Чтение онлайн

Свинячьи глазки быстро-быстро замигали.

— Черт! Ленни, ты говорил…

Окурок упал на ковер, и запах паленой шерсти наполнил комнату. Ленни Серво удивленно смотрел на меня. Мой револьвер был направлен прямо ему в живот, но он ничуть не испугался. Скорее, это все его озадачило.

— Где ты подобрал это дерьмо? — Я откровенно издевался над ним.

Он не ответил.

Я насмешливо ухмыльнулся:

— А с какого раза ты справляешься с бабой? Если ты грамотный, тебе следовало бы почитать газеты. А если умеешь считать, сосчитай трупы своих наемников.

На его щеке дернулся мускул.

— Ты хочешь сказать, что ты мне не по зубам?

— Даже пока они у тебя есть, приятель. — Револьвер в моей руке поднялся уже на уровень его головы. — Я в последний раз спрашиваю: где она?

Кровь, казалось, отхлынула от его лица. Оно было абсолютно белым, замешательство и бессильная ярость отразились в его глазах. Но он не бросился на меня, а только проскрежетал, не разжимая зубов:

— Черт бы тебя побрал, Макбрайд. Я бы с удовольствием убил вас обоих, даже если за это пришлось бы отдать капля по капле всю мою кровь.

Я дал ему выговориться, а потом с размаху ударил стволом револьвера. Раздался треск ломающихся зубов, и он повалился передо мной на колени. Он ткнулся головой в пол и тихо постанывал, закрывая лицо руками.

Толстяк за столом никак не мог перестать облизываться, потому что у него мгновенно сохли губы. Кончик его языка постоянно высовывался изо рта, а сжатые кулаки были похожи на белые шарики, привинченные к подлокотникам кресла.

— Ты-то не будешь показывать здесь фокусы? — спросил я.

У него щелкнули челюсти, когда голова дернулась из стороны в сторону.

Я посмотрел на Прыща и улыбнулся. Он, наверное, еще помнил бабушкины сказки про чертей, и сейчас совсем сомлел.

Два человека шевелились на полу, как ослепшие пауки, пытаясь подняться. Я открыл барабан револьвера, вытащил все патроны и бросил игрушку рядом с тем, у кого я ее забрал. Голова Ленни оторвалась от ковра, и он смотрел на меня со всей ненавистью, на какую был способен.

— Ты умрешь за это, — сказал он.

Я хотел пнуть его в зубы, но сдержался.

— Поживем — увидим, Ленни, — сказал я ему на прощанье.

Когда я вышел в зал, Венера все еще сидела за столом, но толпа разошлась. Она проиграла почти все, и крупье перестал волноваться. Я слегка ткнул ей в ребра большим пальцем, и она даже подпрыгнула от неожиданности.

— Черт возьми, где ты шлялся? Если бы ты был рядом, я бы могла уйти с целым состоянием.

— Извини. Это невозможно было отложить.

— Ну, ладно, ладно. — Она сгребла остатки прежней роскоши и засунула банкноты в бумажник.

Мы спустились вниз и выпили на посошок. Один из копов, подрабатывающих здесь в свободное время, узнал меня и сморщился, как будто мое присутствие озадачило его. Я не стал рисоваться в баре, чтобы не нарваться на неприятности. На всякий случай, для очистки совести, мы пробежались по дансингу. Эдди Пэкмена не было. Значит, его не было здесь вообще, так как заведение не имело отдельных кабинетов.

Похоже, Венера была так же разочарована, как и я.

— Паршиво, да?

— Радоваться нечему.

— Хочешь поискать где-нибудь еще?

— Где?

— В городе полно мест. Я считаю, что лучше начать с отелей. Он не будет тратить время, мотаясь по ночным клубам, если только он не с такой женщиной, которая заставит его прыгать до потолка.

— Да черт с ним. Завтра будет день, и я найду его.

— Но я хочу видеть, как это случится, — она надула губки.

— А ты кровожадная.

— Ну и что?

Она засмеялась, блеснув зубами. Я наклонился к ней и приложил свои губы к ее губам. Она не поцеловала меня. Ее ногти царапнули мою руку, а зубы прокусили нижнюю губу, и она слизнула выстудившую кровь язычком.

Все случилось мгновенно, как будто меня укусила змея, чей яд лишает тебя способности двигаться и вызывает дрожь в коленках.

Она дышала так часто, что слова напрыгивали одно на другое:

— Не… делай… этого никогда… больше. Не надо… когда вокруг люди.

Я понял ее состояние. Я взял ее под руку и повел к машине, чувствуя, как ее нога касается моей и как ее глаза обшаривают мое лицо. Венера знала, что делать, чтобы завести мужчину.

Когда я сел за руль, служитель вышел из своей каморки и, помахав мне на прощанье, заработал еще полдоллара. Я выехал со стоянки и направился в город.

На какое-то мгновение свет фонаря осветил машину, мчавшуюся с выключенными фарами, и я поймал ее отражение в зеркале заднего вида. Я никак не успел бы избежать столкновения. Большой автомобиль сначала врезался в задний бампер, потом промчался мимо нас справа. Прозвучали оглушительные выстрелы из крупнокалиберного револьвера, оставившие огромные дыры в ветровом стекле.

Единственное, что я успел сделать, это нырнуть вниз и вывернуть насколько возможно руль. Машину развернуло и потащило юзом на обочину. Когда покрышки оказались на песке, я вывернул руль в обратную сторону. Задние колеса замолотили воздух, а нос наклонился вперед, намереваясь нырнуть в кювет. Немножко покачавшись, машина ударилась задними колесами о землю и, вздрогнув, замерла.

Венеру швырнуло на меня. Кровь была на ее лице, — видимо, осколки стекла порезали ей щеки. Я не мог выговорить ни слова и только повторял, как попугай: «Черт возьми, черт возьми!»

Темная струйка крови медленно стекала в вырез ее блузки. Я рванул края выреза. Пуговицы выдержали. Рванул посильнее, и они отлетели, обнажив ее прекрасную грудь. Мне было мучительно больно из-за того, что я не уберег эту женщину. Я пытался нащупать рану, ожидая наткнуться на страшную дыру, через которую улетучивается ее жизнь. Но, не найдя ничего подобного, я просто стер кровь с груди ладонью, чтобы лучше видеть. Она больше не текла. Не было никакой дыры.

— Черт возьми!

Ее глаза открылись, и она прошептала:

— Скажи еще разок.

Я выполнил ее желание, повторив то же самое, только теперь уже с улыбкой.

— Ты можешь разглядывать меня сколько хочешь, — добавила она с нежностью.

Я не возражал. Я глядел на нее и думал, как она красива, и мне было чертовски радостно видеть ее целой и невредимой. А почему — я пока не мог понять. В ушах у меня все еще стоял свист пуль.

Она не хотела, но я заставил ее запахнуть блузку.