Чтение онлайн

— Этим. У меня сейчас нет более красивых слов.

По глупости своей, мы оба разражаемся смехом. Мы окружены беспорядком, его руки выглядят так, словно он пытался погладить бешеного котенка, а я задушена до полусмерти. Все это — всепоглощающий хаос.

Скатившись с меня, Лейтон протягивает руку. Я позволяю ему поднять меня, пока мы оба не оказываемся на коленях, с любопытством глядя друг на друга.

— Что это значит? — Я прикусываю губу.

Его взгляд сосредоточен на моей шее. Я уверена, что останется синяк. Мое горло все еще болит. Я не могу поверить, что ему пришлось прибегнуть к этому.

— Ты напугала меня, — признается Лейтон мягким голосом.

— Я сама себя напугала.

— У моего сокамерника в тюрьме случались приступы паники. Я едва мог его урезонить, когда это случалось. Иногда он срывался и затевал драку. Это было единственное, что имело для него смысл.

Лейтон вздрагивает, кажется, осознав, что он раскрыл. Я беру его за руку и переплетаю наши пальцы.

— Энцо рассказал мне о твоем тюремном заключении.

Страх на его лице усиливается.

— Конечно, он это сделал.

— Не всю историю, не волнуйся. Только то, что ты отсидел срок и недавно вышел. Ты можешь поговорить со мной, если хочешь.

Качая головой, Лейтон встает и просовывает руки мне под мышки, чтобы поднять меня. Никто из нас не знает, как подступиться к только что развернувшемуся безумию, поэтому мы начинаем убираться в тишине.

Я споласкиваю разделочную доску одной рукой, когда он останавливается позади меня, ставя еще несколько тарелок, которые нужно вымыть. Его горячее дыхание касается моего уха.

— Это часто случается? — спрашивает он.

— Что?

— Эти… атаки. Теряешь себя вот так.

Сглотнув, я сосредотачиваюсь на смывании мыльной пены с доски.

— Чаще, чем думают остальные. Обычно я сама нахожу дорогу обратно.

— Каким образом?

Я подавляю в себе внезапное желание быть честной. Он этого заслуживает, но я не могу этого признать. Растущая лысина под моей густой гривой волос — грязный секрет.

— Я не знаю. Как-то получается.

Грохот открывающейся входной двери пугает нас обоих. Лейтон отпрыгивает от меня, и я тут же оплакиваю потерю его тепла.

— Есть кто-нибудь дома?

— Я здесь, — отзывается Лейтон.

Заходя на кухню, Хантер перекидывает свой угольно-черный пиджак через плечо, свободной рукой срывая синий галстук. У меня пересыхает во рту от этого зрелища.

Что бы Лейтон ни пробудил во мне? Это голодное, распутное создание отказывается возвращаться в свой грешный шкафчик. Татуировки Хантера выглядывают из-под его рубашки, намекая на скрытую под ней красоту.

— Что вы двое делаете? — подозрительно спрашивает он.

Лейтон пожимает плечами, его губы плотно сжаты.

— Портим ужин, — выпаливаю я.

Хантер смеется. Это глубокий, горловой звук, который пугает меня до смерти. Я не могу поверить в то, что слышу. Лейтон выглядит не менее взволнованно, когда мы обмениваемся взглядами.

— Ты пробовал готовить? — Хантер хихикает.

Лейтон сердито смотрит на него.

— Я был настроен оптимистично. Я не так уж плох, боже. Ты в детстве наелся моего жареного сыра.

— Нам повезло, что дом не сгорел дотла. И, к твоему сведению, твой сыр на гриле — отстой. Обычно у меня было слишком сильное похмелье, чтобы обращать на это внимание.

— Отстой? — он возмущенно повторяет.

Хантер фыркает, снимая куртку.

— Просто закажи еду на вынос. У нас и так достаточно проблем, чтобы получить пищевое отравление.

Лейтон хлопает в ладоши и усаживается на кухонный столик, одновременно прокручивая что-то в телефоне. Он бросает на меня многозначительный взгляд, изо всех сил стараясь не улыбаться. Я опускаю его взгляд, прежде чем мне становится неловко.

Хантеру определенно не нужно знать, чем мы занимались. Я все еще не уверена, что он не выгонит меня в ближайшее время, и, если он узнает, что я целовалась с его братом, нас всех ждет взбучка.

— Как работа? — Неловко спрашиваю я.

Хантер, кажется, встревожен, теребя свой слуховой аппарат. Когда напряжение достигает критической точки, он, наконец, перестает избегать меня.

— Ты все равно скоро узнаешь. — Он со вздохом складывает руки на груди. — Нам передали заявление о пропаже человека. Возможно, ничего особенного, но мы расследуем это.

Все мое тело холодеет. — Что? Это он?

— Мы не знаем. Она моложе других жертв и происходит из состоятельной семьи. Это кажется немного не в его характере.

— Где?

Хантер изучает меня мгновение.

— Университетский городок в Лидсе. Она шла домой с поздней лекции и срезала путь. Мы не можем видеть дальше слепой зоны видеонаблюдения.

— Студентка в кампусе? — Вмешивается Лейтон. — Звучит по-другому. Этот засранец не стал бы рисковать, чтобы его вот так поймали.

— Я согласен, — отвечает Хантер, крутя галстук в руках. — Вся страна на взводе. Полиция, возможно, делает поспешные выводы.

Закрыв кран, я пытаюсь вытереть разделочную доску одной рукой, но в итоге роняю ее. Хантер с легкостью ловит ее в воздухе, его хмурый взгляд сосредоточен на мне.

— Тебе не нужно беспокоиться об этом, Харлоу. Мы ведем расследование только в качестве меры предосторожности. Я все еще думаю, что подозреваемый скрывается. Потеря тебя на какое-то время напугала его.

Налив себе пива из холодильника, Хантер снимает крышку зубами, делая несколько больших глотков.

— Энцо будет есть? — Лейтон напевает в телефон.

— Он допоздна над кое-какими делами. Закажи достаточно, мы можем отложить это на потом.

— Понял. Кредитная карточка, большой брат.

— В моем пальто, — ворчит Хантер себе под нос.

Лейтон покидает нас в напряженном молчании. Я могу сказать, что Хантер снова наблюдает за мной, даже когда я прячусь за завесой волос.

— Нам нужно кое-куда съездить на этих выходных, — резко говорит он. — Это... э-э, по работе. Нужна твоя помощь кое с чем.

— M-моя? — Я перепроверяю.

— Не о чем беспокоиться. Я объясню подробнее в субботу.

Не сказав больше ни слова, Хантер проходит мимо Лейтона на обратном пути и исчезает наверху. Я смотрю ему вслед, не понимая, что так разозлило нашего местного урагана.