Доктор Любовь
Шрифт:
Смутившись, Даффи тряхнула головой и призналась:
– Честно говоря, да.
Хантер засмеялся и притянул ее ближе к себе.
– Вот что мне в вас нравится, помимо всего прочего, так это ваша честность.
Неожиданно они оказались не просто рядом, а лицом к лицу, к тому же прижавшись друг к другу. Его рука чертила круги по ее плечам, и, с трудом дыша, Даффи подняла голову для поцелуя.
Взяв ее лицо в ладони, Хантер смотрел ей в глаза до тех пор, пока Даффи не стало казаться, что она тонет в глубине его темных глаз. Он нежно провел большим пальцем по ее губам и произнес:
– Я не всегда был богат, Даффи, но я всегда знал, что мне нравится в женщинах.
Ее сердце запрыгало, и она ощутила, как ее губы раскрываются сами собой. Даффи забыла, что дала зарок играть с ним, дразнить его, сводить с ума, потому что он намеревался доказать, что может за месяц покорить ее сердце.
Она знала, что будет только поцелуй. Именно такой – осторожный, испытывающий, оценивающий. Когда Даффи застонала от желания, он ответил тем, что стал целовать ее еще более отстраненно. Ясно, что он слишком умелый любовник для того, чтобы уступить ее отчаянному желанию и скорее погасить тот сексуальный пламень, который разжег в ней.
– У нас еще много времени, – прошептал он, когда Даффи обхватила его за шею и ответила на его поцелуй с горячностью, которую больше не могла сдерживать.
Хантер все еще держал ее лицо в своих ладонях. Даффи сознавала, что с ее губ срываются стоны, но ей уже было все равно. Он лишил ее рассудка.
Хантер тоже это знал. Он тихонько усмехнулся и неожиданно изменил темп, завладев ее губами и языком с такой страстью, о какой она могла только мечтать. Даффи задохнулась и ответила ему тем же, запустив пальцы в его волосы, в то время как ее язык соединился с его языком, совершая дикие пляски у него во рту.
Они упали на ближайший диван, Хантер сверху, но каким-то образом умудрившись не придавить ее. Но Даффи почти не обратила на это внимания. Целый мир сосредоточился для нее в прикосновениях, ощущениях и жаре их тел. Хантер целиком завладел ее ртом, его поцелуи были ищущими, знающими, влекущими.
И вдруг он остановился. Даффи судорожно глотнула воздух, кончиком пальца притронувшись к своим распухшим губам. Ее трусики насквозь промокли, помада и тушь размазались по воротнику Хантера.
Хантер улыбнулся, его взгляд напоминал взгляд хищника, преследующего свою жертву.
– Ты просто чудо, – сказал он низким, огрубевшим голосом.
Он распластал ее на диване, одно его колено было у нее под платьем, которое, как Даффи поняла, поднялось к талии, открыв кружевные подвязки и верх чулок.
Голос плохо ее слушался. Она кивнула, облизнула губы и сказала:
– Ты тоже. – Хотя ей хотелось сказать: «Не останавливайся!»
Хантер склонился к ее лицу, но в этот раз лишь слегка поцеловал ее губы – и жадно, собственнически припал к шее.
Даффи вскрикнула.
Он тут же остановился.
– Слишком грубо?
– О нет. Слишком хорошо. – Она смутилась.
– Еще не слишком, – произнес Хантер, целуя ее в одно плечо, затем в другое.
Полусидя, он снял с себя пиджак и кинул на пол. Потом потянулся назад, сбросил еще не упавшую туфельку Даффи и снял свои собственные ботинки.
Все это время она лежала, наблюдая за ним, ее грудь вздымалась и опускалась, соски набухли и отвердели, проступив сквозь шелковую ткань и показывая, как сильно она хочет этого мужчину.
– Ну, – сказал Хантер, ложась рядом с ней, – налицо некоторый прогресс.
Прижавшись к нему, Даффи чувствовала по его горячей эрекции, что большего прогресса и желать не приходится. Им нужна разрядка; они должны удовлетворить свои желания. Шаловливо улыбнувшись, она сжата рукой его мужское достоинство и произнесла:
– Я обожаю прогресс.
Хантер застонал.
– Эй, кто здесь главный?
Она усмехнулась.
– Мы знаем друг друга не так давно, но почему-то мне кажется, что ответ должен быть – оба.
Хантер засмеялся и, прежде чем Даффи успела понять, что он делает, зарылся лицом в ее груди. Ее платье прикрывало их не больше, чем комбинация, и даже через ткань ее соски затрепетали в ответ на его прикосновения.
Он отодвинулся, и ее рука соскользнула с его пениса. «Прекрасно, – мечтательно подумала Даффи, – сейчас я позволю делать со мной все, что угодно».
Хантер снова опустил лицо в ее груди. Он возблагодарил небеса, когда теплые пальцы Даффи отпустили его перевозбужденный член. Слишком долго он держался – и почти обезумел от ее касаний. А ведь он хочет еще так много испытать – разделив это вместе с Даффи, – прежде чем самообладание оставит его.
Высвободившись, он стал наслаждаться видом Даффи, в экстазе раскинувшейся рядом. Ее глаза были полузакрыты, голова откинута на подушки дивана, волосы образовали золотой ореол. Хантер тряхнул головой, отгоняя эту мысль. Глупо, Джеймс. Она вовсе не ангел – всего лишь страстная девчонка, готовая к тому, чтобы с нее собрали мед.
Верх платья Даффи съехал вниз. Хантер целовал ее пышные груди, вздымающиеся над остатками кружева, которое когда-то называлось бюстгальтером.
Хрип вырвался из его горла. Он должен овладеть этой женщиной!
Она изогнулась под ним, подняв бедра и толкая его в пах. Хантер схватил ее за запястья и прижал ее руки к голове. Глаза Даффи распахнулись, рот округлился в сладостном крике удивления.
– Ты моя, – стонал он, – вся моя.
Даффи провела языком по нижней губе, все еще чувствуя вкус поцелуев Хантера. Он откликнулся на этот зов и, продолжая удерживать ее руки, впился в ее рот. Она ответила ему с таким же неистовством, с каким он ласкал ее.
Он перешел от губ к груди. Припадая сначала к одному соску, потом к другому, он наслаждался тем, как она выгибала спину и умоляла его сжалиться над ней и дать ей то, чего она так страстно желала. Нет, конечно, она не говорила этих слов – Хантер услышал эту просьбу в стонах, срывающихся с ее губ, в движениях ее бедер, поднимающихся навстречу ему, в том, как она откидывала голову как можно дальше назад, чтобы полнее подставить грудь его требовательным губам.
Не в силах сдержаться, Хантер коснулся свободной рукой пряжки ее пояса.
Он уже почти расстегнул его, когда Даффи прошептала:
– Пожалуйста, скорее, Хантер, я не могу больше ждать.
Он улыбнулся; остановившись и заставив себя сосчитать до десяти, спросил:
– Даже немного?
– Нет! – Потом она засмеялась, и в смехе ее прозвучало нестерпимое желание.
Хантер распустил пряжку ее пояса и провел рукой по внутренней стороне бедра. Даффи задрожала от его прикосновения, и Хантер спросил себя, сможет ли он и дальше сдерживаться. Идея дождаться, чтобы Даффодил Лэндри умоляла его войти в нее, сейчас совсем не нравилась ему, – это опасная игра. Его самообладание могло не выдержать той сладкой пытки, которой он хотел подвергнуть Даффи.