Дожить до коронации
Шрифт:
ГЛАВА 13
Я стояла перед зеркалом и придирчиво изучала свой внешний вид. Посеребренное стекло в овальной раме отражало хрупкую девушку в белоснежном шелковом платье, украшенном кружевами и бисером. Замысловатые узоры вышивки навевали мысли о северных морозах и бескрайних снегах. Небольшая диадема, украшающая прическу, тонкой работы колье, брошь для корсажа, парные браслеты, кольцо полностью повторяли парюру княжны. Только вместо сапфиров были использованы аметисты. Еще две почти точно таких же парюры Ольга подарила Августе и Роберте.
Зимний бал-маскарад — короткий и яркий праздник. Традиционное развлечение аорской аристократии, избежать которого можно только по причине собственных похорон. Двор несколько последних недель буквально лихорадило от предвкушения незабываемого развлечения. Создавались и шились новые наряды, чем экстравагантнее и шикарнее, тем лучше. Выбирались маски, позволяющие до рассвета забыть о многих условностях этикета. Дамы готовились в первую очередь поражать воображение других дам, а там, может, и кавалеры впечатлятся.
Княжна планировала облачиться в черно-синий шелк и газ, примерить на себя образ полярной ночи, царящей на крайнем севере Роокана почти половину года. Двух своих фрейлин она одела как звезду и луну, а мне выпала роль зимней стужи. Леди Сесилия не одобрила нашей идеи одеться в похожие наряды и одинаковые маски, но энтузиазм четырех юных барышень сделал свое дело: ей тоже подобрали платье с рооканскими мотивами.
Я со вздохом надела туфли на высоком каблуке. Будет подвигом, если я прохожу на них весь вечер и не поломаю ноги! Роберта — высокая девушка с фигурой древних воительниц. Поэтому, чтобы не было ясно, кто из нас настоящая княжна, и мне, и Ольге, и Августе пришлось выбрать обувь на каблуках. По сравнению с необходимостью весь вечер носить беловолосые парики, от которых потеет и чешется голова, — сущие пустяки. Я даже позавидовала нашей старшей фрейлине: ее-то в силу возраста никто не пытался замаскировать под невесту-чужестранку.
Чья это была идея? Уже и не помню. Августа восхитились картинкой в модном журнале, Роберта нарисовала эскиз костюма в стиле исконных народов Роокана. А Ольгу опьянила мысль, что можно побыть неузнанной и просто повеселиться, как много лет назад. Мое скептическое настроение девушки проигнорировали. Вот и приходилось в очередной раз доверяться магии щита и работе охраны. Спросить, знает ли о нашей задумке начальник тайной канцелярии, чтоб ему икалось, я не решилась. Но интуиция подсказывала: знает, не одобряет, меры принял.
За время, прошедшее с той ночи, я видела черноволосого эола лишь мельком в дворцовых переходах. О его существовании можно было бы забыть, если бы не маленькие букетики белых фиалок, появляющиеся в моей комнате каждый вечер. В романтичность герцога не верилось ни на йоту, а вот в энтузиазм его секретаря в сфере устройства личной жизни шефа… Жаль, фиалки — мои любимые цветы.
Белая бархатная полумаска идеально дополняла образ непреклонной владычицы холодов. Выглядела я спокойной и уверенной, это убеждало всех, что фрейлина княжны рада предстоящим праздникам и возможности повеселиться от души.
Я еще раз перечитала короткую записку, присланную сегодня утром. Без подписи, но ее автора я и так знала.
«Встреча с вами не оставила меня равнодушным. Сегодня в час ночи в Малахитовом зале, моя дорогая».
В дверь постучали.
— Да-да, войдите! — Я поспешно спрятала послание в сумочку и поприветствовала вошедшую княжну.
Ни уверенности, ни спокойствия я не чувствовала. Скорей бы закончился этот праздник!
— Ты готова? — Ольга в своем черно-синем наряде была великолепна. Величественная гордая красавица.
— Да, ваше высочество.
И мы начали переодеваться.
