Чтение онлайн

Стены задрожали от оглушительного хохота Майкла.

– Поносная подливка! Это же так смешно!

Я ничего не ответила. У меня было такое чувство, словно он наступил на мою грудную клетку. Он пытался остановиться, но не выдержал и снова начал смеяться.

– Брось, это же смешно!

Я включила кран, чтобы умыться: лицо распухло от слёз. В зеркале я увидела, как Майкл приподнял брови, словно говоря «подумаешь!».

– Это серьёзно. – От злости слова застряли у меня в горле.

Майкл фыркнул.

– Нет! Всё, что ты мне рассказала, на самом деле ерунда. Кроме того, что ты угрожала кому-то оторвать голову. Ты правда это сказала?

Гнев, словно когтистое чудовище, рвался наружу.

– Забудь об этом! – Я швырнула Майклу протёкшую сумку из «Хол Фудс».

Майкл застонал, но всё же взял сумку. Тот, кто не ходил в магазин, должен был готовить. Мамин поезд отходил слишком поздно, и она приезжала домой, только чтобы поесть, хотя никогда не успевала сесть за стол вместе с нами. Очевидно, лаборатория нуждалась в ней больше, чем мы.

– Я серьёзно! – крикнул Майкл, когда я направилась в свою комнату. – Тебе стоит обратить всё в шутку, Ро. Может, тебе попробовать быть более дружелюбной? – Я испепелила его взглядом. Он поднял руки вверх. – Я просто предложил.

Я рухнула на кровать. Возможно, в Ирландии я смогла бы обратить всё в шутку. Но здесь я как будто задыхалась. От удушливой жары становилось только хуже: моя комната была похожа на печку, несмотря на встроенный в одно из окон кондиционер. Как весна может быть такой жаркой? Слабая струйка холодного воздуха из кондиционера ничего не меняла: всё равно что бросить кубик льда в жерло вулкана.

Я перекатилась на другой бок и чуть не закричала. В ногах кровати примостился меховой комок, который издавал рокочущее мурлыканье. Но это не обычная кошка: это было бы слишком нормально. Это Фред из маминой лаборатории – кот-робот. Пушистый робот, предназначенный для домов престарелых и для одиноких пожилых людей, и это самое грустное, о чём я когда-либо слышала. Глядя на его поднимающуюся и опадающую спину, слушая его неестественное дыхание, я хотела швырнуть кота об стену. Я нащупала у него на брюхе кнопку выключателя, нажала на неё, а затем отбросила его в сторону. Шерсть казалась слишком настоящей – ужасная гадость.

Когда я была маленькой, то верила, что Фред настоящий, до той самой ночи, когда увидела, как мама на кухне сдирает с него шерсть. Этот металлический скелет! Как будто кот-терминатор. Но мама всё равно продолжала оставлять его в моей комнате, надеясь, что я буду с ним «общаться». Надеюсь, мне никогда не будет настолько не хватать друзей.

Я уткнулась лицом в подушку. От неё тоже пахло по-американски: мерзким жидким «Тайдом». Я представила свои толстовку и легинсы, крутящиеся в стиральной машине. Мне ужасно захотелось, чтобы от них пахло домом.

Всё было плохо. Я была готова расплакаться из-за стирального порошка.

Я села и взяла телефон, глядясь в него как в чёрное зеркало. Мне было действительно очень плохо. Смех Майкла ужасно обидел меня. Но может быть, мне стоит попробовать сделать то, что он предложил: войти в интернет, удалить своё сообщение Заре и перевести всё в шутку.

В приложении меня ждали ещё тридцать сообщений с комментариями к посту Зары. Я заскрипела зубами. Не буду реагировать. Я начала прокручивать сообщения, и тут выскочило новое оповещение:

У меня в желудке всё перевернулось: блокировка? Я принялась лихорадочно прокручивать ленту вниз, чтобы увидеть подробности. Там было сказано, что если я захочу, то могу подать жалобу, но теперь я не могла пользоваться своим аккаунтом и никто не видел моих постов.

Я не могла поверить. Я поняла, что случилось. Подлое голосование Зары и её ужасные сообщения не нарушают правила, потому что я на них не жаловалась. Но, как только я ей ответила, она тут же отправила жалобу.

Моя лента сообщений не работала. Я не могла ничего запостить и проверить, нет ли у меня сообщений. Голова у меня закружилась, как при падении. Софи и Мэйси дома готовились к экзаменам, вряд ли они ставили лайки к моим постам, но всё же блокировка аккаунта… Я даже не могла себе этого представить. Меня как будто стёрли.

Я зарычала и швырнула телефон через всю комнату. Я ожидала, что он ударится о стену: мне ужасно хотелось, чтобы он сломался. Но всё было тихо. Я вылезла из кровати и принялась искать его, ненавидя всё и вся.

Телефона нигде не было видно. Только не это! Мне его подарил папа. Наконец я заметила телефон поверх стопки чистого белья, которую мама посреди ночи бросила в комнате. Я знала, что в три часа ночи мама занималась разными делами: она не только сдирала шкуру с кошек-роботов, но также складывала носки, отвечала на электронные письма и учила Дживса покупать продукты. Она была на этом помешана. Она работала без перерыва, чтобы сделать Дживса умнее (вероятно, ради того, чтобы ей больше не приходилось работать без перерыва). Но мамина тайна заключалась в том, что она любила такую работу.

И тут до меня дошло: могу поспорить, она даже не попросила дать ей в субботу выходной. Несмотря на то что покупка для меня новой одежды – вопрос жизни и смерти.

Я схватила стопку своего пахнущего «Тайдом» белья и распихала его по ящикам. Потом нашла когда-то любимую эластичную футболку с концерта Дуа Липы. Теперь она казалась мне такой же жалкой, как и все остальные вещи. От мысли о том, что завтра придётся надевать их в школу, я чуть не задохнулась.

Последним в стопке белья был мой купальник. Я принялась крутить его в руках: он казался таким странным и в то же время таким знакомым. Я не видела его с тех пор, как мы сюда переехали. Дома я надевала его четыре раза в неделю для занятий в бассейне. Но в Истборо бассейна не было. В Истборо вообще ничего не было, кроме станции пригородных поездов.

Внезапно меня посетила гениальная мысль: тут должен быть бассейн, я найду его. Где-нибудь у железной дороги. Разве это так сложно? Я совершенно точно успею вернуться домой раньше мамы. Она ничего не узнает. Прежде чем мой мозг успел меня отговорить, я схватила рюкзак и сунула в него купальник и полотенце.

– Дживс, когда отходит следующий поезд?

Диск на подоконнике подал голос:

– Следующий поезд из Истборо в Бостон отбывает через шесть минут.

Придётся бежать. Я схватила телефон, бросилась к подоконнику и застыла на месте. Мне никогда не нравился Дживс, но он мог бы за секунду довести меня до ближайшего бассейна. Для этого надо было всего лишь одновременно нажать три кнопки на диске, и он загрузится на мой телефон. Мама постоянно просила меня это сделать. И она бы хотела, чтобы сейчас он был со мной.