Чтение онлайн

В комнате я развернула записки. Первая была от Штольца. Он писал:

'Мария, я всегда буду рад тебе помочь. Приезжай в любое время! Щтольц'. А вторая была от Корнелии

'Здравствуй, Мария!

Не буду спрашивать зачем тебе понадобился грим. Высылаю тебе то, что ты просила.

Роза'

Вот такие краткие я получила записки. Но в них было все - а именно, мой шанс на побег. При помощи этого грима я замаскируюсь и воспользуюсь велосипедом выеду под видом Хасана из дома. Велосипед я брошу по дороге, а там поймаю попутку и поеду в клинику, где Штольц укроет меня на какое-то время.

План казался гениальным, но что окажется на самом деле, оставалось только догадываться. Мне потребуется несколько дней, чтобы подготовится. Я не могла больше подставлять семью садовника, поэтому решила выкрасть одежду Хасана, которую Эльвира повесила сушиться. Осталось дождаться очередной пьянки Чаки и свобода у меня в руках.

Но, как назло, Чаки завязал с ночными кутежами. Каждый вечер я ждала подходящего случая, но Чаки видимо не правильно поняв мои вопросительные взгляды, начал заново за мной ухаживать. Для начала я решила его поддержать, может быть таким образом, он и сам даст мне свободу.

Однажды, когда мы обедали днем на террасе, я спросила его, когда мне будет дана свобода, чтобы я смогла поездить по магазинам. Сначала он молчал, а потом глядя на меня через бокал вина сказал:

– А зачем тебе ездить по магазинам? Платьев у тебя девать некуда, если чего-то нужно, скажи и тебе это доставят.

Я пыталась держать себя в руках:

– Мне нужно сделать маникюр, а то ногти в ужасном состоянии.

Чаки взял мою руку разглядывая мои безупречные ногти. После того как я перестала пить, чтобы себя хоть как-то занять, я занялась своей внешностью. И судя по всему не вовремя.

– У тебя прекрасные ногти. Но если тебе нужна будет маникюрша, я позвоню своей.

Я понимала, что он играет со мной, как кошка мышкой. И что-то в его глазах я прочитала, такое, что поняла, что прежней жизни у меня не будет и что ему приятны мои унижения и терзания. А также то, что терпеть это долго я не смогу. Поэтому я решила зайти с другой стороны. Он ждал от меня секса, но если бы я ему дала, это был бы еще один мой шаг для подчинения и потом этих шагов будет много. Выход же мне виделся в другом - раз план не действует, нужно оттолкнуть его и тогда он опять начнет кутежи, чего я так упорно ждала уже почти неделю.

Я откинула волосы рукой и изогнув бровь сказала:

– От твоей маникюрши лично для меня толку ни какого - трахнуть я ее не смогу, а если ее не трахать, то зачем звать?
– после этого я как бы задумалась и снова посмотрела на него.
– Хотя: может быть и правда ее трахнуть? А то от тебя меня уже воротит.

Это было на грани фола, но ничего другого мне не оставалось. Я понимала, что просто так мне эти слова он не спустит, от страха у меня даже дрожали колени, но внешне я была само спокойствие. 'Умирать, так с музыкой!' - мелькнула мысль.

Чаки смотрел на меня сощурив свои итак до жути узкие глаза. Его хищный профиль был мне отвратителен. Он негодования его лицо сморщилось и нос стал еще более крупным. Гладкие черные волосы казались намазанными маслом. Меня и правда от него тошнило.

Странно, но он меня не ударил. Он встал и громыхнув в тишине стулом ушел. Я закрыла глаза. Что будет дальше мне даже трудно было представить. Если бы он сразу избил меня, то он бы выпустил пар, а тут оставалось лишь ждать самого худшего. Но с другой стороны, я так устала, что совсем перестала бояться боли или смерти. Ночами обливаясь потом и что-то бредя, я просыпалась и долго не могла уснуть. Лежа в жаркой тиши я думала о том, как было бы хорошо, раз и навсегда уснуть глубоким сном, откуда нет возврата. В такие моменты я вспоминала родителей и обещала себе съездить на могилу, но когда просыпалась утром, сама себя снова обманывала и делала вид, что они уехали и я все драматизирую.

