Чтение онлайн

Команда-середняк оправдала наши худшие ожидания. В гостях мы сыграли с ними вничью, 0:0. Медведев, как и я, считал, что соперник уйдёт в глухую оборону в ожидании своего шанса. Так и случилось. Мы запланировали играть широко, с активным использованием обоих флангов с последующими откатами в центр под удар. На одном фланге оборону терзал Борзов, а на другом Зайцев. Борзову отдали тот фланг, где защитник был менее скоростной. Для Игоря это был не его фланг, опыта игры на этой позиции у него было мало, но для пользы дела решили всё-таки попробовать реализовать его скоростные возможности. Работники стадиона сделали всё, что могли, но они не были волшебниками. Поле осталось вязким. И всё же наши замыслы, пусть не так как хотелось бы, но срабатывали. Сначала Борзов пару раз прорвался по краю и адресовал мяч в сторону Быкова. Оба раза защита брала в коробочку Романа и устраняла опасность. Но мы этого и добивались. Роман должен был повязывать двоих-троих защитников. Последующие отрывы от своих оппонентов Игорь, из раза в раз, завершал откатами в центр под удар. Я должен был выйти на поле в стартовом составе. Только наш план был хорош для сухой погоды. Хотя прошло уже больше половины сезона, но мои навыки игры в дождливую погоду, по-прежнему, оставляли желать лучшего. Каким бы фанатом футбола я ни был в прошлом, но в дождливую погоду сидел дома. И теперь, в моём возрасте, мне было сложно наверстывать упущенное. Но не это было главным. О своих ранах я никому не сказал и Александр Иванович слово держал. Признаваться в собственной глупости мне не хотелось. Я прекрасно понимал, что меня остановило моё самолюбие. Захотел отомстить преследователям за то, что меня заставили от них убегать... Зайцеву целую лекцию прочёл, а сам поступил так же безответственно. В результате сидел на скамейке запасных и не мог никому ничего объяснить. Вместо меня на удар выходили Медведев или Болотов. Меня радовало, что у "дедов" неплохо получалось. Только вратарь у соперников был хорош, вовсе не спешил ошибаться. И позицию правильно выбирал, и с мокрым мячом работал уверенно.

Но и Медведев не планировал форсировать события, поэтому команда атаковала с оглядкой на собственные ворота. Получи мы мяч в свои ворота по такой погоде и наши шансы на победу упадут до ноля. Весь тайм прошёл в рывках на флангах и ударах по воротам со средних и дальних дистанций. На перерыв обе команды ушли одинаково удовлетворёнными. Гости тем, что не пропустили. Мы тем, что прилично погоняли соперника. В перерыве решили провести одну замену. Быков здорово потолкался в штрафной площади гостей, получил желтую карточку, и было принято решение выпустить вместо него Соколова. Втайне я порадовался, что Быков никакого недовольства не проявил. Нескольких теплых слов от одноклубников хватило для того, чтобы он зачёл этот матч себе в плюс.

Начало второго тайма ничем не отличалось от первого. Несколько передач на Соколова для профилактики и последующие выкаты в центр под удар. Правда и результат был всё тот же. Дождь, тяжелое поле, ударам не хватало силы, вратарь отбивал и ловил всё подряд. Гости стали всё меньше и меньше опасаться дальних ударов по воротам. Настал момент, когда они стали допускать и удары со средних дистанций. Время таяло, результата не было. Во мне родилось сильное желание выйти на поле и попробовать помочь команде. Это мне могло аукнуться, но в тот момент я не думал об этом. Команда словно упёрлась в тупик и даже Воронежский это понял. Он, молча, без негатива уступил мне место на поле. Я прекрасно осознавал, что с моей стороны это очередная глупость. Но другого варианта забить гол при плотной обороне гостей я не видел. Первые мои четыре удара были ничем не лучше ударов моих одноклубников. Если не считать того, что скорость полёта мяча была чуть больше. Но вратарь справился, и никто из гостей на это обстоятельство внимания не обратил. Каждый мой удар по мячу причинял мне жуткую боль, и я корил себя, что не попросил сделать в перерыве матча болеутоляющий укол. Я отдавал себе отчёт, что долго не выдержу и в пятый удар вложил всю оставшуюся силу. Ни вратарь, ни каркас ворот не смогли спасти от гола гостей. Это произошло на исходе второй трети тайма. Ребята радовались за меня, а я сидел в луже, не в силах самостоятельно встать. Никому ничего не объясняя, я попросил меня заменить. Поляков не ожидал этого, и ему пришлось выйти на поле без разминки.

