Чтение онлайн

– Вдовушка проследит, чтобы вам выделили каюту.

Димери кивнул в сторону Старой Вороны, которая с явным удовольствием наблюдала за парой.

– Обязательно. – Старуха сияла, и на ее обветренном лице появилось выражение, которое я никогда раньше не наблюдала. – Как же приятно снова увидеть вас обоих на борту.

Илья махнул ей и перевел взгляд на жену, явно ожидая ее реакции. Ольса лишь молча посмотрела на Вдовушку, потом на Гранта и Ату. Наконец ее взгляд остановился на мне. Цвет глаз женщины показался мне странным: что-то среднее между серым и карим, и он совсем не сочетался с ее светлыми волосами. Но я уже достаточно времени провела в большом мире, чтобы понимать, что здесь любое сочетание – не редкость.

– Твой капитан говорит, ты так и не научилась петь, – сказала Ольса. – Я помогу тебе. Как и сказал господин Димери, я – видящая. Я знаю Иное, а твоя душа связана с ним. Я покажу, как управлять своими силами, чтобы приручить ветер. Он будет подчиняться тебе.

От стыда мои щеки побагровели. Приручить ветер? Так вот что делают штормовики?

– Да, – сказала я, чувствуя себя настолько же пристыженной, насколько и виноватой. – Спасибо.

По взгляду Вдовушки было заметно, что она не удивилась моей реакции, хоть и поморщилась.

– Идите за мной, – сказала она нашим гостям. – Устрою вас.

Устийцы ушли, как и Ата с Грантом, а я осталась наедине с капитаном. Димери оглядел каюту, словно заново привыкая к ней, и подбросил полено в дровяную печь в углу.

– Платье от Фиры прибыло? – спросил он.

– Еще нет, – ответила я, наблюдая за мерцающими в чреве печи углями, пока он не закрыл дверцу. – Я сама завтра заберу у швеи.

– Хорошо. Уверен, оно будет крайне непрактичным и вполне подходящим к случаю. Фира собиралась прислать что-то и для меня, сохрани нас Святой. – Димери направился к рундуку в другом конце каюты. – Слышал, вы с успехом выступаете в тавернах?

– Да, – ответила я и тут же вспомнила о Россере.

Я еще никому не призналась, что видела охотника за пиратами. Сейчас было самое время, но я испугалась: если Димери узнает, что Россер будет на Фролике, он может меня не отпустить. И как тогда я отдам мерейскую монету? То, что я не увижусь с Россером, было, конечно, не главным.

Кроме того, бал – последнее место, где охотник за пиратами рискнет совершить необдуманный поступок. Димери и не нужно знать все. Он все еще оставался преступником в моих глазах. И мне стоило придержать несколько карт в рукаве – ради собственной безопасности.

– Вчера вечером Грант заручился подписями двух партнеров, и Вдовушке удалось пополнить запасы, – сообщила я ему.

Димери кивнул. Он достал из рундука гамак и перекинул один конец через балку.

– Она мне рассказала. Вы с Грантом хорошо поработали. Если завтра вечером удастся получить хотя бы один крупный взнос, мы сможем пересечь Штормовой Вал и продержаться на той стороне достаточно долго. Но нам нужно покинуть порт сразу же, как мы снарядимся.

По моим плечам пробежали мурашки.

– Лирр близко?

Димери закрепил другой конец гамака.

– Он не может быть далеко, но и плыть прямо в Гестен не осмелится. Половина устийского флота в двух шагах от него. Если бы у него был хоть какой-то шанс, я бы никогда не привез вас сюда. Но и задерживаться нам нельзя, поскольку Лирр может устроить засаду в открытом море.

Мое беспокойство переросло в леденящий страх.

– И как вам удается быть таким спокойным?

– Это и есть мой план, – сообщил мне Димери, снимая сюртук. Под ним оказался длинный бордовый жилет и свободная белая рубашка, а также узорчатый шейный платок, который он снял и сложил вместе с сюртуком в рундук. – Если повезет, он бросится в погоню, и мы заманим его прямо в расставленную мной ловушку.

Я подняла брови.

– Я же не только убалтывал Укнаров всю неделю. – Димери расстегнул жилет и тоже снял его, оставшись в рубашке и бриджах. – Илья помог мне найти идеальное место, чтобы заманить Лирра. Там его корабль, надеюсь, сядет на мель, и он окажется в нашей власти.

По-моему, это звучало слишком хорошо. И пират был подозрительно спокоен, он как-то легкомысленно относился к грядущей схватке.

Я постаралась не вздрогнуть при воспоминании о смеющихся, забрызганных кровью пиратах Лирра и вежливо кашлянула.

– И все? Не может же быть все так просто. На его корабле куда больше пушек и людей, чем у нас.

Димери уперся руками в бока:

– Конечно, просто не будет. Вы намерены стоять и смотреть, как я раздеваюсь, или я могу рассчитывать на уединение?

– Ой. Конечно. – Я отправилась к двери своей каюты. – Тогда спокойной ночи.

Димери кивнул.

Я скрылась в каморке и, только оказавшись внутри, поняла, что мне нужно вернуться, чтобы зажечь фонарь от дровяной печи. Но когда я заглянула через щель в двери, увидела, что капитан уже избавился от штанов. Он стоял в рубашке до колен, которая оставляла на виду плотные мускулистые ноги. Даже на меня они произвели впечатление.

Димери собрал в хвост волосы и теперь стоял, не отрывая взгляда от корабельной переборки. Гарпия отделилась от стенки со свойственной ей легкостью. В руках она держала веер, и, пока я пыталась прийти в себя от удивления, гистинг раскрыл его и поднял к голове. На ее призрачной плоти проявилось холодное и жесткое выражение лица, а одежда превратилась в подобие лат – как у королевы на войне.

– Брат, – приветствовала она.

– Сестра, – отозвался он.

Мысли о Лирре мгновенно улетучились.

На моих глазах гистинг подплыл к Димери. Они начали разговаривать, если это можно назвать беседой. Я лишь могла что-то ощущать – планы, намерения, упоминания о Лирре, но до меня не доносилось ни слова, будто кто-то заткнул мне уши.

Раздосадованная, я плотно прикрыла дверь и одну долгую минуту стояла в кромешной тьме своей каюты. Мне одновременно хотелось и не хотелось знать, что происходит там, снаружи.

Брат. Сестра. Гистинги разговаривали с Димери так же, как и со мной. Еще в Десятине он утверждал, что другие люди могут разговаривать с гистингами, и даже признался, что сам иногда это делает. Но я не думала, что их общение будет таким привычным и простым.

Я потерла глаза. Можно было бы спросить Димери, но тогда пришлось бы признаться, что я подслушивала. Мне не хотелось рисковать, да и едва ли его ответ стоит доверия ко мне.

В темноте я забралась в гамак и уснула. Голова была забита мыслями о гистингах, пиратах и Сэмюэле Россере.