Драгоценности солнца
Шрифт:
Она улыбалась прекрасной, трогающей сердце улыбкой, которая зацепила Джуд за душу и почти вырвала её.
Собравшись с духом, она толкнула калитку и побежала к двери. Когда она дернула её чтобы открыть, оказалось, что она забыла запереть её. Кто-то был в дома, пока она была в пабе, подумала Джуд. Вот и все.
Её колени дрожали, пока она бегом поднималась по лестнице. Обежав дом, она выяснила, что в спальне было пусто, как и во всех остальных комнатах. Все, что осталось, это только едва ощутимый запах женщины.
Волнуясь, она заперла все двери. И снова оказавшись в спальне, она закрылась изнутри. Раздевшись и свернувшись калачиком в постели, она оставила свет включенным. Прошло много времени, прежде чем она заснула.
Ей снились драгоценные камни, сыпавшиеся из солнца и падающие с неба, где их в серебряный мешок собирал мужчина на крылатой лошади, белой как снег.
Они падали с неба на поля и горы, озера и реки, болота и торфяники, которые были Ирландией. Через зубчатые стены замков и простые соломенные крыши домов под пение на ветру белых крыльев лошади.
Внезапно это прекратилось, копыта стучали по земле перед стоящим на холме домом с белыми стенами и темно-зелеными ставнями, и цветами, росшими от самой двери.
Она вышла к нему — с волосами цвета бледного золота, покрывающими плечи, и глазами, зелеными как поля. И мужчина с волосами такими же темными, как её были светлыми, носящий серебряное кольцо с камнем, не менее ярким, чем его глаза, спрыгнул с лошади.
Он подошел к ней и высыпал поток драгоценных камней к её ногам. Бриллианты сверкали в траве.
— Вот доказательство моей страсти, — сказал он ей. — Прими их и меня, и я дам тебе все, что у меня есть и даже больше.
— Страсти недостаточно, также как и твоих бриллиантов. — Её голос был тихий и сдержанный, а руки сложены на груди. — Я обещана другому.
— Я дам тебе все. Я подарю тебе вечность. Пойдем со мной, Гвен, и я подарю тебе сотню жизней.
— Прекрасные драгоценности и вечная жизнь — это не то, чего я хочу. — Одна слезинка скатилась по ее щеке, яркая как бриллианты в траве. — Я не могу оставить мой дом. Не поменяю мой мир на твой. Ни за все твои бриллианты, ни за все жизни.
Не говоря ни слова, он отвернулся от неё и оседлал лошадь. И когда они поднялись в небо, она ушла в дом, оставив бриллианты на земле, словно они были просто цветами.
И они превратились в цветы и покрыли землю ароматом, скромностью и сладостью.
Глава 6
Джуд проснулась под мягкий, ровный стук дождя, а смутные воспоминания о сне еще были живыми и яркими. Хотелось свернуться калачиком под одеялом и провалиться в сон, чтобы снова увидеть эти картины. Но это казалось неправильным. Хорошего понемножку.
Куда полезнее, решила она, будет придумать и выполнить какие-нибудь повседневные дела. Дождливое воскресное утро можно провести, занимаясь основными домашними обязанностями. В конце концов, здесь — в Ардморе — у неё нет прислуги, которая занимается уборкой, как это было в Чикаго.
Как ни странно, но в глубине души она даже мечтала вытирать пыль и мыть полы — эти несложные занятия в некотором смысле помогут ей почувствовать, что этот дом принадлежит ей. Наверное, это выглядело странно, но ей нравилось перебирать старое тряпье, выбирая ветошь для пыли и пола.
Часть утра она провела, с удовольствием протирая и заново расставляя безделушки, которыми был полон дом Старой Мод. Чудесные расписные феи, элегантные чародеи, загадочные куски горного хрусталя покоились на всех столах и полках. Большая часть книг была посвящена истории и фольклору Ирландии, но среди них была и парочка изрядно потрепанных образцов в мягком переплете.
Значит, Старая Мод любила читать любовные романы. Джуд это показалось очень трогательным и очаровательным.
Не менее очаровательным, чем древний пылесос — старомодное чудо с длинной ручкой, обнаруженный девушкой. Пылесос отчаянно гудел и скрипел, но отлично справлялся с чисткой половиков и деревянного пола.
Она вылизала кухню и почувствовала, как при виде сверкающих железных кастрюль и фарфора в ней просыпается удивительное чувство удовлетворения. С каждым взмахом тряпки, становясь все увереннее, она вовсю орудовала в соседнем помещении. Коробки, хранившиеся в крошечной ванной, еще дождутся своей очереди, пообещала себе Джуд. И, скорее всего, даже сегодня вечером. И все, что покажется ей достойным того, чтобы оставить, или что-нибудь, вызывающее сентиментальные воспоминания, будет отправлено бабушке.
Следующим пунктом в ее плане стояла стирка.
Она сняла постельное белье с кровати в своей комнате и собрала остальное для стирки. Ее слегка смутило, что в своей жизни она ни разу не занималась стиркой. Но этому, наверное, не так сложно научиться. Ей пришло в голову, что, наверное, следовало бы начать со стирки, а не с уборки. Именно так она и поступит, но уже в следующий раз.
В тесной комнатушке за кухней нашлась корзина, в которую Джуд сложила принесенное сверху белье, хотя, дошло до нее, проще было бы сначала отнести наверх саму корзину.
Очередное открытие заключалось в отсутствии сушилки для белья. И если она не ошибалась, это означало только одно: придется развешивать белье на веревке. И, хотя наблюдать за Молли О’Тул было интересно и весело, выполнять те же самые манипуляции самой будет немного сложнее.
Но ей просто нужно научиться. И она научится, уверяла себя Джуд. Откашлявшись, она бросила тяжелый взгляд на стиральную машину. Видавшая виды, она была покрыта россыпью ржавых пятен по всему окрашенному в белый цвет корпусу. Управление было довольно простым. Сначала нужно набрать воды — холодной или горячей. И девушка предположила, что если ты хочешь что-то как следует отстирать, то необходима горячая вода и побольше. Прочитав инструкцию на коробке со стиральным порошком и в точности ей следуя, Джуд растянулась в улыбке, когда вода стала с шумом наполнять бак стиральной машины.
Чтобы отпраздновать удачное начало стирки, она поставила чайник и решила побаловать себя печеньем, которое нашла в жестяной коробке.
В доме было чисто. В её доме было чисто. Все стояло на своих местах, стирка шла сама по себе — теперь не осталось никаких отговорок, чтобы не думать о том, что она увидела прошлой ночью.
Женщина в окне. Леди Гвен. Её привидение.
Не было причин отрицать, что она видела её уже дважды. И видела вполне отчетливо. Настолько отчетливо, что смогла бы — даже притом, что она совсем не умела рисовать — сделать набросок лица, которое наблюдало за ней из окна.