Чтение онлайн

– Сэмюэль?

В сознании промелькнуло прежнее видение, заглушая ее слова.

– Вы должны спуститься вниз! – Не обращая внимания на сильно ушибленное плечо, я ухватился за ее руку и, пошатываясь, поднялся на ноги. Я тянул ее за собой, не сводя глаз с раненого матроса, все еще висевшего на рее. – Мы с мистером Кео справимся.

Фишер поднялась на ноги и бросила на меня недоуменный взгляд.

– Вот еще. Не собираюсь. О, Святой!

Увидев парня, подвешенного к такелажу, она замолчала, а затем рванула с места, проскочила мимо меня и вцепилась в канаты.

Я закричал и хотел кинуться следом, но Иное обрушилось на меня, и я застыл на границе между мирами.

Видение снова пришло, быстро и стремительно. Шторм и завывающий ветер, тело Фишер, покачивающееся на волнах, как труп в телеге могильщика.

Но она не упала. В краткие мгновения, когда мне удавалось прийти в сознание, я видел, что она стоит на рее, а рядом с ней два самых опытных матроса. Они подтащили раненого к шпангоутам [10] и все вместе начали спускаться вниз. А в это время во мне ревел видящий.

Когда над кораблем нависла волна, я не сразу смог понять, где она находится – в нашем мире или все-таки в Ином. Огромная, непостижимая, волна громоздилась над правым бортом, а Фишер и матросы карабкались вниз.

Я схватил Хелену за запястье в тот самый момент, когда море поглотило нас в порыве холодной, жестокой ярости. Соль горела в ноздрях, в глазах, во рту, распахнутом в беззвучном крике. Я не мог понять, где верх и где низ. Подъем и спуск потеряли всякий смысл. Матросы отчаянно цеплялись за леера, их тела то оказывались в воде, то снова всплывали. Веревки впивались мне в плечи и грудь, но я прижимал Фишер к себе и не отпускал. Я почувствовал, как ее рука, продетая сквозь петлю, прижалась ко мне.

Я не мог дышать. Все, что я ощущал, – ледяная вода, хватка Фишер и грубые веревки. Я держался словно камень, пока вода бушевала, корабль трясло, а Иное размывалось и дрожало вокруг.

И тут вода отступила. Матросы упали на палубу, обливаясь потом и задыхаясь. Я пересчитал нас: один, два, три, Фишер, все еще прижатая ко мне рукой. Ни одного не потеряли. Даже раненого, которого удерживали его товарищи. Вдруг палуба качнулась в противоположную сторону, поднимая Фишер вверх. Крича, я тащил ее, кровь прилила к глазам от напряжения. Свободной рукой она ухватилась за линь, ногой оперлась о леер и свалилась на меня.

Мы оба упали на палубу, врезаясь друг в друга локтями и коленями и щедро рассыпая ругательства. Матросы валялись вокруг, холодная вода заливала нас всех. Я заставил себя подняться на ноги, Фишер последовала за мной, но тут же потеряла равновесие. Один из матросов кинулся к ней на помощь, но она отшатнулась.

– В сторону, – прохрипела Хелена, прижав руку к груди. Заледеневшие волосы ниспадали на ее смуглое лицо. – Осторожнее, рука! Я приземлилась прямиком на нее.

Стук моего сердца замедлился на еще один удар. Только рука. Она ранена, но жива.

– Прошу. – Я протянул ей руку, надеясь, что все решат, что мой прерывающийся голос – результат купания в ледяной воде. – Позвольте мне.

Она посмотрела на протянутую ладонь и накрыла ее своей. Я осторожно помог ей встать на ноги и собрался было с духом, чтобы что-то сказать. Попытаться выразить облегчение по поводу того, что видение не сбылось.

– Ветер утих, – произнесла Фишер.

Я удивленно огляделся. Да, на море сохранялось волнение, корабль стонал, от холода болел каждый дюйм тела, но ветер исчез.

Работа штормовика.

Я подтолкнул Пенна – матроса, который стоял рядом. Он потерял свою шапку и выглядел странно без нее.

– Помогите лейтенанту Фишер спуститься вниз. Сейчас же.

– Слушаюсь, мистер Россер.

Фишер отказалась опереться о подставленное Пенном плечо. Нечто в ее глазах поразило меня. Боль? Нет. Ужас. Призрачный, иррациональный страх, который был мне хорошо знаком. Зимнее море едва не забрало ее, и она только что поняла, как близко подошла к порогу смерти.

В голове возникло старое видение – тишина, далекие волны, дрейфующее тело. Новая боль зародилась в груди. Я остановил видение. Опасность миновала. Почему же тогда предчувствие было таким сильным? Может быть, в ближайшем будущем нас ждет что-то еще, новая угроза?

Почему бы и нет? Мы плыли по Зимнему морю. Предчувствие могло быть следствием того, насколько я вымотан, и, возможно, отражало чрезмерную привязанность к Фишер. Она бы этого не одобрила. Мы же не были друзьями, в конце концов.

– Со мной все хорошо, мистер Пенн, – сказала Хелена матросу, выпрямилась и указала на раненого. – Помогите лучше ему. Я справлюсь.

Я коротко улыбнулся ей, надеясь, что она не разглядит затаенной тревоги. Женщина устало кивнула, взгляд скользнул по моему лицу, потом она отвернулась и начала отдавать приказы.

Окончательно придя в себя, я направился к носовой части корабля. С каждым мгновением «Олень» все уверенней держался на волнах. Слейдер присоединился ко мне, он покинул квартердек и выглядел измотанным, ему явно не удалось поспать. Капитан нес первую вахту во время шторма, а мы с Фишер – вторую. Но заснуть при таком раскладе было невозможно.

– Штормовичка где-то рядом, – заметил Слейдер. Он не поприветствовал меня и даже не упомянул Фишер, хотя я знал, что он видел ее внизу. – Но где же именно?

Я ухватился за леер, чтобы скрыть дрожь в руках, и позволил своим чувствам вырваться наружу. Переход оказался даже слишком легким, и я увидел серое свечение Мэри прямо над горизонтом.

– Норд-норд-вест, – сказал я, отгоняя от себя картину беззвездного неба над Темными водами. Но Иное затаилось где-то на периферии зрения, тихое, выжидающее. – Она ближе, чем раньше.

Слейдер кивнул:

– Тогда идите отдыхать, мистер Россер.

Торопливый стук в дверь каюты вырвал меня из крепкого сна.

– Саван для всех вас, мерзавцы, – прорычала Фишер с той стороны занавески и продолжила бормотать непристойности, среди которых, возможно, попадалось и мое имя.

Я спрыгнул с гамака и быстро выскочил в коридор, закрыв за собой дверь, чтобы подольше сохранить тепло дровяной печи.

– Тише, мисс Фишер спит, – шепнул я мальчишке у двери. Плечо болело от удара о леера, и я осторожно потер его.