Чтение онлайн

— Проверку? Чтобы вычислить, кто он на самом деле? — спрашивает Джули.

— Именно. У меня уже есть кое-что на уме, — со зловещей ухмылкой заключает Ана.

Глава 8

Джулия

— Да? И, что же это, если не секрет? — мне стало очень интересно.

— Ну, ведь у нас ведь есть привычка одевать одинаковый цвет, так?

— Не тяни, Ана, — взмолилась Ви.

— Вот мы и оденем костюмы. Одинаковые костюмы, цвет в цвет, туфли, прически… Да, нас мать родная отличить не сможет! Наши лица будут покрывать маски. Только мы будем знать кто из нас, кто.

— Идея отличная, но к чему ты ведешь? — не унимается Реджина.

— Викс должна будет рассказать про бал этому незнакомцу, возможно, даже пригласить его. Затем выяснить, как она сможет его узнать среди остальных. А дальше, если он приходит, в бой вступаем только мы втроем, без Викки. Мы будем по очереди танцевать с ним, разговаривая и выясняя, что он за птица такая. Если он не окажется придурком, то ты сможешь с ним потусить, — выдыхает девушка. — Я, конечно, объяснила все довольно смутно, но в целом, как вам идея?

— Мне немного непонятно, как мы будем по очереди танцевать с ним? — спрашивает Редж.

— Боже, Редж, ты, что не можешь отлучиться выпить пунш или сходить в дамскую комнату? — закатывает глаза Ана. — Ты уходишь, а вместо тебя прихожу я, но он же этого не знает.

— Ты точно не дочь Рея Бредбери? — интересуюсь я. — Такую головоломку закрутил твой воспаленный писательский мозг, что… Мне нравится, черт подери! Я точно за эту идею.

Реджина еще сомневается, но видя, что мы с Анастейшей уже в одной упряжке — соглашается, и только Виктория сидит с опущенной головой.

— Викс? Что случилось? Тебе не нравится вся эта затея?

Она долго сидит и мнет покрывало в руках. Как будто ей неловко сказать то, что сейчас находится в ее голове.

— Девочки, — наконец-то решается девушка, — это замечательная идея, но есть, даже не одно "но", а целых два. Это Анастейша с ним общалась, а не я. Я его не видела, не слышала. Я боюсь, а вдруг он маньяк. Больной придурок, который устроил на меня охоту. Сталкер. Я не знаю, как объяснить еще такую его скрытность.

— Ты пересмотрела слишком много фильмов, — шутит Редж.

— Может и так, — начинает Ви, — но есть еще кое-что. Деньги. Где мы возьмем столько денег, чтоб приобрести одинаковое количество костюмов и аксессуаров? Моих сбережений хватит, разве что, на парик. Это не так, как в детстве, одел на себя простынь с прорехами, и ты приведение.

Вижу, как у всех в глазах погасла та искра. Деньги. Опять эти проклятые деньги. Все зло происходит от них. Или от избытка, или от отсутствия. Я знаю, что смогу нам помочь. Но сначала нужно дождаться выходных — Дня Признаний. Я расскажу им все, обещаю.

— Хорошие мои, мы выкрутимся! Мы не раз оказывались в ситуациях, в которых, как тогда казалось, нет выхода. Все будет хорошо.

— Знаешь, что мне больше всего нравится в тебе? — спрашивает меня Ана.

— Моя задница и то шикарное колье с розовыми камнями?

— И это тоже, но мне нравится твоя уверенность в себе. И то, как ты можешь заражать этой уверенностью всех. Когда ты говоришь, кажется, что это теорема, которая не требует, чтобы ее доказывали, понимаешь? Если ты сомневаешься в том, что ты будешь психологом, то мой тебе совет — не сомневайся, — с искренней улыбкой произносит Анастейша.

Как же замечательно слышать такие слова. Они как мотивация для того, чтобы быть лучше, быть выше. И ты понимаешь, что все, что тебя окружает — это подарок. Люди, которые верят и любят тебя — это подарок. И я благодарна им за это.

— Как же я люблю вас, девочки!

Мы все дружно обнимаемся и со смехом падаем на диван.

*****

Остаток недели прошел довольно быстро. Лекции, учебники, карандаши, статьи из интернета… Голова кругом. Реджина и Виктория тоже ударились в учебу с головой. Если Реджи еще нормально плыла по течению, то Викс, как обычно, не успевала. Не то, чтобы она погрязла в делах, но она всегда берется за сто дел одновременно, а потом, как она сама говорит, у нее наступает "творческий кризис". Она пишет статьи о событиях, которые происходят в университете, делает всевозможные рисунки и коллажи. Сейчас взялась осваивать фотошоп. Это зажигалка, а не студентка. У Виктории есть правило — «Виктории мало быть не должно. Виктории должно быть много».

С Аной мы чаще пересекались между лекциями, чем с девчонками. Она мне рассказала про свое приключение с тренером, с его оголенным торсом и едва не упавшим полотенцем. Она говорила это с таким восхищением и энтузиазмом, что я поняла, как ей было приятно в тот момент. У нее светились глаза, она потирала руки, заламывала ладошки, теребила цепочку. Эта легкая нервозность натолкнула меня на мысль, что он ей нравится.

С Диланом мы переписывались, слали смайлики с поцелуйчиками на ночь. Мне было комфортно в таких отношениях. Он не требует большего. Я чувствую себя нужной, важной для него. Я верю в то, что он не сделает мне больно, не предаст меня. И с этими мыслями я засыпаю каждую ночь.

*****

— Просыпайтесь, сони!

Сквозь сон слышу крик Викки. Вот же, зараза! Не даст поспать, даже, в выходной. Не могу заставить себя открыть глаза и хочу, чтобы сон обратно забрал меня в свои объятья. Ведь мне снился…

— А-ла-лааа, — продолжает горланить какую-то мелодию Ви, пока я не слышу глухой стук. Улыбаюсь в подушку, потому что понимаю, что, скорее всего, Ана бросила подушку в эту несостоявшуюся певицу.

— Пожалуйста, умолкни! Я же спать хочу, — злится Ана. — Когда уже батарейки в твоей заднице выдохнутся?

— Никогда! — смеется Ви.

И дальше продолжает орать песни. Я уже не выдерживаю и начинаю смеяться.

— Ой, Джи-Джи, я что разбудила тебя? — насмешливо интересуется Ви. — Я старалась, как можно тише передвигаться по комнате, как мышка.

— Мышка? — раздается голос Редж. — Я тебя огорчу. Ты ходила не как маленькая мышка, а грохала, как огромный Микки Маус тот, что в Парижском Диснейленде.

Я хохочу уже на всю комнату вместе с Ви, не обращая внимание на возмущенные вздохи и стоны Аны, которая с головой залезла под одеяло и накрыла себя подушкой.

— Сегодня великий день! Я не дам вам все проспать! Ана! Просыпайся! — во все горло горланит Викки.

Пока Редж возле зеркала расчесывает волосы, Виктория запрыгивает на кровать, где пытается заснуть Ана, и принимается прыгать на ней. Я не могу слушать дикий смех Виктории и злостное шипение Анастейши, поэтому я бегу в душ. Когда я возвращаюсь в комнату, то вижу недовольное не выспавшееся лицо Аны, которая ковыряет ложкой в своем завтраке. И больше никого нет.

— А где девочки?

— Да, убежали за вином и прочими сладостями. Слава Богу! Побуду хоть в тишине и спокойствии. Не представляю если у меня будет ребенок, как я все это вытерплю. Вставать утром и ночью, а эти крики и памперсы, — говорит Ана и закатывает глаза.