Дитя дракона
Шрифт:
— Готовы? — спрашиваю я Розалинду, демонстративно игнорируя Гершома.
— Да, — говорит она.
К боку у нее пристегнут меч. Я улыбаюсь и показываю на него.
— Идешь подготовленной?
— Лучше, чем ничего, — отвечает она, кивая на лохабер Лэйдона.
Мы идем к пещере, куда Лэйдон приводил меня раньше. Мурашки танцуют у меня в животе, пока мы едем по красному песку. В прошлый раз Лэйдон был серьезно ранен, пытаясь собрать эпис.
Конечно, сейчас с нами целая команда, но я видела, что может случиться, и беспокоюсь.
Пока мы идем, никто не разговаривает. Я позаботилась о том, чтобы все они посмотрели видеозаписи и имели некоторое представление о тех трудностях, с которыми мы столкнемся. Мы должны добиться успеха. От этого зависит выживание нашей группы. Вход в пещеру быстро приближается, и когда я вижу, как он маячит перед нами, мое сердце бьется быстрее. Я крепче сжимаю руку Лэйдона, и он кладет свою ладонь поверх моей. Он улыбается, и это успокаивает меня, хотя я знаю, что ситуация не изменилась. Его уверенность подкрепляет меня.
Мы останавливаемся у входа, и все собираются вокруг Лэйдона. Он осматривается и хмурится.
— Скажи им, чтобы они замолчали, землия охотится по звуку, — говорит он, чтобы я могла перевести.
Все кивают, и мы уходим в тишину пещеры. Все точно так, как я помню. Когда темнота охватывает нас, каждый человек зажигает факел, который прорезает черноту.
— Черт, — тихо говорит Гершом.
Розалинда берет его за плечо и поворачивает к себе. Она прижимает палец к губам и качает головой. Гершом выглядит взбешенным, но затыкается, и это все, что меня волнует. Лэйдон молча наблюдает за этим обменом репликами, прежде чем, пригнувшись, двинуться вперед, на корточках, прокладывая путь к точке, которую мы должны пройти, чтобы добраться до места, где растет эпис. Он исчезает в темноте, где я не могу его видеть. Они с Розалиндой настояли, чтобы я держалась в середине группы, так как у меня мало опыта обращения с оружием.
— Вот, черт! — вскрикивает кто-то позади меня, и звук эхом отражается от каменных стен.
Другие издают шипящие звуки, но уже слишком поздно. Воздух наполняется шелестом кожистых крыльев, когда сисмисы пробуждаются от дневного сна и нападают. Когда я пригибаюсь, чтобы стать меньшей мишенью, остальные беспорядочно размахивают оружием и кричат.
— Остановитесь! — кричу я, но они не слышат меня из-за шума.
Кто-то кричит, и я слышу, как на пол падает тело, но не вижу, кто это. Этот крик вызывает у остальных панику. Я держу одну руку на земле, сквозь которую чувствую грохот. Это очень плохо. Встав, я бегу к расщелине, надеясь быть подальше от того места, где будет проходить землия.
— Бегите! — кричу я. — Разойдитесь! Оно приближается, черт возьми!
Гершом поворачивается и смотрит на меня как раз в тот момент, когда земля под ногами расходится и из-под земли вырывается землия. Она большая, гораздо больше той, с которым Лэйдон сражался в прошлый раз. Она заполняет пространство пещеры. Людей отбрасывает прочь, и они врезаются во внешние стены.
Мой желудок сжимается в тугой узел, когда я ухожу в глубь расщелины, пытаясь добраться до Лэйдона и Розалинды. Куда угодно, только подальше от этой штуковины. Она мечется из стороны в сторону в поисках пищи, добычи или просто для того, чтобы вызвать разрушение. Ее массивная пасть открывается, а затем захлопывается снова и снова. Холодный пот бежит по моей коже, как и озноб страха, который пробегает по моим конечностям. Рука касается меня, и я вскрикиваю.
— Калиста! — кричит Лэйдон.
