Дневники
Шрифт:
Одиннадцатая картина.
«Лей, ливень!»— вытерпеть сил хватило только на первое слово, а дальше сникает и сникает.
И вообще надо точнее и ярче привести Лира к последней картине обессиленным и древним стариком, исключая сцену в степи, где Лир в горячке.
27/VIII
Молодые люди, которых я встречаю на Крещатике: в брючках, как рейтузах, в рубашках с голыми бабами, с тарзаньей прической, с кубинской бородой и с тонкой золотой цепочкой на открытой груди, а на цепочке усиленно демонстрируемый — золотой крестик. Тоже мне — христиане!
Кто, чем и как протестует!
Даже на тротуаре они идут по той стороне, что против течения, не уступая дорогу ни женщине, ни мужчине, ни, тем более, парню или девушке.
Весьма противная категория стиляг.
2/IX
«ЛЕНИНГРАДСКИЙ ПРОСПЕКТ»
Последний.
Что-то с тяжелым сердцем играю последние спектакли.
Хотя явно принят зрителем, но дикая судьба… официально, то есть в печати, как и в прошлый приезд…
Спектакль между тем хороший.
Много сил, души, слез отдал я роли, но и полюбили Забродина… Сегодня Абалкин в «Правде» очень тепло отозвался о спектакле [547] и обо мне в нем.
Всё.
Теперь отдыхать, отдыхать. Открытие сезона 9/10 — «Ленинградский проспект».
10/X
Фантазировали по поводу творческого портрета по телевидению. Что-то меня беспокоит режиссер. Все время возвращается к тому, что пленку не дают… то есть дают, да не так, да не ту, да не столько, сколько нужно, и проч.
547
Речь идет о статье Н. Абалкина «Время больших ожиданий», опубликованной в «Правде».
Предложил им новое. Так как охватить все роли в отрывках не представляется возможным, то за портретом, который демонстрируется, можно ввести закадровый голос актера, дать какую-то характерную для образа фразу.
11/X
Искали разные ходы для демонстрации разных ролей и характеристик.
В начале разговора с Никоновым — меня спросили относительно ведущего. Говорю, что хорошо было бы, если бы за это взялся тот, кому дорого мое искусство. Устроители говорят, что Сурков хочет заняться моим портретом и что они говорили с ним на эту тему. Ну что ж, очень хорошо, меня он знает прекрасно.
12/X
Работали с Сурковым. Искали его место и форму поведения в кадре.
Ю.А. согласился участвовать в затее.
Дирекция идет на то, чтобы помочь снять некоторые эпизоды на нашей сцене, дает гримера, костюмеров, декорации и рабочих. Согласилась сказать слово обо мне и Вульф.
16/X
Уточняли сценарий. Писал тексты для разговора с Сурковым по поводу ролей.
18/X
Съемка Лира. По-моему, неудачная.
19/X
Съемка на дому с Сурковым.
Арсеньев понял, что снимал меня неправильно: «Надо будет переснять, если позволит время и пленка».
21/X
Снимал финал «Отелло» для телевидения («Творческий портрет»).
До чего хороша роль, боже мой, как хороша!
Дивный костюм, грим, тексты, мизансцены…
К великому огорчению, группа так много отдала началу съемки, что на главное времени не хватило и два последних монолога сняли наспех.
Ужасно беспокойно.
Из-за Отелло я затеял весь сыр-бор и вдруг это — не «то». Все наскорях, спешно, необдуманно… Беда, да и только.
26/X
Ну так и есть. Запороли материал, осветили неправильно. Центральная фигура — Лир оказался между двумя дочерьми не освещенным, а статичные фигуры дочерей прут белыми блинами, без разработки. […] Не использовано преимущество телевидения — крупный план. Конечно, не может быть никакого иного решения, кроме как пересъемка. А ее они боятся хуже огня. А в таком случае мне не добиться никаких результатов, кроме как отказаться от съемок совсем. И в этом случае я буду во всем виноват…
Что же делать?
27/X
Снимали монолог из «Трактирщицы».
Монолог произвел на всех хорошее впечатление.
Приходили, говорили, смеялись… набралось много артистов, рабочих, других работников театра. Смеются, довольны…
Да… очевидно, спектакль был много выше тех, которыми пробавляемся сейчас.
В роли я чувствую себя легко и свободно и играл с удовольствием.
Но зато… теперь ясно, что это все — последнее.
28/X
Места себе не нахожу. Что там делается?
Смотрели подмонтированные куски из разговора с Сурковым: мило, серьезно, индивидуально, смотрится.
Завтра сдача ленты совету. Режиссер просит не приходить, то ли боится, что будут долбать, то ли опасается меня.
Не приду. Я и сам не хочу переживать неудачу и стеснять их в высказываниях.
Кстати, мне кажется, что «Маскарад» у меня сейчас интереснее, глубже, мотивированнее, хотя и в том варианте есть свое лицо, своя сущность.
30/X
«ЛЕНИНГРАДСКИЙ ПРОСПЕКТ»
Сегодня в 8.25 идет моя лента по телевидению. Сам я не видел целиком. Основное видел без звука и вообще…
Изображение плохое.
«Ленинградский проспект» снят с грубейшей ошибкой оператора, маловыразительно по кадрам, основной объект опять (как и в «Лире») притемнен… в каком контексте все это идет, не знаю…
Словом — мука.
Очевидно, все внимание мое сегодня будет не на сцене, а там.
31/X
Редактор передачи:
— Не хотим говорить об огрехах. Они были, но о них не хочется говорить, так хороша передача. У нас праздник. Приносим благодарность Н.Д.
В передаче полностью представлен Мордвинов — актер и человек, как мыслящий художник, и очень интересно представлен. Решаем после праздника смотреть и работать дальше. Включить Лира, дописать концертную деятельность. Кое-что переозвучить и чистить, чистить… Вернуть разговор о солнце с Сурковым.
— Лента признана уникальной и должна быть тиражирована. На студию было такое количество звонков, после передачи и утром, и ни одного плохого отзыва, а ведь мы получаем такие! Отмечают душевность. Вот вам и результат наших усилий.