Гол встряхнул гостей, нехитрый анализ нашей тактики привёл к тому, что у Борзова появился ещё один оппонент, и два-три игрока стали выбрасываться на Медведева и Болотова, пытаясь заблокировать их удар. Делали они это с угрозой нанести игроку травму. Но самое главное, удар они начали перекрывать. Однако опыт есть опыт. В очередной раз, когда на Болотова выбросились три игрока, он максимально мягко отпасовал мяч Зайцеву. Ход оказался для противника неожиданным. Андрей ворвался в штрафную площадь и обведя вратаря, закатил мяч в пустые ворота. Зрителям на стадионе это доставило большое удовольствие. Хлопали ребятам как на концерте. После такого обидного для гостей гола, они не придумали ничего лучше, как играть очень жестко, и даже грубо. Досталось всем, но больше всего нашей молодежи. Медведев дал команду сушить игру. Двух голов должно было хватить. Их хватило, но нервы нам потрепали не слабо. За пять минут до конца игры сопернику удалось отквитать один гол. Володя, не без помощи соперника, поскользнулся на мокром поле и не смог добраться до мяча во время углового удара. В итоге последние минуты матча прошли, как в кошмарном сне. Соперник не хотел скатываться в нижнюю половину турнирной таблицы. Терять ему уже было нечего. Нас прижали к воротам, мокрое поле лишило сил наших молодых игроков, никакой контригры не было. Но ребята бились, доигрывали до конца каждый эпизод. Компенсированное время матча назвать зрелищным было никак нельзя. Да и поле к концу игры в некоторых местах напоминало заурядное болото. Но на нём сражались двадцать два футболиста.

Тем удивительнее было то, что боль в груди неожиданно напомнила мне, что кто-то из моих одноклубников "заказал" меня. Прошло много времени, в это было трудно поверить, но это было так. Не верить информатору у меня не было никаких причин. Мои одноклубники сплочённо бились за победу, но одному из них я помешал настолько, что он меня "заказал". Только-только начал играть в команде и уже разрушил чьи-то планы. Я понимал, что убивать меня никто не планировал, также как и "делать" из меня инвалида. Но от мысли, что этот заказчик почти полгода находится рядом со мной, спит, ест и даже улыбается мне, мне стало не по себе.

Мы удержали победу. Был элемент везения, но больше было самоотверженного труда. В плюс эту игру не отнесёшь, но три очка в командную копилку положены. В раздевалке долго вспоминались эпизоды, когда нам чудом удалось избежать гола. Мысль, как бы нам в будущем избежать такой нервотрепки была озвучена многократно. Седые волосы на голове раньше времени никого не прельщали. Пришли к общему выводу, что нужно отодвинуть игру от своих ворот.

Победители остывали от игры, а я сидел в кабинете врача и слушал его нравоучения. Александр Иванович был сто раз прав. Я сознательно причинил вред своему здоровью. Он сменил мне повязку, а я всё время процедуры был во власти дум, что неожиданно посетили меня. Мой личный враг и враг команды - это одно лицо или их двое? Я одного-то не могу разглядеть, а если их двое, то выходит я полный слепец. Думать так о себе не хотелось. Этот Иуда просто испугался моего присутствия в команде и захотел от меня избавиться. У меня был весьма скромный опыт, и, тем не менее, он посчитал, что я представляю для него угрозу. Но пока получалось, что он переоценил мои силы.

* * *

Решить-то решили, а вот как избежать такой нервотрёпки в будущем? Да и возможно ли это в принципе в футболе? Мне лично казалось, что нам нужно добавить основательности в игре. В голову сразу приходила сборная Германии... проиграть может, но за неё никогда не будет стыдно. Она борется с первой до последней секунды. А тут ещё представители прессы, все как один, стали упрекать нас в излишнем рационализме. Большинство писало, что ради очков мы отказались от своей игры. Многие утверждали, что добром это не кончится. Было над чем призадуматься - на носу две игры на выезде. Чемпионат вышел на финишную прямую, осталось сделать всего десять шагов. Только шаги надо сделать пошире, иначе нас могут обойти. Но то, что не было даже мечтой в начале турнира, стало для нас реальной возможностью. Команда на третьем месте, до второго места рукой подать. Мы у ворот Премьер-лиги. И тут я поймал себя на мысли: если в моей голове парадные марши, то, что творится у молодежи? Легкомысленно заранее примерять лавровый венок, не единожды предвкушение возможного успеха приводило к потере концентрации и расслабленности. Если покопаться в памяти любой может припомнить, хотя бы, пару примеров подобного рода.