Каждую ночь, я ложилась в кровать якобы спать, на самом деле ждала когда приедут в дом ночные гости и будет ли снова у Чаки безудержное веселье. К его пирушкам я уже так привыкла, что один раз, внезапно встав ночью и не обнаружив в комнате воды, пошла в столовую. В коридоре я встретила бегущую мне на встречу обнаженную женщину, которая громко смеялась. За ней бежал Родриго и еще один мужчина. В нем я узнала Карена, который продал Чаки Оливию. Родриго сделав несколько широких прыжков поймал ее и смеясь взвалил себе на плечи. Его большая рука хлестким движением ударила ее по тугому заду, отчего на коже появилось большое красное пятно. Женщина продолжая смеяться колотила его по спине. Меня они похоже не стеснялись. Карен зная про мое положение в этом доме решив надо мной посмеяться сделал вид, что снял шляпу. Я прошла мимо них, всем своим видом показывая, что их не существует. Сзади меня оглушительно смеялись эти трое. Как же я их всех ненавидела в тот миг!

И вот сегодня я сижу и жду, когда дом заполниться пьяным хохотом, от сигаретного смога будет стоять туман, а музыка будет орать на полную.

В ту ночь, видно Бог сжалился надо мной, потому как только я хотела лечь спать, как увидела лимузин, который лихо подъехал в дому. Из лимузина начали выходить неизвестные мне люди. Они были уже навеселе, значит все идет как надо!

Я быстро открыла сверток, который мне передала Роза. Там был грим, чтобы сделать меня чуточку похожей на Хасана. В последнюю неделю я старалась почти не есть, чтобы похудеть и чтобы моя фигура больше смахивала на фигуру подростка. Теперь гримируясь, я радостно рассматривала свои торчащие ребра и плоский зад.

У Хасана был нос с большой горбинкой, как это бывает у восточных людей и темная кожа. Поэтому грим я просила темный. Когда я приклеила нос, то сходство получилось просто поразительным. Еще я слегка замазала губы, чтобы они стали уже, а черным карандашом нарисовала что-то типа легкой щетины. Пристально разглядывая себя в зеркало я осталась довольна. 'Мастерство не пропьешь!' - горько хмыкнула я, влезая в веши Хасана, которые я украла, когда они сушились. И в этот момент, я услышала нетвердые шаги, которые приближались к моей комнате. От ужаса у меня свело живот.

Буквально в одну секунду я нырнула под одеяло и отвернулась от двери. Шаги остановились возле моей комнаты, а затем кто-то открыл дверь и тихо вошел. По запаху одеколона, я поняла что это Чаки. Вот чего-чего, а этого мне сейчас меньше всего нужно было. Если он сейчас решит устроить со мной разборки, то мне придется долго объяснять, откуда у меня такой нос и почему я так странно похожа на сына садовника.

Чаки сел на кровать и погладил рукой мои волосы. Еще один момент, который меня чуть не подвел. Задумывая побег, я старалась сделать все как можно правильнее - начала тренировать голос, чтобы он был похож на голос Хасана, худела и училась стремительной походке, которая так свойственна подросткам. А самое главное, я хотела постричь волосы, чтобы сходство было максимальным. Слава Богу, я этого не сделала, иначе сейчас была бы сцена из репертуара сатирического театра.

Чаки видно смотрел сзади на меня, потому как я чувствовала его взгляд, который жег мне спину. Мое сердце стучало под двести ударов в минуту, но я старалась дышать спокойно и равномерно, так как это делают глубоко спящие люди. Воздуха мне не хватало, потому что мое сердце гнало кровь так быстро, что легкие с такими слабыми вздохами просто не справлялись с работой.

Затем я услышала как Чаки вышел, дверь тихо закрылась и я набрала в грудь побольше воздуха и наконец-то громко выдохнула. Когда стихли его шаги, я вскочила с кровати и взяла заранее принесенную корзину. Ее я взяла на случай если с кем столкнусь в коридоре, то могу сказать, что меняла в вазах цветы или еще что-то подобное. Все это звучало абсурдно, но мне ничего не оставалось как надеяться, что в таком бедламе на это мало кто обратит внимание. К тому же корзина скрывала мою грудь, которой никак не могло быть у шестнадцатилетнего подростка.