Чтение онлайн

— И?

— И… это могло ускользнуть от твоего внимания, поскольку ты платишь за то, чтобы прийти сюда и поиграть в гребаные компьютерные ролевые игры и массовые многопользовательские ролевые онлайн игры, но это место не на сто процентов законно, понимаешь? Многие из этих компьютеров в промежутках между сессиями «Фортнайт» и играми «Вселенная Варкрафта» используются для какой-то серьезной темной паутины. Я не говорю ни о чем из этого отвратительного оскорбительного дерьма, ни хрена я бы этого не потерпел. Но если кто-то хочет подключиться через прокси и виртуальные частные сети и облажаться с каким-нибудь репрессивным режимом где-нибудь в мире или перевести пару миллионов от какого-то переплаченного банкира в отчаявшийся приют, я согласен с этим дерьмом Робин Гуда.

— Зачем ты мне об этом рассказываешь? — я снова смотрю на экран. ГД больше ничего не написала. Прошло всего пару минут, но меня что-то гложет. Мой кишечник начинает бурлить.

— Брось, мужик. Ты пришел в кафе в прошлом году, сжимая свернутую копию журнала «КРИМонтли» или что-то в этом роде, и выглядел так, будто никогда в жизни не видел компьютера. Одет так, как будто только что вышел из гребаного фильма о войне. Я понятия не имею, где ты живешь и как твое настоящее имя, но я тебе доверяю. И причина, по которой я тебе доверяю, в том, что ты выглядишь так, будто можешь держать рот на замке. На кого ты не похож, так это на гребаного федерала.

— Я не федерал.

— Точно. Но у тебя есть способности. Я имею в виду навыки реального мира. Узнай, что, черт возьми, происходит. Пожалуйста. Меня собираются обыскать? Потому что если это так, то твоя еженедельная игра и… разговоры с твоим другом заканчиваются.

Бифер может выглядеть как людоед из детской сказки, но он хорошо разбирается в людях. Вероятно, поэтому это место протянуло так долго. Если у него плохое предчувствие по поводу этих его «чуваков», то он, вероятно, прав. Он прочитал меня сразу же, увидел, как я читаю в кафе тот журнал, который я нашел в диком кемпинге на земле Пакта в прошлом году, и предложил показать мне, как играть.

Это было именно то, что мне было нужно: выход для того, что я называю своей дикой стороной, стороной, которую я впервые увидел, когда записался в армию в 1941 году, когда мне было двадцать два года. Борьба пробуждает во мне это, что-то вроде неистовой ярости, которую я люблю и ненавижу. Это настолько близко, насколько я осмеливаюсь подойти к тому, чтобы быть федералом, и меня пугает, что я всего в одном или двух шагах от полноценного режима монстра. Я чувствовал это во время Второй мировой войны, в Корее и во Вьетнаме. С тех пор я чувствовал, как он нарастает, как будто вот-вот взорвется. Я был уверен, что это лишь вопрос времени.

Затем онлайн-игры дали мне способ контролировать это, быть жестоким, не причиняя вреда ни одной живой душе.

Я еще раз смотрю на экран. По-прежнему ничего. Только последнее сообщение. Какой-то клоун пытается сорвать ее дверь с петель. Что-то не так. Не знаю, откуда я знаю, но чувство слишком сильное, чтобы его игнорировать.

— Можешь ли ты узнать, где кто-то находится из этих мессенджеров? — спрашиваю я, не зная, могу ли я что-нибудь сделать. Я имею в виду, она может быть на чертовой Аляске.

И я бы бежал всю дорогу, чтобы спасти ее.

— Не знаю. Слушай, ты собираешься разузнать это для меня или…

— Я узнаю, что происходит, просто ответь на гребаный вопрос. Ты можешь узнать, где кто-то находится?

— Ты разузнаешь?

— Что я только что сказал? Теперь скажи мне.

Он качает головой, и я чувствую, как у меня в горле начинается рычание.

— Черт, чувак, я не могу. Но… — он встает и оглядывается, затем прикладывает пальцы к губам и пронзительно свистит. — Блонди, иди сюда.

Девушка такая же высокая и круглая, как и сам Бифер, со светлыми волосами, голубыми глазами и идеальным макияжем подходит к нам, ухмыляется Биферу и кивает мне.

— Как дела, парни?

Бифер указывает на меня, потом на нее.

— БезумныйЧеловекВолк, познакомься с Блонди.

Она закатывает глаза.

— На самом деле БлАнди (прим. пер. от слова blood, что в переводе означет «кровь»). Так меня прозвал отец, когда увлеклась стрелялками. С африканского.

— Пофиг. Можешь ли ты отследить кого-то по их игровому профилю для моего друга?

Она ухмыляется.

— Есть ли во «Властелине колец» гомоэротический подтекст? Конечно, да, и я уверена, что смогу. Кого мы преследуем?

— Тебе не обязательно знать, — ворчу я.

— Это какая-то девушка, с которой он познакомился на свадьбе.

Я не пытаюсь его поправить.

— Больше ни слова, — БлАнди или как там ее зовут, кивает, приседая рядом со мной. — Первый раз, когда я влюбилась в девушку, она была подружкой невесты на свадьбе моей тети. Мне было восемь, ей шестнадцать, ничего бы не вышло. Я сто раз рисовала ее лицо в своем альбоме, но не думаю, что она меня даже заметила, — она задумчиво вздыхает. — Но есть что-то в свадьбах, да?

Ее пальцы двигаются по клавиатуре, пока она болтает, постукивая так быстро, что я не успеваю следить за тем, как слова, которые я не узнаю, появляются в каком-то текстовом окне. Через несколько секунд она уже ухмыляется, бормоча гребаные любители и хоть какую-то попытку безопасности, ребята, ну же.

Еще несколько нажатий, и на экране появится адрес.

— И вуаля! — она ухмыляется, поворачиваясь ко мне. — Надеюсь, она того стоит.

— Эй, подожди, я знаю это место… — Бифер искоса смотрит на меня. — Это прямо за углом здесь, в Гавани Ульрика!

Он прав, и в этом есть смысл. Конечно, Глам0рнаяДевчонка тут. Она должна была здесь. Потому что нам суждено быть вместе.

Я уже на ногах, натягиваю толстовку, которую надеваю, когда прихожу сюда, звук дождя эхом разносится по темным коридорам в эту скрытую комнату.

— Спасибо, — бормочу я, пожимая руку БлАнды, когда она ее протягивает. — Я твой должник.

— Ты и мне должен, не забывай…

— Я сказал, что разузнаю, — ворчу я, направляясь к двери.

Глава 3

— Что ты имеешь в виду, под чертовым «нет»? — Золотой зуб усмехается, почти заполняя дверной проем, когда за спиной струятся полосы дождя. В воздухе висит смрад застоявшегося пота и дешевого алкоголя. — Тебе лучше шутить, блядь, маленькая сучка, иначе тебя ждет мир боли.

Он приезжает сюда уже почти полгода, с тех пор, как я согласилась на эту договоренность. Он никогда не говорил мне своего имени, но его верхний правый резец золотой, отсюда и Золотой зуб. Другой парень, который каждую неделю приносит посылку — Очки.