Чтение онлайн

— Ну и что ты думаешь? — спрашивает Джоли.

— О чем?

— О любви! В великом замысле всего сущего как насчет любви?

Я улыбаюсь и смотрю в темноту. У Джоли на уме только любовь. Это все, о чем она думает. Она любит смотреть романтические фильмы и мечтает о своем рыцаре в сияющих доспехах, а это значит, что она также мечтает о том, чтобы и я нашла своего.

— Думаю, — говорю я, задумчиво потягивая напиток. — Что занудной девчонке-ботанке только в кино может достаться парень.

— Ха, — говорит она. — Искусство подражает жизни, а жизнь подражает искусству!

— Не уверена, что «Ноттинг-Хилл» — это «искусство».

— О боже, разве Джулия не была великолепна в нем? И Хью, за которого можно умереть!

— Да, — говорю я, вздыхая. — Но это не про меня.

— Ты даже не представляешь, какая ты симпатичная, правда?

— Что? — спрашиваю я, удивленно глядя на нее.

— Ты симпатичная, — повторяет она. — Многие парни хотели бы с тобой встречаться.

— Конечно, — говорю я, качая головой.

Джоли закатывает глаза.

— Поверь мне, я знаю, о чем говорю.

— Спасибо, но я лучше буду заниматься наукой.

— Это мы ещё посмотрим, моя дорогая, — смеясь, говорит Джоли.

Вдалеке мелькает быстрая вспышка света, которая привлекает мое внимание. Я смотрю туда, где, как мне показалось, я ее видела, но она не повторяется.

— Ты это видела? — спрашиваю я.

— Эм? Что?

— Вспышку света вон там. — Я указываю туда, где я ее видела.

— Нет, — говорит она без всякого интереса.

— Хм.

Ночь проходит спокойно, пока мы болтаем и ужинаем, а потом отправляемся в общежитие. Я моментально вырубаюсь, как лампочка при выключенном рубильнике.

Глава 2

КАЛИСТА

Утро всегда такое раннее. Тьфу. Я переворачиваюсь и потягиваюсь, затем нажимаю на выключатель на стене, который останавливает мигание моего потолочного светильника. Самый раздражающий будильник во Вселенной. Как только мои ноги касаются пола, я, спотыкаясь, иду к встроенному репликатору. Три звуковых сигнала и запах свежего кофе Cafe Verona проникает в комнату. Я сажусь на край койки и жду, когда репликатор закончит делать кофе, а потом потягиваю теплый, восхитительный напиток. Когда его тепло распространяется по моему телу, я медленно просыпаюсь. Я захожу в ванную и позволяю теплому воздуху, наполненному ионными частицами, очистить меня, затем заботиться о моих зубах и привести в порядок волосы.

Одетая и готовая, я выхожу из своей комнаты в общую комнату, которую делю с двумя другими девушками. Все общежития спроектированы таким образом, чтобы нам хватало уединения, но на колониальном корабле пространство стоит дорого. Джоли свернулась калачиком на диване, поджав под себя ноги и потягивая кофе. Она выглядит бодрой и готовой идти, черт бы ее побрал. Она всегда полна энергии, и я ей завидую.

— Доброе утро, солнышко! — улыбается Джоли.

— Угу, — говорю я и закатываю глаза. Мой кофе еще не совсем подействовал.

— Еще один яркий и прекрасный день. Пора вставать и сиять! Жги рок-н-ролл! — Джоли поднимается на ноги, напевая свою утреннюю песню.

— Ради бога, пожалуйста, заткнись! — кричит Амара, выходя из своей комнаты.

— Не ворчи, как медведь, — говорит Джоли, поворачиваясь на одной ноге лицом к Амаре.

Амара громкая, дерзкая и привыкла отдавать приказы. В ее лице есть суровая красота. У нее сильная челюсть и острый нос, которые придают ей властный вид. Ее короткие темные волосы стоят дыбом, а глаза выглядят измученными.

— Ты что, совсем не спала прошлой ночью, Амара? — спрашиваю я.

— Нет, и мисс Хэппи совсем не помогает, — ворчит она.

— А почему нет?

— Потому что она раздражает? — говорит она, сердито глядя на Джоли, которая высовывает язык. Амара закатывает глаза.

— Я имею в виду, почему ты не спала прошлой ночью? — говорю я.

— Коррекция курса, задержала нас всех допоздна, — отвечает она.

— Я думала, что это все автоматически, и все это делает компьютер сам, — говорю я.

— Да, но он обнаружил что-то, чего не смог понять, и нам пришлось настраивать вручную.

— Разве это не странно? — спрашивает Джоли.

— Да, — отвечает Амара, не вдаваясь в подробности.

— Ну, все будет хорошо? — говорит Джоли.

— Почему бы вам не заняться выращиванием сорняков или чем вы там еще занимаетесь? Оставь пилотирование тем из нас, кто в этом разбирается, ладно?

— Мы биохимики, большое вам спасибо, Ваше Высочество, — съязвила Джоли. — Если бы не наша работа, вы, великие пилоты, умерли бы с голоду.

— Да, спасибо, еда в последнее время такая замечательная, — говорит Амара, качая головой.

— Мы не повара! — говорит Джоли, заглатывая наживку, и я вздыхаю.

— Она тебя подначивает, Джоли.

— О, точно, — говорит Джоли и пожимает плечами. — Как скажешь.

Комната сильно трясется, из-за чего мы втроем теряем равновесие. Я размахиваю руками, пытаясь удержаться в вертикальном положении, а потом падаю на диван. Украшения, расставленные на полках по всей комнате, падают на пол, наполняя мои уши звоном бьющегося стекла.

— Какого черта? — спрашиваю я, когда дрожь прекращается.

— Воу! — вскрикивает Джоли.

— Черт побери, — рычит Амара.

— Амара, что случилось?

Мой вопрос обрывается, когда свет в комнате переходит от белого к красному и начинает мигать. Вдалеке звучит сигнал тревоги, эхом отдающийся в нашей общей комнате. Кровь стынет в жилах, а желудок сжимается в тугой узел.

— Амара? — спрашивает Джоли с дрожью в голосе.

Мы проходили тренировки всю нашу жизнь, но никто никогда не ожидал настоящей тревоги. Это все теоретически, потому что есть только небольшой перечень событий, которые могут вызвать сигнал тревоги. Ни одно них не сулит ничего хорошего.

— Вы знаете правила. Мы должны добраться до спасательных капсул, — приказывает Амара.

— Но что это? — спрашиваю я.

Амара смотрит на меня тяжелым взглядом.

— Не знаю.

Она лжет, и я это знаю, но спорить некогда. Сирена становится все громче. Комната снова сотрясается. Свет начинает мигать в другом ритме. Амара внимательно наблюдает за ним, пока я пытаюсь вспомнить коды, которые мы изучали в основной школе.

— Черт, — бормочет Амара, вскакивая на ноги.

Она хватает Джоли и помогает ей подняться. Комната сильно раскачивается, и я снова падаю на задницу. Я с трудом встаю и вижу, как Амара и Джоли поддерживают друг друга. Я дотягиваюсь до них, мы поддерживая друг друга пробираемся к двери. Как только она открывается, мы задыхаемся. Коридор полон едкого дыма. Другие люди заполняют пространство, плачут и кричат, пытаясь пробиться сквозь дым и удержаться на ногах. Пол прогибается и вздымается под нашими ногами.