Его рука на моем плече, потом он прыгает передо мной из расщелины и приземляется перед землией. Несколько человек зашевелились. Они хватают свое оружие и пытаются привести его в действие, но там почти нет места, потому что монстр занимает почти все пространство. Лэйдон размахивает лохабером и наносит удар, привлекая ее внимание. Он выбирается из расщелины и исчезает из моего поля зрения, и в то же время он отступает в сторону, Розалинда перепрыгивает через меня.
— Оставайся там, — приказывает она, выходя с оружием наготове.
Она наносит удар по землие, затем поворачивается в противоположную сторону от того места, где исчез Лэйдон. Я не могу просто стоять в стороне, поэтому я бросаюсь вперед, подползая ближе к краю отверстия, пригибаясь. Землия издает звук, от которого вибрирует вся пещера, а потом кажется, что она задыхается. Она крутится по кругу, а затем из его рта вылетает комок слизистой слюны и приземляется на одного из нападающих.
Он попадает в одного из мужчин, и тот кричит. Звук такой высокий и такой ужасающий, что у меня мурашки бегут по коже, когда он буквально растворяется у меня на глазах. Я тоже кричу, не в силах сдержаться. Теперь я достаточно далеко продвинулась вперед, чтобы хорошо видеть пещеру. Лэйдон и Розалинда находятся по разные стороны от монстра. Они кружат вокруг, наносят удар по этой штуке аккуратными ударами вверх, которые скользят между защитными пластинами. Землия поднимается все выше, пока не упирается в потолок, затем отступает, уходя под землю.
Все смотрят на дыру, которую она оставила, ожидая, что будет дальше. Я боюсь даже дышать в тишине, которая царит в этом пространстве. Лэйдон сидит на корточках, держа оружие перед собой, а Розалинда могла бы быть зеркалом его позы на противоположной стороне. За вычетом хвоста, конечно.
Проходит минута, потом две. Люди Гершома поднимаются на ноги с того места, где их отбросило к стене, затем подходят и заглядывают в дыру. Лэйдон и Розалинда занимают свои позиции, готовые броситься в бой. Наконец, они, кажется, удовлетворены тем, что это безопасно, и, как один, встают.
Розалинда смотрит на выживших.
— Кто это начал? — спрашивает она. Никто не встречается с ней взглядом, и наконец она качает головой и поворачивается к Лэйдону. — Давай закончим, пока еще кто-нибудь не наделал глупостей.
Лэйдон кивает. Он ведет нас через расщелину на другую сторону. Мягкое голубое свечение эписа освещает пещеру. Она так же красива, как я помню. Несколько человек ахают и останавливаются, чтобы полюбоваться красотой, затем мы приступаем к работе. Мы собираем живительное растение и уходим без дальнейших происшествий.
Обратный путь проходит в молчании. Мы шли сюда в страхе, а теперь, возвращаясь домой, потеряли еще одного своего. Мрачное настроение ощутимо. Когда, наконец, мы добираемся до города, те, кто остался, собрались и ждут. Розалинда выходит вперед группы и забирается на фонтан. Толпа собирается вокруг, и она ждет пока они подойдут ближе. Я наблюдаю за ней, с такой легкостью держащей себя в руках, когда сама я хочу куда-нибудь спрятаться. Слишком много людей толпятся, толкаются, ищут ответы.
— У нас есть эпис, — говорит она, ее голос звучит легко. — Теперь выбор за вами. Как вам сказали, если вы примете его, то никогда не сможете покинуть эту планету.
— А если придет помощь? — спрашивает кто-то.
— Это не будет иметь значения, — говорит она. — Ты застрянешь здесь.
— Я не буду этого делать!
— У нас нет выбора!
— Я хочу убраться из этой вулканианской адской дыры!
Она позволяет им кричать и спорить, пока в их голосах не появляется отчаяние.
— Послушайте! — говорит она, но они не умолкают. — Послушайте! — все замолкают, переключая свое внимание на нее.
— Хорошо. Это ваш выбор. Вы должны сделать это. Эпис подстроит ваше тело так, чтобы вы могли выжить здесь. Это также продлит вашу жизнь. Взамен вы не сможете уйти. Так что делайте свой выбор. Добытый эпис долго не протянет.