До мурашек...
Шрифт:
Захватила сумочку и направилась в дамскую комнату — захотелось пару минут побыть одной, успокоиться, заодно подправить многострадальный макияж.
«Не хочет жениться ради должности, — думала Алена, совсем забыв про тушь для ресниц, которую держала в руках, и неотрывно глядя на свое отражение в зеркале. — А ради меня — хочет? Или он настолько принципиальный, что пойдет под венец с коллегой, лишь бы мне не пришлось там работать, а ему — делать мне предложение «ради должности»?!»
Она тяжело вздохнула и машинально потерла нывшее бедро. Опомнилась, опустила взгляд — и тихо охнула, заметив расползающийся из-под юбки лиловый синяк на том самом месте, которым она врезалась в стол. Какой ужас, и она проходила так полдня!
Алена отыскала в сумочке тональный крем, зашла в одну из кабинок и принялась замазывать обширную гематому. Неважно, что изнанка юбки скорее всего испачкается, зато все, что ниже ее края, останется незаметным…
Дверь хлопнула, вошли, цокая каблучками, две девушки.
— Видела уже невесту директора? — спросила одна.
— Нет, но говорят, она страшненькая, — презрительно фыркнула вторая.
Алена молча скрипнула зубами.
— Да ладно? Чего же тогда он на нее запал? У нас в компании полно хорошеньких.
— Она просто дикая! — уверенно зашептала первая. — Необузданная. Директор наш не только на работе такой строгий, он любит приказывать и экспериментировать. А ее это заводит. Все ему позволяет, даже… — она явно наклонилась к уху подруги, потому что слов стало не разобрать.
— Фу, да ты что! — громко воскликнул та, спустя пару минут. — Это уже слишком, я бы никогда…
— Вот-вот, сейчас начнется секс по лифтам и кабинетам, — наставительно продолжила первая. — А застанешь их невовремя, тепленькими, так и тебя третьей сделают!
Алена не выдержала. Сжав кулаки, разъяренной кошкой вырвалась из кабинки.
— Кто дал вам право распускать эти грязные сплетни! — почти закричала она. — Ведете себя, как базарные бабки, небылицы выдумываете!
Задыхаясь от гнева, так и не дождавшись какой-то реакции от испуганно уставившихся на нее коллег, Алена выскочила в зал, от души хлопнув дверью. Даже здесь от этой клеветы не укрыться! Поесть спокойно не дадут!
— Все хорошо? — настороженно поинтересовался ожидавший ее Артем.
— Нет! — выпалила Алена и резко придвинула к себе тарелку с салатом, к которой протянул руку официант. — Я еще не доела! И принесите мне стейк из семги, пожалуйста.
Даже без участия Вилентьева ей придется непросто с таким количеством соперниц. Но она поставит их всех на место! Только подкрепит силы — и покажет, на что способны тихие скромные девушки, когда их всей толпой зажимают в угол.
Глядя на то, как яростно Алена расправляется с салатом, Артем решил, что сейчас неподходящее время для извинений, девушке надо остыть. Она просто не станет слушать то, что ему и так будет непросто сказать. После разрыва с Любой, не смотря на новую любовь, с ним остались старые опасения. Нет, Алена была замечательным человеком! Но он не готов был на ней жениться. Делить одну постель, видеться каждое утро и вечер, просто жить вместе — еще слишком рано. Все это всколыхнет ненужные воспоминания и ассоциации, невольные сравнения с Любой. Наверное… Он не мог знать точно, но опасался этого. К тому же, предложение руки и сердца должно произойти как-то особенно, а не в ходе почти деловой беседы. Он не мог лишить Алену этого важного воспоминания.
34. Находка
Кабина лифта, как всегда в это время дня, оказалась заполнена до отказа — обед служил единственным развлечением в офисной рутине, поэтому его старались не пропускать. Алену с Артемом Николаевичем оттеснили к задней стенке, последними же вошли двое сотрудников их компании — среднего возраста мужчина и женщина.
