Чтение онлайн

— Все еще такая мягкая, — проговорил он, а она не отстранялась.

С сомнением в голосе она переспросила:

— Прости… чт-то?

— Твоя кожа всегда была такой мягкой. Как и ты сама, Тэйлор. И теплой. — Большой палец очертил уголок рта. — Когда я думаю о тебе, это мне вспоминается чаще всего.

Тэйлор прокашлялась и чуть отступила, чтобы обеспечить расстояние между девичьими фантазиями и реальностью. «Не верь всему, что слышишь, — сказала сама себе Тэйлор. Он же ее дразнит. — Тогда отчего у него такой серьезный вид?» От того, что он всегда славился умением преподносить шутку всерьез.

Тэйлор одарила его самой ослепительной улыбкой из всех возможных.

— Прелестная попытка, но мы-то оба знаем, что ты ни на миг не задумывался о моем существовании, пока не пришел в гости к Клею и не наткнулся на меня. Черт, ты, вероятно, потому и прозвал меня Мышкой, что не мог запомнить…

— Тэйлор Мария Бишоп.

— …Мое имя, — лениво заключила Тэйлор. — Как тебе удалось догадаться?

— У тебя два старших брата. Четыре младших. День рождения — седьмое октября. И если твои вкусы не переменились, то ты предпочитаешь «геркулес», а не чистую овсянку. — Он помолчал, а потом добавил: — Мне надо продолжать? Я приехал, чтобы найти тебя, Тэйлор.

— Почему? — Никудышний вопрос, зато единственный, который она сумела придумать.

— Твое имя находится в самой верхней строчке перечня приятных мне лиц.

Качая головой, точно сомневаясь в его искренности, она стала бесстыдно напрашиваться на комплимент.

— Мое? Ты думаешь, я поверю, что действительно занимаю первую строку твоего списка? Почему же не Сисси Колдуэлл или Ли Мэдисон? Если память Мне не изменяет, ты сходил с ума по каждой из них.

— Если память мне не изменяет, я сходил с ума по тебе. — Дрю полагал, что сможет выдержать этот легкий, дразнящий тон, но по пути от мозга ко рту что-то случилось. Слова вылетали капельку тяжеловатыми, капельку серьезными. Много лет назад он носился с идеей, во что превратится Тэйлор. Сегодня он столкнулся с реальностью, которая превзошла все возможные ожидания. Придвинувшись поближе, глядя ей прямо в глаза, он проговорил:

— Придется с этим смириться, Тэйлор. Я приехал сюда именно, чтобы найти тебя.

Недоверие и чувство удовлетворенности угнездились одновременно в глубине души Тэйлор. Господи, до чего же глупо лелеять ощущение могущества, поднимающееся у нее из самых глубин естества! Но она это делала. И это ей сильно нравилось. А все потому, что Дрю Хэйвуд приехал, чтобы отыскать ее.

Тэйлор вынуждена была признаться в том, что перспективы ухаживания со стороны Дрю предоставляли ей интересные возможности для добродушного отмщения. Она, по правде говоря, все эти годы вовсе не занималась залечиванием ран разбитого сердца, но так и не смогла преодолеть детскую привязанность к Дрю. Что было до боли очевидно, когда она обернулась и обнаружила его у себя на крыльце.

Возможно, именно это Рождество поможет навсегда выкинуть из себя все воспоминания о нем.

— Ты нашел меня. — Голос ее был намеренно зазывен, с сильным южным акцентом, и она добавила: — Так что же ты собираешься теперь делать со мной?

Вопрос прозвучал для Дрю так, точно его ткнули здоровенным кулачищем в живот. С дюжину импульсов, порожденных желанием, пронеслись галопом в его сознании. Он стиснул зубы, сдерживая искушение последовать хотя бы одному из них. «Ты совершил ошибку, парень. Огромную ошибку. С чего это ты взял, будто можешь совместить Рождество для Ноя со своими чувствами к Тэйлор и не повредить ни тому, ни другому?»

Его задачи в качестве одного из родителей Ноя противоречили задачам, стоявшим перед ним, как перед мужчиной. Мужчина хотел ответить на вызов, прочитываемый в глазах Тэйлор, поцелуем; родитель же предпочел бы не усложнять ситуацию. Ной заслуживал того, чтобы отец сосредоточил на нем все свое внимание.

