целовала? Ульяна, опомнись! От чего ты бежишь?
– Если бегу, значит, есть от чего…
– А что это у вас здесь происходит?
Это проснулась Настасья.
«Ты вовремя!» - обрадовалась Ульяна, отвернувшись к окну и часто моргая глазами, чтобы не было слез.
«И чего тебе не спится?» - про себя спросил Мартин.
– И вообще, где мы?
– Вы у меня дома, - вполне спокойно ответил Мартин.
– А что мы здесь делаем?
– У-у, дамочка, я вижу, вы вообще ничего не помните! – он рассмеялся, как будто и не было никакого разговора с Ульяной, - садитесь завтракать.
– А что на завтрак? – поинтересовалась Настена, подойдя к столу.
Ну вот. Типичная женщина. И типичные женские вопросы, и такая же типичная «женская логика». Неужели у вас, Ульяна, не помню как вас по батюшке, отсутствует «женская логика»?
– Яичница, не с беконом, но с сосисками, - ответил Мартин, и украдкой взглянул на Ульяну.
Она сидела за столом как-то очень правильно, но явно чувствовала себя не уютно. Но не из-за того, что между ними произошло. Об этом, казалось, она уже забыла. Она определила его в ранг лучших друзей, и ни каких неудобств больше быть не могло.
Тогда почему?
– Уль, что-то не так? – спросил он участливо, решив не ломать голову догадками, и плевать ему было, что они были не одни. Настена ведь ее лучшая подруга, наверняка все узнает, и какая разница сейчас или когда-нибудь потом.
– Нет, все хорошо, - она натянуто улыбнулась и продолжила ковырять вилкой в тарелке.
– Уль…
– Может, вы все-таки расскажете, что вчера было? – прервала его Настя. Спасать подругу от нежелательного разговора она и не думала. Просто так случилось, что спросонья она растеряла всякое чутье и проницательность, и теперь определенно не видела, что атмосфера в этой комнате слегка напряжена.
– А ты нам вчера ничего не рассказывала, - Мартин, глядя на нее, снова усмехнулся, - Ты заснула, как только я вынес тебя из клуба. Что ты вчера пила?
– Да не знаю я, Киря что-то принес…
И тут она все вспомнила и мгновенно помрачнела. От прежнего хорошего настроения не осталось и следа. Она вспомнила, как он заказал ей какой-то коктейль, оставил одну у барной стойки, а сам ушел играть с друзьями в бильярд. А когда она его нашла, он уже был под действием каких-то наркотиков, по всей видимости, не в первый раз. Он был посмешищем всех окружающих. Он ходил по комнате, как-то странно приседая на одной ноге, и махал руками. Наверное, в своем воображении он просто летал от удовольствия. Его снимали на встроенные в телефоны фото и видеокамеры.
А потом он увидел ее и, кажется, узнал и собрался получить еще большее удовольствие. Она только чудом смогла от него вырваться, потому как помогать ей никто не пытался. Она убежала в дамскую комнату и расплакалась. И, наверное, только теперь подействовала та гадость, которую она пила, потому что она не помнила, когда звонила Ульяне, и после этого тоже ничего.
– Насть, ты чего? – запереживала Ульяна, посмотрев на подругу, и оставив свои собственные мысли, - Тебе плохо?
– Нет, все в порядке… - и она задумалась, замкнулась и вообще ушла в свой мир.
– Ну, девчонки, вы меня уже достали! – Мартин не был в бешенстве, напротив, он был даже очень весел, - Вот ей богу достали! Одна вон сидит, как на иголках, и бессмысленно тыкает вилкой в тарелку! Другая – отказывается говорить, почему мне пришлось ее вчера в два часа ночи из клуба забирать!
– А тебя никто и не просил, - вспылила Настасья.
Мартин обиделся.
– Я просила, - заметив это, поправила ее Ульяна, и Настя покраснела и опустила взгляд в тарелку.
– Детский сад «Ромашка», - решил Мартин, - осталось отправить вас по своим комнатам, подумать над своими словами. Вам сколько лет, малыши? Двадцать один или два?
Настасья отмолчалась на этот вопрос.
– Двадцать три завтра исполнится! – сказала Ульяна как-то очень весело.
– У тебя завтра день рождения? – уточнил Мартин, с нежностью глядя прямо ей в глаза.
– Да.
– А сколько тебе? – спросила Настя.
– Двадцать шесть.
– Так ты уже взрослый мальчик!
– А то!
– А жениться, когда собираешься?
– Да вот, как найду диадему и красную ленту с надписью «Мисс Вселенная 2003» для своей Золушки, так и женюсь на ней.
– Это я вчера ляпнула? – смущенно спросила Настасья.
– Да, - Мартин улыбнулся, - но почему именно две тысячи третьего?
– Тогда Мисс Вселенной стала русская девушка, - она не вспомнила, что ему говорила, но решила, что это как-то связано.
– Так это у нее я должен одолжить корону и ленту для Золушки?
Интересно, как ты это сделаешь, если диадема вдребезги разбита?
В том, что именно Ульяна была Золушкой, Настасья была уверена, но не нашла, что ему ответить, и только рассмеялась. Не могла она выдать чужую тайну. Тем более тайну лучшей подруги, которая сейчас сидела абсолютно бледная, ведь речь шла о ней.
– А ты чего бледнеешь? – заметив это, спросил Мартин с насмешкой, - Рано еще бледнеть, я тебе еще предложения не делал. Вот сделаю, так где-то через месяц или два, тогда будешь бледнеть.
Она поняла, о чем он говорит. Она его очень хорошо поняла. И с его стороны было очень неосмотрительно говорить об этом в присутствии Настасьи. Это касалось только их двоих, и никого больше. И она никому не собиралась рассказывать о том, что произошло, даже лучшей подруге.
– Ты уже сделал все, что мог, - пробормотала Уля себе под нос и встала из-за стола, - Спасибо за завтрак. Насть, нам пора.