Повернувшись к сомкнувшимся створкам, они продолжили прерванный разговор.
— Я слышала, она только что напала на двух девушек из бухгалтерии! — взволнованно сообщила женщина, и в голосе ее явно звучало осуждение. — Прямо в туалете ресторанчика напротив. Выскочила из кабинки, набросилась и жестоко избила!
Снова сплетни! Алена дернулась вперед, но Артем Николаевич остановил ее, придержав за талию.
— Это все беременность дает о себе знать, — авторитетно заявил мужчина. — У нее от гормонов крышу сносит.
— Кхм, мне кажется, это у сотрудников моей компании крышу сносит, — как-бы невзначай заметил Артем Николаевич, вот только от спокойного звучания его голоса оба сплетника вздрогнули и, побледнев, обернулись. — Я настоятельно рекомендую вам работать с тем же усердием, с которым вы выдумываете небылицы, потому что намерен сократить малоэффективные отделы.
В кабине повисла напряженная тишина. Люди посторонние напряженно застыли, уже продумывая фразы, которыми будут делиться в своих кабинетах слухами о странном новом директоре соседней организации. Он то ли запугивает коллег увольнениями, то ли всерьез сообщает о грядущих сокращениях в лифте. А сотрудники Артема Николаевича испуганно поджали губы, укоряя себя за неосмотрительность, но не за болтливость.
«Вот видишь, я могу с ними разобраться», — словно желая успокоить свою девушку, Артем Николаевич чуть сильнее прижал ее за талию к себе. Вот только Алена вскинула на него сердитый взгляд и отстранилась. Вышла, не попрощавшись, чуть раньше — и тут же отправилась на свое рабочее место.
А директор вернулся в пустой кабинет, немного подумал и оформил рассылку. Обращаясь к руководителям отделов и к каждому сотруднику лично, он сообщил о том, что компанию ждет реорганизация. Штатная численность некоторых подразделений уменьшится, другие и вовсе будут расформированы. Решение об этом будет напрямую зависеть от результатов грядущей внеплановой проверки, которая их ожидает буквально через три дня. А потому в интересах всех и каждого подготовиться к ней должным образом. Ответственным за эту подготовку назначается Ю.А. Вилентьев. Все отчеты должны быть у директора по мере составления, но не позже, чем за сутки до указанного срока приезда комиссии.
Отправив письмо, Артем Николаевич довольно откинулся на спинку кресла.
Отлично, это заставит их думать о работе, трудиться, не поднимая головы. И даст повод пошатнуть положение Вилентьева, потому что невозможно прикрыть все «дыры» в столь короткий срок. Теперь остается только ждать.
Задумчиво побарабанив пальцами по столу, Артем Николаевич глянул на папки, которые принес из канцелярии. После нервного, но все же сытного обеда заниматься такой объемной, скучно работой не очень хотелось. Он поднялся на ноги, прошелся в приемную, заглянул во все ящики, но ожидаемо не нашел там ни одного документа, кроме журналов регистрации. Куда она все вынесла? Или тут и не было ничего?
Вернувшись в кабинет директора, Артем Николаевич в каком-то неосознанном порыве потянул на себя дверцу бара. Он никогда не пил на работе, очень редко мог поддержать компанию на встречах с партнерами — для пользы дела. Но его отчего-то сильно коробило то, что Жанна Витальевна даже бутылки забрала. Что такого важного в них содержалось, закодированное послание?!
Бар, как и прежде, оставался пуст. Золотистые стенки с креплениями для стаканов и приборов, мягкое точечное освещение, наполнявшее его бликами и заставлявшее дорогие напитки раскрывать свой насыщенный цвет (если бы они там стояли), зеркальная задняя стенка, зрительно увеличившая нишу… Артем Николаевич невольно поймал взглядом свое отражение и нахмурился. Это он так устал сегодня или просто зеркало искривлено? Или установлено неровно?