Чтение онлайн

– Тогда какой мне смысл поднимать им зарплату?

– Их нужно оставить до конца сезона в команде. И не просто оставить, но и заставить отработать по максимуму. Если именно сейчас их поощрить и приподнять им зарплату, они будут, если хотите, летать на поле. Займи мы любое достойное место по итогам чемпионата, их трансферная стоимость очень сильно вырастет.

Такие аргументы Максимович понимал лучше. Он раздумывал минут пять, а затем обратился к Медведеву:

– Найдите каждого из них и пусть сегодня же они подойдут ко мне. А Зайцев пусть подойдёт с отцом. Этот разговор должен остаться между нами.

Разговор был окончен. Дело сделано.

Когда мы покинули офис президента клуба, Медведев не удержался от искушения выдохнуть: "Ну, ты даёшь! Во что меня втравил". Я прокрутил в голове эту фразу несколько раз, но так и не понял, похвала это или укор. Произнесена она была таким образом, что трактовать услышанное можно было по-разному. Каких-то дополнений не последовало, а уточнять я не стал.

Мы расстались, и я поймал себя на мысли о том, что уже начал ждать звонка от Борзова. Информация о контрактах - это конфиденциальная информация. 99% футболистов не скажет всей правды о нём. Я был уверен, что Максимович не забудет хорошенько напомнить ребятам о том, чтобы они держали язык за зубами. И тем не менее, я ждал ответа на вопрос, поделится со мной этой информацией Игорь или нет. Но не слишком ли я многого хотел от молодого парня?

* * *

Звонка не последовало. Не подошёл он ко мне и после второй тренировки. Удивительно, но разбора вчерашнего матча Золотов проводить не стал. Тренировка была интенсивной, усталость от которой не сняла даже сауна. Спортивную базу каждый покидал самостоятельно. Я очень надеялся, что Игорь подойдёт ко мне. Мне казалось, что между нами пробежала искра доверия. Но... он не подошёл. Не подошёл, так не подошёл. Наверное, я всё-таки слишком многого ждал от него.

Я постарался перестать думать об этом. И, как оказалось, правильно сделал. Поздно вечером в моей квартире раздался сигнал домофона. Это был Игорь. На кухне, куда я пригласил его пить чай, он смущенно признался, что его вызывал для беседы владелец команды.

– Максимович отметил моё рвение и предложил мне новый контракт сроком на пять лет. Моя месячная зарплата выросла в два раза. И если мы войдём в тройку я получу полугодовую зарплату в виде премии.

Из него выплескивалась радость, и он не пытался этого скрыть.

Я автоматически пошутил:

– В твоих глазах я вижу одни баксы.

Шутка достаточно плоская, но я никак не ожидал, что это старое выражение так сильно обидит его.

– Ну, зачем ты так? Я подумал, что в конце года мы могли бы осуществить квартирный обмен с доплатой. Очень хочется, чтобы мои родители успели пожить в нормальных человеческих условиях.

– Извини. Ты не слышал эту старую шутку? Извини. Я очень рад за тебя... и, наверное, действительно, в конце сезона было бы здорово отпраздновать новоселье. Но для этого надо войти в призовую тройку.

– Но ведь это реально! Мы пока четвёртые.

– Вот сейчас в твоих глазах одна квартира! Не пускай в свою голову мысли о квартире. Они могут помешать тебе играть. Давай бороться за победу в каждой игре, в конце сезона посчитаем очки, а потом будем решать личные проблемы.

– Тут ты прав. Я уже целый вечер мечтаю о новой квартире. Это наваждение какое-то!

– Когда ты думаешь и думаешь о квартире - это фантазии. А мечта - это достижимая цель, и ты каждый день должен что-то делать для того, чтобы приблизиться к ней. Каждый день!

– Но ведь от нас требуется только играть. Мы и будем играть!

– Все играют. А призовых мест только три! Мало играть, надо каждый день делать это, хоть чуть-чуть, но лучше, чем вчера.

– Но мы же не роботы.

– То-то и оно. Роботы просто выполняют свою работу, а ты можешь подумать, за счёт чего можешь прибавить. Ты же "homo sapiens". Я тебе хочу открыть маленький секрет. Правда, я не знаю, принесло ли это мне какую-то пользу или нет.

– И что это за секрет?

– Помнишь, я выиграл пари у Паши?

– Как можно это забыть!

– Я ведь дважды советовался с тренерами по легкой атлетике. Пришлось заплатить им за консультации. Бесплатно в наше время никто не работает.

– И что они сделали?

– Они посмотрели, как я бегаю, как дышу... сделали подсказ.

– Помогло?

– Вот не знаю. Но хуже точно не стало.

Он задумался. Очевидно, о том, за счёт чего он может прибавить в игре. Потому что молчал целых пять минут. Это так сильно заняло его, что он перестал обращать внимание на мои перемещения, и очнулся только тогда, когда я включил горячую воду и всполоснул чашки.

– Слушай, ты вроде умный. Как говорят англичане, почему тогда бедный?

В его тоне не было ни капли ехидства. Он, действительно, недоумевал.