Лично в моей занозой сидели эпизоды загубленных моментов времён молодости: как мы играли в мини-футбол и я, не ленившийся бегать, отрывался от соперников и выходил на дальнюю штангу. Партнёры выманивали на себя вратаря и делали мне передачу. О чем ещё можно было мечтать - передо мной пустые ворота. Казалось, мячу было некуда деться, и я уже видел его в воротах, а себя в роли триумфатора. Только либо передача была слишком сильна или не идеально точна, либо мяч подпрыгивал на кочке, а я к этому был не готов. Только в результате моего очередного корявого удара мяч летел куда угодно, только не в ворота.

Я недоумевал как такое возможно, когда такие ляпы совершали партнёры, и не мог понять, что случилось, когда это происходило со мной. А ответ был прост - я слишком рано видел мяч в воротах, ещё до того как он туда попал. "Не делите шкуру неубитого медведя". Мы вспоминаем народные поговорки, только сидя у разбитого корыта.

Потеря концентрации и преждевременный отказ от целенаправленной "пахоты" могли сыграть с нами злую шутку. Любой эпизод требовал к себе максимальной собранности. Все эти десять матчей необходимо было провести с полной концентрацией внимания и сил. Только мне неожиданно пришла на ум аккумуляторная батарейка. Команда была чем-то похожа на неё. В начале сезона заряд сил и эмоций был максимален, но со временем, объективная реальность, начались проблемы. Частая эмоциональная подзарядка приводила к "преждевременному износу", при большом же перерыве в самый нужный момент могло не хватить "остаточного ресурса".

* * *

Александр Иванович запретил мне тренировки. Я попытался найти какой-либо компромиссный вариант, но он пригрозил мне, что расскажет всем о моём ножевом ранении. Это был шантаж, с которым пришлось смириться. В другое время я бы обрадовался появившемуся свободному времени. Мирослава так и сделала. Для разрастающегося в её сердце чувства оно было весьма кстати. Её как магнитом притягивало ко мне. Я прекрасно понимал её, потому что, то же самое происходило и со мной. Мне тоже хотелось чаще быть вместе с нею, но я не хотел её огорчать. От одного вида моего пиджака она пришла бы в ужас. Хорошо, что мне в голову пришла разумная мысль избавиться от него. Только как объяснить Мирославе его отсутствие, костюм ей очень нравился. Как она говорила, у меня в нём вид джентльмена. Идея, пришедшая в мою голову, показалась мне неплохой. Я прихватил пиджак и отправился туда, где я его приобрёл. Отдельно пиджаки не продавались, но я, как ребёнок, обрадовался тому, что на складе оказался мой размер. Немного подождав, я получил новый костюм, один в один с прежним. Одна проблема была решена. Я понимал, что полностью скрыть моё состояние здоровья не удастся, но хотел, чтобы Мирослава узнала об этом как можно позже. Врач команды упрекал меня в легкомыслии, в результате которого на моём теле останутся хорошо заметные шрамы. Но я делал то, что считал нужным сделать.

Первые два свободных вечера мне удалось придумать поводы, чтобы отправить её спать домой. Но решая одну проблему, часто невольно создаешь новую. Мне пришлось пообещать Мирославе, что мы посетим одно из самых популярных мест в городе - "Шашлычный рай". Все из нашего окружения уже побывали там и очень хвалили его. Он, по их словам, оправдывал своё название. Гости располагались в деревянных домиках на 2, 4, 6, 8, 12 человек. Это было очень удобно для всех посетителей. И для тех, кто поедал мясо в шумной компании, и для тех, кто желал это сделать в интимной обстановке. Все помещения были стилизованы под старинные охотничьи домики. На стенах висели атрибуты старинной охоты и трофеи. В нашем домике на двоих был электрокамин, а вот из труб больших домиков вился настоящий дым. Я от всего этого был в восторге. Качество приготовленного мяса отвечало самым высоким требованиям. Я не пожалел, что привёл в это место Мирославу. У меня только вызывали лёгкую тревогу гости из аналогичного домика напротив. Мне показалось, что его гостьей была Максимович. Столкнуться с ней нос к носу мне, почему то, не хотелось. Достаточно того, что я её увидел. Она, как вампир, поглощала положительные эмоции. Поэтому, я не только старался растянуть собственное удовольствие, но и пытался дать возможность Татьяне Александровне покинуть это место раньше нас. Краем глаза я поглядывал в окно и старался своей болтовнёй привлечь к себе полностью внимание моей спутницы. Я остановился только на мгновение, когда увидел, с кем была Максимович. Это был молодой парень, симпатичный, спортивного телосложения. Бояринов Павел. Когда они покидали свой домик, он придерживал её, только рука его была опущена значительно ниже талии. И это не вызывало у дамы каких-либо возражений.