Чтение онлайн

Стиснув зубы, она села и запустила руку в сумку, пытаясь выловить мобильный….

Неопределенный номер. Не набор цифр, незнакомых ее телефону, а в прямом смысле Неопределенный номер, так и написано.

Она ответила на звонок:

— Алло?

— Я не могу больше ждать. Я старался как мог.

Иви улыбнулась так широко, что ей пришлось накрыть рукой одуревшее от радости выражение на лице, хоть она и была одна.

— Чтоб мне пусто было, да это же Сайлас, сын Мордаки.

Его низкий голос был обалденным в своей хриплости.

— Я боялся перестараться. Поэтому ждал. Собирался вытерпеть до завтрашнего утра, чтобы не выглядеть слишком жалким и прилипчивым, но в итоге сорвался.

— Я рада, что ты позвонил. И если тебе хватило храбрости признать, что ты не справился с задуманным, то я встречу тебя на полпути и скажу, что уже начинала беспокоиться о том, что ты вообще не позвонишь.

О, этот смех.

— Без шансов. Я не переставал думать о тебе… не в маньячном стиле, клянусь.

— Маньяк бы столько не продержался.

— Вот именно, поэтому я — безопасный вариант. Как дела на работе?

Иви откинулась на матрас, возвращаясь в горизонтальную плоскость.

— Хорошо. Одного из моих пациентов после сложной операции выписывают завтра ночью, поэтому я довольна проделанной работой. А как поживают богатые и беззаботные?

— О, ну ты знаешь — позолотил ногти на ногах, постриг когти своему леопарду и до кучи сжег в камине пару картин Пикассо. Одно и тоже, каждый день.

Повисла пауза, а потом его голос стал еще ниже.

— Я могу приехать?

Иви закрыла глаза, чувствуя, как тело расслабляется.

— Скоро рассвет.

— Я не останусь на день. Обещаю. Я просто хочу увидеть тебя, хотя бы на час. Ждать еще сутки — невыносимо долго.

— Я чувствую тоже самое. Дай мне пятнадцать минут.

К слову о спешке. Положив трубку, Иви вскочила на ноги и метнулась в душ, в адской спешке хватаясь за мыло, шампунь и кондиционер. Она вертелась как белка в колесе.

Двенадцать с половиной минут спустя она была сухой, в штанах для йоги и свободной футболке, заталкивала посуду после Первой трапезы в раковину и выложила в аккуратную стопку почту, накопившуюся за два дня.

Звонок раздался шесть минут спустя.

Она, разумеется, не считала.

Иви открыла дверь с домофоном, и ее сердце отбивало ритм как Мейвезер [22] , когда она потянулась к дверной ручке.

— Да блин.

Она открыла дверь и выглянула в коридор, устланный ковром… и вот он, идет к ней, на его лице такая же широкая улыбка, как у нее. Тело такое же, каким она его запомнила, лицо не изменилось.

И запах тот же.

Сегодня не в костюме, и это хорошо. На нем был черный кашемировый свитер и темно-серые брюки. Сайлас выглядел ухоженно, дорого… восхитительно.

— Ну, здравствуй, незнакомец, — сказала она, когда мужчина остановился перед ней.

— Привет.

Они простояли так целую вечность, она — прижавшись к дверному косяку, он — на пороге.

— Не возражаешь? — прошептал он.

— Прости, что?

Но он просто обхватил ее лицо ладонями и опустил голову… и она притянула его к себе, желая в этом мире лишь одно — его губы.

Иви стонала, пока он целовал ее. Или же это был он, все возможно. И плевать.

Они завалились внутрь, и, закрыв за ними дверь, Иви прижалась к Сайласу, обхватывая руками его плечи. Они не скоро разошлись, и даже тогда разъединили лишь рты. И стояли, прижимаясь друг к другу.

Глаза Сайласа сияли из-под опущенных век.

— Привет.

— Привет.

— Похоже, на этом наш словарный запас исчерпал себя.

— Ммм-хмм. Значимость слов переоценивают, ты так не думаешь?

— Если я смогу целовать тебя всю ночь напролет? Тогда да, конечно.

Он снова накрыл ее рот в поцелуе, его язык прошелся по ее губам, спрашивая разрешение. Широкие, теплые ладони скользнули на ее талию, и Иви ощутила, как напряглись ее соски, когда она грудью прижалась к его груди.

Было очевидно его возбуждение.

А потом все стало еще жарче.

Да только он выругался и отстранился.

— Черт. Я обещал себе, что не буду…

— Похоже, что я против происходящего?

Сайлас улыбнулся, но не стал торопиться. Хватило его ровно до дивана. Повернувшись к ней спиной, он поправил понятное место в районе бедер.

Закрыв глаза, она содрогнулась при мысли о том, чтобы прикоснуться к нему.

— Ты для меня не девочка-на-раз.

Открыв глаза, Иви обнаружила, что он повернулся к ней.

— Удивительно, что аристократ вроде тебя знаком с подобным понятием. Это же сленг.

Он мгновенно стал серьезным.

— Я не понимаю.

— Сленг? Ну, просторечие.

— Да нет. — Сайлас подошел к ней. — Я не понимаю, как можно скучать по тому, кого встретил совсем недавно.

Протянув руку, она прикоснулась к его лицу, очерчивая пальцами линию подбородка, челюсть… яремную вену. Ей пришлось силой выкинуть мысль о том, каков он будет на вкус.

Если она умрет в следующую секунду, то никогда не узнает этого.

— Это называется «страстное увлечение», — пошутила она. — Так же известное как «химия», благодаря которой Дева-Летописеца гарантировала воспроизводство расы.

Когда по его лицу скользнула некая тень, Иви почувствовала себя скверно.

— Прости. Ты пытаешься быть романтичным, а я все порчу? Сайлас, у меня плохо с романтикой. Наверное, ты это тоже уже понял.

Он молчал долгое время, и она даже задумалась, а не испортила ли то, что даже не успело начаться. Но потом он покачал головой.

— Мне нравится твоя честность. И мне кажется, что я тоже должен быть с тобой честным.

А сейчас ее сердце забилось гулко, но уже не от сексуального предвкушения.

— И здесь ты собираешься сообщить мне, что на самом деле женат и…

— Нет, вовсе нет. Клянусь душой моей покойной мамэн, да здравствует она в Забвении, что я холост и не встречаюсь ни с кем кроме тебя. Могу я поцеловать тебя? Я не в силах думать ни о чем другом.

Она рассмеялась.

— Да. Прошу.

В итоге они оказались на диване. Как так вышло, Иви не понимала.