Дорога к славе
Шрифт:
С момента первого поцелуя Честер заметно улучшил этот навык и уже получал от процесса куда больше удовольствия. Происходящее наяву теперь всё больше походило на его сны. Чего уж там, наяву всё было гораздо лучше.
– Честер, подожди, – Бекки положила ладони на плечи Честера и осторожно отодвинулась от него в угол дивана. Его правая рука так и осталась лежать на её груди, и это сбивало с мысли, но заставить его прекратить было выше её сил.
– Что? – Честер поднял на неё затуманенные глаза.
– Ты говорил, что сегодня какой-то особенный день, – Бекки изо всех сил старалась отвлечься от того факта, где сейчас находилась его ладонь.
– Ох, – выдохнул Честер, подумав, все ли девушки умудрялись задавать самые неожиданные вопросы в самые неподходящие для этого моменты, и откинулся на спинку дивана, к разочарованию Бекки, убирая руку.
– Ох? – переспросила она.
Честер вытер ладонью рот, как делал после каждого поцелуя, сам не замечая за собой этой привычки, а Бекки это почему-то очень забавляло.
– Видишь ли, – сказал он, неторопливо подбирая слова и как будто собираясь с духом, – дело в том, что у меня сегодня день рождения.
– Ох, – удивлённо сказала Бекки. Он что-то несколько раз говорил насчёт того, что ему скоро исполняется восемнадцать, но она не обращала на это должного внимания, а теперь чувствовала себя глупо – ведь даже подарка не принесла! – Тогда, наверное, пойдём отметим это событие? Сегодня, в конце концов, можешь с чистой совестью пить, не нарушая закон!
Честер рассмеялся. Вообще-то у него даже документов не было, так что никто не мог проверить, когда и сколько лет на самом деле ему исполнялось. Но, да, если не брать это в расчёт, то сегодня он мог не только легально находиться на территории клуба, но и покупать себе алкоголь.
Они поднялись наверх в бар. Была смена Эла, который очень ценил то, что Бекки делала для Честера, а потому они с ней неплохо сдружились.
– Привет, Эл, я привела тебе именинника! – сказала Бекки, держа Честера за руку.
– Твою мать, точно! – Эл хлопнул себя ладонью по лбу. – Чес, прости, я кретин, но у меня совершенно вылетело из головы!
– Да брось, ерунда, – Честер смущённо отмахнулся.
– Ну выпивка тогда точно за счёт заведения, – Эл выставил перед Честером бутылку виски. – Мисс, а вы что предпочитаете?
– Я тоже буду виски, – бодро ответила Бекки.
Эл и Честер синхронно приподняли в удивлении брови и посмотрели на Бекки.
– Я многого о тебе не знаю! – усмехнулся Честер.
– Ты знаешь обо мне больше, чем я о тебе, – отозвалась Бекки, хотя на деле это было совсем не так: Честер по-прежнему не имел представления о её семье, месте жительства и социальном статусе.
– Значит, виски. Отличный выбор, мисс! – Эл подхватил бутылку, открыл её и наполнил три стакана.
– Ты уверена? – спросил Честер на ухо Бекки.
– Уверена, – прошипела она в ответ почти с раздражением. Она приняла решение и не хотела, чтобы её отговаривали.
Честер примирительно кивнул и вслед за Элом поднял со стойки свой стакан. Бекки последовала их примеру.
– За Честера! Самого обаятельного из всех беспризорников! – Эл произнёс тост, Честер прыснул от смеха, а Бекки глубоко и резко вдохнула, как будто стояла на краю скалы и собиралась прыгнуть вниз, в тёмную холодную пучину. Она залпом проглотила содержимое своего стакана, широко распахнула глаза и едва не закашлялась – вообще-то виски она пробовала до этого всего раз или два.
9.
Бутылка виски была распита до дна, и большая часть её содержимого досталась Честеру и Бекки. Элу предстояла ещё полноценная рабочая смена, так что он ограничился двумя шотами.
– Мне, наверное, надо проводить тебя домой? – Честер говорил с уверенностью, присущей только изрядно подвыпившим людям, которые полагали себя абсолютно трезвыми. Он не замечал тех усилий, которые ему требовались, чтобы шевелить языком, и что речь, несмотря на эти усилия, всё равно звучала смазанной.
– Не–е–ет, – протяжно ответила Бекки, мотая головой. – Мои родители думают, что у меня сегодня ночное дежурство. А завтра у меня выходной. Так что если ты не возражаешь, сегодня я переночую у тебя, – она многозначительно посмотрела на Честера, приставила к губам указательный палец и шикнула, словно бы предупреждая: весь этот план – большая тайна!
Даже изрядное количество алкоголя, который сейчас бурлил в крови Честера, затуманивая рассудок, но раскрепощая инстинкты, не мог унять вмиг возникшее волнение. Только дурак бы не понял намёка Бекки. И её слова вызвали в Честере целый вихрь самых разных эмоций: от предвосхищения до страха.
– Что скажешь? – Бекки продолжала выжидающе смотреть на Честера, пока он растерянно улыбался и моргал.
– Скажу, что мы с тобой засиделись в баре, – Честер соскочил с табурета, пошатнувшись и чуть не уронив табурет и опустевшую бутылку виски с барной стойки, потом протянул Бекки руку, помогая ей тоже оказаться на полу обеими ногами.
Они провели за стойкой около двух часов и несколько раз вставали потанцевать – под конец тела слушались всё хуже, но при этом внутреннее ощущение свободы и лёгкости было столь велико, что они не обращали внимания на неуклюжесть собственных движений. Сейчас стрелки часов уже переползли за отметку полуночи, и в зале оставалось не так много посетителей.
Бекки чуть пошатнулась, и Честер обхватил её рукой за талию. Она почему-то хмыкнула, он почему-то рассмеялся. Так, в обнимку и смеясь, немного неловко и неустойчиво, они лавировали между столиками и танцующей молодёжью, пока не скрылись за служебной дверью. Спустя ещё минуту они буквально ввалились в гримёрную: её руки у него за шеей, его – у неё на спине; прижавшись телами так, словно хотели друг в друге раствориться. И этот пьяный поцелуй, насквозь пропитанный ароматом виски и сигарет, был полон необузданной подростковой страсти, дерзкой и немного наивной.
Честер чуть медлил. Бекки, напротив, торопилась. Он наслаждался возможностью прикасаться к её обнажённому телу – совсем как в его снах. Она жадно тянула его на себя, как будто боялась, что промедление заставит её передумать.
Узкий диванчик вряд ли был идеальным местом для занятия сексом. Что уж там, он вообще был совершенно ни к чему не пригодным экземпляром мебели. Но Бекки делала вид, что дискомфорт её совершенно не тревожит, а Честер был слишком сосредоточен на том, чтобы «сделать всё правильно», чтобы задумываться ещё и о таких мелочах, как диван.