Бал начался не традиционным гранд-маршем, а устаревшим полонезом, на мой взгляд, еще более помпезным и торжественным. Кавалеры и дамы парами становились в колонну и плавным размеренным танцевальным шагом шествовали по бальным залам. Неспешная музыка, несложные движения без сложных поз и пируэтов позволяли во всей красе продемонстрировать богатство карнавальных костюмов и благородство манер. Во время полонеза, в котором фигуры диктовала первая пара, а все остальные их повторяли, можно было без нарушения правил приличия поговорить. Полвека назад, когда нравы отличались большей строгостью, чем сейчас, редко кто не пользовался такой возможностью.
В первой паре кавалером обычно шел сам король. Франц Иоанн, разодетый в желто-алые цвета, увидел нашу компанию, расхохотался и демонстративно пригласил на полонез леди Сесилию. Хотя ее с княжной сложно было перепутать даже под маской. Кавалером второй пары встал кронпринц, пригласивший меня. Ой, плохая это все-таки идея — обменяться не только платьями, но и драгоценностями. Герцог Артлейн пригласил Ольгу, они стали где-то в середине колонны.
Светловолосый Доминик в белоснежном костюме лунного охотника, как и ожидалось, едва сохранял вежливое выражение лица, чуть презрительно щурился, был холоден и безучастен. Строго следуя этикету, ровно на пятнадцать секунд он склонился, чтобы поцеловать мне руку и выдать одну из дежурных бессодержательных фраз: «Вы прекрасно выглядите» или «Думаю, сегодня будет великолепный вечер». Но я услышала другое. Тихий шепот: «Скоро все закончится».
Перенервничала, возможно, вот и стало чудиться всякое…
Зазвучали скрипки. Кавалеры склонили головы. Дамы присели в реверансах, позволяя на законных основаниях оценить все, что вмещалось в декольте.
Первый шаг. Кронпринц демонстративно смотрел прямо перед собой. С ритма не сбивался. Послал теплую улыбку даме в сине-изумрудном костюме райской птицы. Что же, в его поведении имелся один положительный момент — с каждым днем Ольге начинали завидовать меньше и меньше, а стойкостью ее характера восхищались все чаще.
Так как разговаривать со мной его высочество не собирался, я с чистой совестью начала рассматривать бальные залы, через которые проходила процессия, и яркие, поражающие фантазию наряды гостей. Танец обещал быть длинным. Но сомневаюсь, что этот полонез будет длиннее того, который император Роокана танцевал в паре со своей фавориткой и немного увлекся разговорами. Часа так на три.
Для маскарада, дорогого, между прочим, удовольствия, способного разорить аристократа средней руки, специально открыли одно крыло дворца. Начали танец в богато украшенном лепниной, зеркалами и светильниками Белом зале на втором этаже. Изюминкой интерьера я бы назвала оригинальный наборный паркет с деталями из редчайшего зеленого дуба, хрустальные напольные торшеры и два ряда колонн «под мрамор». Нет, если бы хоть пара колонн была из камня, то второй этаж резко стал бы первым. Колонны изготавливали из ценных пород сосен и покрывали дорогой алебастровой краской. Говорят, моду на такую, весьма относительную, экономию ввел король Соуры. И теперь только во дворцах императора Роокана имелись настоящие мраморные колонны. На первых этажах.
Следующий зал — Золотой. На стенах друг напротив друга висели зеркала и создавали десятки уходящих в бесконечность коридоров. Гостей в маскарадных костюмах становилось намного больше. Десятки, если не сотни королей-солнц торжественно ступали во главе танцующих, и каждый держал за руку надутую от гордости леди Сесилию.
Среди толпы то и дело мелькал черный герцог Артлейн в паре со светлой фигурой княжны. Так же, как и начальник тайной канцелярии, масками пренебрегли посол княжества вампиров со свитой. Но их традиционную бледность сложно замаскировать. Хотя я заметила несколько кавалеров и дам, которые решили примерить на себя образы кровососущих соседей. Нетолерантно так говорить, зато это слово очень верно отражает их суть. В эльфов, кстати, никто переодеваться не стал: перворожденные слишком трепетно относятся к своему виду. Господин де Леруа тоже был в числе приглашенных. Он предстал перед восторженными дамами как бог лесов и охоты — в облегающем зеленом костюме, гордо демонстрируя свои уши и прочие достоинства. Наверное, только наличие высокопоставленного родственника в посольстве сдерживало некоторых особо горячих мужчин от того, чтобы эти достоинства ему не открутить. А вот Михаила Черкасского я так и не узнала. Может, вот тот пират? Или мушкетер?