Чтение онлайн

— И я получу все, что полагается с тем, когда она станет моей женой, — закончил я хрипло.

Рик невнятно пробормотал что-то.

— Я не могу просто отдать тебе свою дочь.

— Вы сделаете это, если хотите заполучить баннер.

Рик откинулся в кресле, сложив пальцы вместе на толстом животе, внимательно рассматривая меня.

— Если ты хочешь, чтобы Грета стала твоей женой, ты должен хотя бы встретиться с ней. А если ты с ней уже встречался, то знаешь, что ее нелегко в чем-то убедить.

Я ничего не стал отвечать. Решил просто ждать.

Этот человек годами уговаривал меня заключить сделку. Я мог бы попросить у него недвижимость на Луне, и он бы это сделал. Я даже начал чувствовать себя виноватым за то, что загнал Грету в угол, но попытался отогнать от себя эти мысли. Как я уже сказал, с первого года жизни я понял, что единственный способ победить — это бороться. Находить средства, чтобы что-то произошло, и добиваться своего.

Рик взял свой телефон, мирно лежащий на столе. Он несколько раз нажал на экран и поднес аппарат к уху.

— Грета.

Даже приглушенный звук ее голоса через динамик заставил мою кровь закипеть.

— Не могла бы ты зайти в главный конференц-зал?

Он послушал мгновение и положил трубку.

— Она здесь? — спрашиваю я, мое внимание уже было приковано к двери, кулаки сжаты в карманах. — Где?

— Грета пользуется тренировочным залом, чтобы заниматься в межсезонье, — спокойно объяснил мужчина.

Мы сидели лицом к лицу за столом, пока через несколько минут не повернулась ручка на двери, и Грета появилась у входа, одетая в белый спортивный бюстгальтер и красные штаны для йоги, а волосы были убраны в плотный пучок на макушке. Она смотрела на нас большими невинными глазами. Ангел переводила взгляд между мной и отцом, когда меня снова охватило враждебное чувство вины, но я быстро прогнал его. Я позволил своей похоти победить. Позволил голоду, потребности и увлеченности ею победить.

— В чем дело? — спросила она, делая нерешительный шаг в комнату.

Рик, выглядящий так, как будто страдает морской болезнью, выдвинул ей стул.

— Присаживайся, пожалуйста.

Грета опустилась в кресло в дальнем конце конференц-стола, и прошла всего секунда, прежде чем она посмотрела прямо на меня сквозь свои густые ресницы, ее соски сразу затвердели в спортивном бюстгальтере. И вот почему я не должен был чувствовать себя виноватым. Когда я поцеловал ее прошлой ночью, было очевидно, что она почувствовала это электричество между нами. Это было интенсивно. Это было правильно. Я не позволю какому-то правилу, которое она установила до нашей встречи, встать на нашем пути.

— У мистера Бентли есть условие для подписания контракта, — сказал Рик, пристально смотря на бумаги. — Ты, Грета. Он хочет, чтобы ты стала его женой.

Постепенно до нее стало доходить, и ее грудь начала тяжело вздыматься.

— Но… что? Нет.

— Иначе, он не подпишет.

У меня начинало першить горло. Мне крайне не нравилось, что она выглядела загнанной в угол. И преданной. Поэтому я напомнил себе, что собирался сделать ее чертовски счастливой. Я собирался доказать, что ее теория о спортсменах неверна, и мы будем жить счастливой, верной жизнью вместе. Это просто препятствие, которое мы должны преодолеть.

— Что я тебе говорила? — выдавила она из себя, словно задыхаясь. — Спортсмены и их блестящие игрушки. Деньги и власть дают тебе все, что ты хочешь, не так ли? — ее взгляд вспыхнул в сторону отца. — То же самое относится и к тренерам, не так ли?

— Грета…

— Я не сделаю этого. Мне все равно, если он не подпишет контракт. Ты не можешь просто выдать меня замуж.

