Чтение онлайн

Она пыталась найти оправдание его задержке. Так как она не знала его местопребывания, то не предполагала, сколько времени займет его путь. Река была на полпути от Худи-Ду до Проклятой Дыры.

Она догадывалась, что Горди был в окрестностях Худи-Ду, но это могло быть и не так. Он мог бы отправиться к своим друзьям в соседний лагерь. В конце концов, его просили исчезнуть. Она надеялась, что он не понял ее буквально.

Вильсон, сидевший на поваленном дереве, начал терять терпение. Они ждали Горди с раннего утра. Руки и ноги мальчика заледенели. Стуча зубами, он высказал вслух то, чего больше всего опасалась Мэгги:

— Может быть, он не придет.

— Не говори этого, он придет, — произнесла она саркастичнее, чем ей хотелось бы. Она упорно смотрела на дорогу. Т.Г. обязательно придет. Он не поступит с ее шахтой, как обычный вор.

У него были свои недостатки, — впрочем, у кого их нет? Конечно, он не был пройдохой — ничто на свете не заставило бы Мэгги изменить мнение на этот счет. Причина его отсутствия конечно же существует, но он обязательно придет. Если она будет ждать достаточно долго, он обязательно придет.

Прошел еще час, деревья запорошило снегом.

Время от времени Мэгги смотрела на дорогу. Вильсон делал то же самое. Но сколько бы они ни смотрели, милая их сердцу фигура не появлялась.

— Мы что, собираемся торчать здесь всю жизнь? — не выдержал в конце концов Вильсон.

Мэгги продолжала шагать из стороны в сторону. Уже больше часа она не чувствовала своих ног. Куда же он запропастился? Сердцем она чувствовала, что он придет, что он не предаст ее. Но что же все-таки его задержало?

Внезапно ей в голову пришла мысль. Он, наверное, заболел. Могло ли случиться с ним что-то другое, что задержало его?

Нет, он дал бы знать. Он не позволил бы ей впустую мерзнуть на ветру.

Прошло еще несколько часов. Губы Вильсона начали синеть.

Усевшись на бревно рядом с Вильсоном, Мэгги остановившимся взглядом смотрела на падающий снег. Уже темнело — они больше не могли оставаться здесь.

— Может, мы пойдем, а, Мэгги? — спросил Вильсон. Он понимал, что Мэгги просто так не сдастся. Но ведь они не могут ждать всю ночь. Скоро совсем стемнеет, а их путь к землянке ох как долог.

Мэгги то и дело смотрела на дорогу. Она отчаянно молилась о появлении Т.Г.

Вероятно, он просто забыл. На мгновение у нее в сердце затеплилась надежда. Но она быстро угасла. У Т.Г. была хорошая память. Если он вообще что-то мог помнить, то не забыл бы о встрече сегодня утром.

Но утро уже давно минуло. Ей пришлось привыкнуть к мысли, что он не придет.

Поднявшись на ноги, Мэгги вскрикнула от боли.

— Ну мы идем? — обрадованно спросил Вильсон.

Мэгги снова оглянулась на дорогу. Она была пустынна.

— Да, пойдем.

Вильсон уставился на дорогу. Он не мог поверить, что Горди не пришел. Ведь он же обещал. Его голос был очень взволнован, когда он спросил:

— Он не идет, да?

— Нет, — произнесла Мэгги упавшим голосом. Ей хотелось казаться сильной, но душа ее была опустошена.

— Может быть, его задрал медведь? — предположил Вильсон. — Здесь их полно.

Они двинулись в путь.

— Может быть, он перепутал и пришел к землянке? — продолжал Вильсон. — Точно, Мэгги, спорим, что он пришел к землянке и не может понять, куда мы запропастились?

Мэгги не ответила. Вильсон пытался взглянуть на нее, но его очки запотели. Вильсону передалось чувство отчаяния, переполнявшее Мэгги.

— Ты так не думаешь? — приставал он к сестре.

— Может быть, Вильсон, может быть…

Они пробрались через глубокие сугробы. Было ужасно холодно, снег падал все сильнее и сильнее.

Неожиданно Вильсон заплакал, сначала тихо, затем все громче и громче. Вначале он храбрился, чтобы не расстраивать Мэгги, но любовь к Горди пересилила. Весь день он надеялся, что Горди их так любит, что не может не вернуться. По крайней мере настолько, чтобы вернуть им шахту.

Но он совсем их не любит. Ему было все равно, сколько времени они прождали его на морозе. Осознавать, что их не любят, было невыносимо.

— Успокойся, — тихо сказала Мэгги.

Теплые соленые ручейки текли по щекам Вильсона.

Сугробы были высокими, Горди не пришел, к тому же Вильсон не ел с раннего утра, поэтому неудивительно, что он плакал, как маленький мальчик. Вдруг он почувствовал себя усталым.

Когда Т.Г. очнулся, он услышал разнообразные звуки. Дрова потрескивали в камине, тикали часы, по дну кастрюли скрежетала ложка, щетка скребла по полу.

Он начал ощущать запахи. Он чувствовал дым камина, запах мыла от шерстяного одеяла, аромат жарящегося мяса.

Т.Г. попытался собраться с мыслями, но это получилось у него не сразу. Нестерпимая боль пронизывала его живот. Даже малейшее движение приводило к ужасным страданиям.

— Мэгги!

Покрывшись холодным потом, он трясся в лихорадке под тяжелым шерстяным одеялом. Скинув его, он попытался сесть. У него закружилась голова и потемнело в глазах.

Из темноты появились руки, несущие холодную ткань. Он застонал и повалился на кровать. Даже незначительное движение вызывало крик боли с его пересохших губ.

Он попытался заговорить.

— Документ… — пробормотал он.

Кружка с водой приблизилась к его рту, и он сделал жадный глоток. Вода полилась по его голой груди. Капли, падающие на грудь, вызывали дикую боль.

Когда он кончил пить, заботливые руки уложили его голову на подушку. Едкий запах достиг его ноздрей, и он снова закричал, — недавно заботливые руки превратились в орудие пытки. К чему бы они ни прикасались, все вызывало в теле Т.Г. страшную боль.

Т.Г. молил о смерти, но пытка продолжалась.

— Мэгги… Мэгги… — простонал Т.Г. Он снова попытался сесть, но те же руки удержали его. Он должен дойти до нее во что бы то ни стало, ведь она ждет его.

— Я должен идти… Мэгги.

Руки начали обрабатывать его раны. Боль была нестерпимой.

Когда это наконец кончилось, Т.Г. был в холодном поту. Он снова был аккуратно повернут и протерт холодной тканью. Заботливые руки заменили простыню, на которой он лежал.

— Документ, — бормотал он, надеясь, что этот милосердный ангел поймет его. Мэгги ждала его у реки. Но ангел не понял.