Чтение онлайн

24/IX

МОСКВА

Есть артисты, так тебе понравившиеся в каких-то ролях, что взяться за исполнение этих ролей считаешь святотатством. Лучше не сыграешь — они исчерпаны, хуже не хочется, да и посягательство на святыню удерживает. Или лучше, или никак.

К таким ролям относятся, например, Булычов и Ленин у Щукина, у Станиславского — Астров… Видел я его хоть и в большем возрасте, чем написан Чеховым, хоть и не очень он был «деревенский», но я боготворю образ, им созданный, и не рискнул бы играть Астрова.

Леший — не Астров.

6/X

«ЛЕШИЙ»

Роль как-то выстроилась таким образом, что многие фразы обрываются на полуслове. Леший быстро переключает свое внимание с объекта на объект (может быть, это качество лесного человека?). Быстро, резко и ярко. Или соображает, что попал не в точку, и в паузе соображает, почему и как исправить ошибку.

Первый акт.

Он светлый, веселый, ребячливый, крутится с Юленькой, смеется, шутит, радуется всему живому, негодует, мирится с теми, с кем поссорился…

Второй акт.

Примерно то же, что и делал, но больше в темпе.

Третий акт.

Входит стремительно, но говорит тихо и настойчиво. Раньше я шел от реплики: «я умолял»… Но что-то у меня не получилось — это «моление», настаивать мне легче. Получается убедительно.

Вхожу… стек. Он ведь прискакал на лошади.

Попробую сегодня в этом ключе, до сих пор так и не понимаю, как играть картину.

Четвертый акт.

Акт шел всегда у меня на авось. Не годится. Надо сделать его. Нельзя так бултыхаться, надеясь на случай и вдохновение. Оно приходит ко мне скорее тогда, когда знает, что ему удобно разместиться на ложе приуготованном и организованном…

Не впадать в «настроение», а искать… искать… действовать. Во всех все не нравится, не нравится и сам себе. Грызет тоска, неудовлетворенность, разлука, безвыходность, которая приведет к решению «вырастить крылья», никчемность всех и вся — и замыслов и выполнения, своя слепота, ревность, обида, горечь…

Юльку — как сплетницу и мелкого человека, достойную своего братца, сейчас не выносит…

Странная у меня натура.

Работаю над тем, чтобы облегчить роль, мне ведь необходимо облегчить рисунок для сердца, и чем больше работаю, тем больше увлекаюсь и тем… горячее начинаю трактовать каждый кусок. Никак не хочется надевать узду.

Что делать?

Что удалось на спектакле?

Где промазал?

Почему?

Понравился мне монолог первого акта о лесах. Он явно привлек внимание зрительного зала, но… жестко начал — не въехал.

Хорошо, что принес новую струю свежести — из лесов, от природы. Бодрость. Жизнь. Это другой человек, хотя и той же среды.

Это хорошо.

Безусловно, хорошо прошел у меня второй акт.

Нравится, как наметил третий акт, хотя здесь много просчетов, проистекающих от нового задания. Безусловно, это решение вернее для меня. Я должен требовать, а не умолять. Лешему кажется, что он умоляет, а на самом деле он требует, и это раздражает Серебрякова. Верно, но надо еще уточнить и обжить.

На четвертый акт меня не хватило.

Я просчитался. Следил за всем действием на сцене из-за кулис, дабы войти в атмосферу спектакля. Думал, решал, следил, и все стоя. Да к тому же первый спектакль после 4-месячного перерыва. Очевидно, и всякие волнения, с этим связанные, хотя я их и не ощущал. Но факт налицо. Вышел в четвертом акте без физических и духовных сил и даже… смешно — без голоса.

Тем не менее поставленные задачи проверил. Они верны и двинут роль дальше, когда я буду совсем в форме.

Что заметил:

Артисты выросли. Роли окрепли. Уточнились. Плятт замечательно играет, но катастрофически хрипнет у него голос.

Плохо к нам относится пресса.

Столько хороших или прекрасных исполнителей в спектакле, а нехотя отмечают одного Плятта.

Наша театральная жизнь гораздо интереснее, чем ее отражение в прессе. Надо или не уметь видеть хорошее, или не хотеть видеть хорошее.

Не ложь и то, что зал слушает текст Чехова в благоговейной тишине, в тишине, особенной для этого спектакля, со смехом осмысленным, приятным, а эти реакции, думаю, немного зависят и от актеров. Такого внимания зрительного зала не наблюдается сейчас на чеховских спектаклях во МХАТ, как отмечалось теми же участниками совещания.

Не ложь и то, что ансамбль в спектакле прекрасный, что подавляющее большинство актеров играет по большому актерскому счету.

7/X

Звонила Ткачева [509] :

— На встрече с труппой Ю.А. сегодня очень сердечно говорил о вас. Он ставил вас в пример нам: «Вот настоящий художник, — говорил он, — как вышел на сцену, сразу стало видно, что подготовился к спектаклю, что работал все время, когда болел, и не только не отстал, а обогнал вас. Вышел на спектакль в форме, несмотря на то, что не играл 4 месяца и болел тяжело. Михайлов подтвердил, что наполненность, заряженность наэлектризовали остальных. Конечно, он волновался, — продолжал Ю.А., — и устал. Я ему предложил репетиции, но он отказался, не желая отвлекать на себя время товарищей».

Н.Д., нам было приятно слышать это от Ю.А.

20/X

Несколько ночей подряд одолевают кошмары и все на одну тему: что мало успел сделать…

Днями хочу что-то наверстать и… устав, быстро бросаю… К финишу пришел с подорванным сердцем, не втренировался.

25/XII

Смотрел премьеру «Неба» [510] .

Спектакль стал стройнее. Есть находки актерские и режиссерские. Удивительное наше дело. Вот, не хватает какой-то малости, чтобы из спектакля получилось произведение. Зритель сидит, слушает, внимателен, но равнодушен к событиям. Не реагирует никак, ни одобрением, ни протестом. Давно я не был в «гуще гостей». Если все наши спектакли принимаются так, то в нашем доме неблагополучно.

Опыт создания пьесы в театре еще раз показал, что даже при наличии великолепных находок, спектакль не будет звучать, если эти находки — на зыбкой почве. Пьеса не выстроена, а театр этой работы не поднял.

31/XII

Еще год без пользы.

Еще полгода отдал болезни.

Не конец же это?

Я становлюсь все злее и подозрительнее и… равнодушнее…

Сил бороться с собой, обстоятельствами все меньше. С сердцем лучше. Стараюсь сохранить хоть его и не включаться во все дела…

Что же делать?

1/I — условная дата и ничего в себе нового не несет, хотя и принято желать в этот день нового счастья.

А страна пойдет дальше.

Люди будут работать, как черти.

Я хочу работать, как те черти.

Они будут счастливы, что не живут зря, не коптят небо.

И дай им бог!

Хочу верить в хорошее. Хочу верить людям, меня окружающим.

Хочу работать!

6/I