– Во-первых, я не такой уж бедный, свою квартиру я уже выкупил. Во-вторых, мало одного ума, или таланта. Нужен ещё и характер. И, в-третьих, над озвученной тобой проблемой я сейчас и работаю. Вместе с тобой, надеюсь.

Во второй раз его раздумья длились намного меньше времени. Но и откровения не последовало. Он просто стал собираться домой. Я уже собирался пережить разочарование от того, что он о чем-то умолчал, но перед тем как открыть дверь, Игорь всё же поделился со мной результатами своих раздумий:

– Знаешь, а ведь я видел около офиса хозяина ещё и Соколова. Тогда я не придал этому значения, а сейчас мне пришла в голову мысль, что ему, наверное, тоже приподняли зарплату.

– Так это же здорово! Лишь бы и он сделал правильные выводы.

– Что это всего лишь аванс?

Я взъерошил его волосы.

– Разве это последний ваш контракт?

В его глазах читалась надежда, что нет. Но она казалась ему слишком хрупкой, чтобы озвучивать её.

– Я решил, пока, ничего не говорить родителям. Получу новую зарплату и сделаю им подарки.

Мне нравился этот парень. Уроки не пропадают зря.

* * *

Через пару дней похожий разговор у меня состоялся и с Соколовым. Доверие никогда не было для меня пустым звуком, но такой ошеломляющей радости я от него всё-таки не ожидал. Я не стал скрывать её от Виктора, не уточняя, правда, что именно мне её принесло. И продолжал делиться с ним собственным опытом. Хоть и говорят, что учатся только на своих ошибках, но пусть у ребят, хотя бы, кругозор будет шире.

Мне было крайне приятно, что мне доверились. Они уже прекрасно знали, что контракты футболистов - тайна за семью печатями для окружающих. Длинный язык может очень серьёзно осложнить и саму жизнь, и отношения в коллективе. Но они доверили мне свою тайну, они считали, что я сохраню её в целости и сохранности. Это дорогого стоило. Мне было очень сложно разыгрывать своё неведение. Я не мог отплатить им той же монетой искренности, и это тяготило меня. Но мой жизненный опыт подсказывал мне, пусть они ничего не знают о том, что я приложил к этому руку. У нас складывались хорошие дружеские отношения, и ни к чему в них появляться чувству неравенства... Как ни спешил в тот день Медведев, но я не отпускал его локоть до тех пор, пока он не поклялся мне, что о разговоре с Максимовичем никому не расскажет. Совсем никому.

* * *

Следующим нашим соперником был аутсайдер. Последнее место в таблице. Долги по зарплате. Бегущие из команды игроки. Тренер, после первого круга, подавший в отставку. Не команда, а скопище проблем. Вероятность, что команда сможет собраться и оказать достойное сопротивление, минимальна. Золотов дал интервью, что команда обязуется реабилитироваться за упущенную победу и максимально собранно подойти к предстоящей игре.

В раздевалке он напомнил, что мы уже теряли в этом сезоне очки из-за недооценки соперника и повторять одни и те же ошибки - это и глупость, и непозволительная роскошь. Меня выпустили с самого начала игры. Задача перед нападающими была простая - обеспечить мне фронт работ. Игру мы начали, имея впереди целых трёх нападающих. Поскольку тренер пообещал яркое и результативное зрелище, на стадионе негде было яблоку упасть. Соперник изо всех сил пытался не пустить наших форвардов в свою штрафную площадь. Это привело к тому, что уже на седьмой минуте я получил возможность пробить штрафной удар с двадцати трёх метров. Стенка закрывала от меня ближний угол, но мне удалось аккуратно перекинуть мяч через неё и попасть точнехонько в самую девятку. Защитник в отчаянии пытался выбить головой мяч, но ему это не удалось. Не хватило роста. Зрителям гол понравился и когда, через несколько минут, мне вновь представилась возможность, примерно с той же точки, пробить, весь стадион начал скандировать: "Повторить! Повторить!" Я и сам был не против это сделать. Но как? Вратарь поставил стенку в точности, как в первый раз. И сам встал в точности, как в первый раз. Очевидно, он слышал о том, что снаряд не падает в одну и ту же точку два раза подряд. Но я не пушка и мяч не снаряд. Мои многочасовые тренировки позволили, почти также, положить мяч в девятку. Зрители на стадионе ревели от восторга. Я же вспомнил Желудкова из "Зенита" и тут же осёк себя. "Ну, паря, ты бы себя ещё с Роналду сравнил! Налицо все признаки звёздной болезни". На моё несчастье прямо на футбольном поле нашёлся психотерапевт. Один из раздосадованных защитников не побоялся получить желтую карточку и в столкновении со мной достаточно откровенно ударил меня по ноге. От сильной боли я подумал, что он мне её сломал. За такое и красной карточки было мало, но судья ограничился только предупреждением. И когда этот игрок вновь приблизился ко мне, я не стал ждать, когда он завершит начатое дело. Недолго думая я решил опередить его и сделал ему "накладку", за что тоже получил желтую карточку. Наш наставник не стал ждать осложнений, и тут же выпустил вместо меня моего однофамильца. Дело-то практически было сделано.