«И того же заслуживает Тэйлор», — подсказывал хитрый голосок изнутри. Игнорировать этот шепоток было нелегко, но на карту было поставлено слишком многое, чтобы позволить себе пропутешествовать вспять в долину памяти. Если он туда отправится, то не сможет вернуться по следу. Ной все еще был привязан к поводку в руках матери, которая, однако, предпочитала от него отделываться, чтобы только ни на минуту не оставлять своего нового супруга. А Дрю вовсе не хотел принадлежать к категории отцов, удобно забывающих о существовании сына, всякий раз, когда их охватывают сексуальные позывы.

Дрю медленно заморгал и стал проклинать неудачное для этого время. Сделал шаг назад Быть родителем-одиночкой оказалось тяжелее, чем он предполагал, причем по множеству причин.

— Мне хотелось бы, чтобы ты оказала мне услугу, Тэйлор.

— Я подаю тебе длиннейшую, осмысленную реплику, и с чем ты выступаешь в ответ? «Мне хотелось бы, чтобы ты оказала мне услугу, Тэйлор»! — Она сделала движение перчаткой в его направлении, словно кинжалом, и причмокнула. — Ты не выучил роль, Деревня Неотесанная!

— Вот станешь матерью, и с тобой случится то же самое!

Как только Тэйлор узнала, что у Дрю есть ребенок, она начала мысленно пускать пузыри. Радость флирта с Дрю свалилась ей в низ живота тяжким свинцовым грузом. Стоило Рождеству показать ей свою светлую сторону, как наплыла темная туча с дождем бед.

А Дрю определенно был носителем беды. Тэйлор никогда не связывалась с мужчинами, у которых есть дети… хотя часть ее натуры готова была сделать для Дрю исключение. Но нет! Тэйлор нажала на воображаемые тормоза. Готовенькие семьи не в ее стиле. Как, впрочем и новенькие семьи, состряпанные самостоятельно по принципу «сделай сам». Она уже подняла одну семью, напомнила себе Тэйлор.

— Мальчик или девочка? — спросила она, бесцельно бродя у входа на веранду и делая при этом вид, будто ей хочется осмотреть весь остальной парк.

— Мальчик. Ной. Ему пять.

Услышав имя, Тэйлор на полсекунды замерла. Ной! Великое имя! Это имя стояло у нее среди первых в списке детей, которых она никогда не ожидала иметь.

Она любила детей, просто не планировала заводить своих. А когда на нее находили противоположные чувства, то она шла к племянникам и племянницам, и подобные чувства быстро улетучивались. С учетом неуемных темпераментов двоих племянниц и троих племянников, приступы желания завести собственных детей длились недолго. Однако они приходили все чаще и чаще по мере приближения к большой тройке с большим нулем.

— Ной — не то имя, которое теперь часто услышишь, — заявила она, окончив бесцельное брожение.

— Не то. — Дрю подул на руки и растер их. — Но он родился в разгар пятидневного шквального ливня. Так что имя Ной пришлось как раз кстати.

Тейлор рассмеялась.

— Как раз кстати.

— Анна бы с тобой не согласилась.

— Тогда это означает, что у этой женщины полностью отсутствует чувство юмора, — провозгласила Тэйлор и стала рядом с ним. — А кто такая Анна?

— Моя бывшая жена.

— Мне следовало бы догадаться. Прошу прощения.

— Прощения просить незачем. Это правда. У Анны нет ни единой смешинки. Это одна из причин, по которой я рад тому, что Ной сейчас живет со мной.

О, Господи, он же хочет, чтобы я сделала ему одолжение, припомнила она. «Если он попросит меня посидеть с ребенком, я настелю на него доски и стану на них плясать. Клянусь, я это сделаю!» И так было достаточно плохо играть роль девочки на побегушках у отца и братьев, поскольку им не приходило в голову, что у нее может быть лучшее занятие, чем организовывать им праздник, но получить от Дрю Хэйвуда просьбу посидеть с ребенком — это уже ни что иное, как смертельный ужас!