— Ты сделаешь то, что будет лучше для этой семьи, неблагодарная…

— Не заканчивай это предложение, — прорычал я, ибо мне не понравился его раздраженный, предупреждающий тон при разговоре с ней. Мне также не понравилось, что он почти не сопротивлялся тому, что я делал. Я ожидал как минимум получить в нос. Но затем, я осознал, что у меня не было никакого права злиться.

Посмотрите, что я вообще натворил. Лишил ее какого-либо выбора. Позволил своей одержимости затуманить мое чувство добра и зла. Скорее в аду подул бы холодный день, прежде чем я позволил ей уйти, но я хотел изменить ее мнение обо мне.

— Прогуляйся со мной, Грета.

Она явно хотела сказать мне, чтобы я шел к черту. Это, до боли, было очевидно.

Но больше этого она хотела отсрочить заключение соглашения.

Когда мы вернемся в эту комнату, мне нужно, чтобы между нами было понимание. Сейчас же Грета смотрела на меня как на дьявола, и это сжигало меня заживо. Все, чего я хотел, это быть ее спасителем, и чтобы она была моей.

Я отодвинулся от стола и встал, сразу став довольным, ведь ее глаза округлились от удивления, когда она увидела мой рост и силу. Я был создан, чтобы удовлетворить тебя, ангел.

Она может читать мои мысли?

Когда я дошел до кресла, на котором она сидела, то заметил, что ее красивые ножки так плотно были скрещены, что чтение мыслей казалось вполне возможным. Я протянул руку, и после некоторого колебания девушка взяла ее, позволяя мне поднять и проводить ее до двери. Я держал ее за руку, и Грета не сопротивлялась тому, чтобы остаться со мной наедине. Но я ошибочно полагал, что все будет хорошо.

Это заблуждение развеялось, как только мы вышли из конференц-зала. Стоило двери за нами закрыться, Грета отступила слегка назад и дала мне звонкую пощечину.

Грета

Я всегда была довольно-таки вспыльчивой. Однажды, во втором классе, моему отцу пришлось пораньше забирать меня из школы прямо из кабинета директора. А все из-за того, что я опрокинула книжный стеллаж в классе, так как из моего ланчбокса пропал пудинг. Кто-то может сказать, что это слишком бурная реакция, но, эй. Когда вы ожидаете шоколад, его отсутствие — абсолютно неприемлемо. Это всем понятный факт.

Разве я не имела полное право дать пощечину этому наглому ублюдку?

Кто требует жену, как условие для спортивного контракта?

Это было настоящим безумием.

А знаете, что еще было безумно? Тот факт, что, когда я вошла в конференц-зал — моей первой реакцией стало дикое волнение, как только я увидела совершенно великолепного разыгрывающего, того, кто делал мои сны прошлой ночью адски горячими. Волнение зародилось где-то в макушке моей головы и пронеслось до самых пальцев ног, оставляя за собой огненный след. Он наблюдал за мной из-под тяжелых век, его напряженное тело, готовое действовать в любой момент, задевало что-то глубоко внутри меня. Мне стало больно, хотелось забыть о том, что я, вообще-то, не доверяла спортсменам.

Пощечина, которую я отвесила ему по точеному лицу, служило напоминанием нам обоим. Более того, это урок за то, что Эрик пытался заманить меня в ловушку. За то, что он использовал свое влияние, чтобы направить мою жизнь в то русло, которое выбирала не я сама.

Резкий звук раздался в пустом, покрытом ковром коридоре.

Он среагировал вовсе не так, как я думала.

Я ожидала, что разыгрывающий назовет меня сумасшедшей или отшатнется от шока.

Но, не теряя ни секунды, Эрик бросился вперед, схватил меня за оба запястья и толкнул назад, прижимав к стене. Достаточно сильно, чтобы это выбило воздух из моих легких. Его губы приоткрылись и стали опускаться вдоль моей шеи, опаляя горячим дыханием, затем он вернулся обратно, чтобы жарко выдохнуть мое имя мне в ухо. Изменив свою траекторию чуть в сторону, он прильнул к моим губам и грубо поцеловал. Собственнически. Эрик скользил своим языком по моему, продолжал сжимать мои запястья большими пальцами, зажимая бедрами меня между ним и стеной.