Чтение онлайн

Мне было как-то все равно. С одной стороны, я очень соскучилась по дому и родным, а с другой, очень не хотелось покидать Аркар. Пыталась настроить себя, что это как возвращение из увлекательного путешествия, но… Но когда ты возвращаешься откуда-то из прекрасного и далекого, ты все равно надеешься, что когда-то вернешься туда снова. Снова увидишь эти же пейзажи, встретишься с этими же людьми. Или будешь с ними переписываться или созваниваться. А даже если и не будешь, сама возможность такого очень греет душу.

А тут я прекрасно понимала, что никогда и никого из них не увижу. И никакое письмо к ним не дойдет. От этого становилось особенно пакостно и тоскливо. И только прихорашивающийся Никсар немного разгонял былинную грусть-тоску.

— Ладно, побегу я дальше дома готовиться, — спохватился староста, — тебе же тоже одеться нужно! Увидимся на балу.

И ускакал чуть ли не вприпрыжку, унося в клюве свертки с камзолами.

Я вздохнула и ушла в спальню. На кровати, в компании шелковой церемониальной ленты жемчужного цвета, лежало роскошное и, как раньше говорили, ПРОСТОЕ платье. На тумбочке кучкой валялись коробочки с драгоценностями, по случаю выписанными из королевской сокровищницы, и мой личный парадный бриллиантовый орден величиной с небольшую оладушку в форме шестнадцатиконечной звезды. Через полчаса ко мне обещались заскочить профессиональные модистки и нацепить на меня все это великолепие в правильном порядке. И попытаться что-нибудь сделать с моими волосами. Например, приличную прическу. Пусть и волосы тоже удивятся.

Я снова вздохнула и пошла в ванную. Дался всем этот бал! Или хотят убедиться, какое это счастье, что такая мрачная особа наконец-то уходит? Или полюбоваться напоследок на мою кислую мину? Да я бы лучше посидела в каком-нибудь пабе с теми же Никсаром, Гордином, Сельмой, Норалом… Господь с ними, даже с Аджимом и Джулианом! Зачем весь этот глупый церемониал?

Все, пошла нырять. Недолго мне осталось плавать в персональном мини-бассейне.

— Вам очень и очень идет этот цвет! — нахваливала модистка, расправляя на подоле какие-то невидимые складки. — Очень удачное попадание в тон. Чудесно подходит под глаза и оттеняет волосы!

— Угу, — соглашалась я, рассматривая себя в огромном зеркале. Платье действительно было ничего так. Миленько. И дивно подходило к волосам. Прибывшие “на дело” помощницы были профессионалами своего дела. Меня, словно куклу, поставили на какую-то тумбочку и живо натянули все необходимое, включая полужесткий корсет. От него я хотела отбиться, но меня очень деликатно и с ласковыми уговорами все же в него запихнули. В общем, мягкая сила в действии. Волосы уложили в красивый пучок, каким-то образом закрепив в него диадему. В процессе мне навели что-то типа макияжа. Во всяком случае, следы усталости и хронического недосыпа пропали. Лицо выглядело отдохнувшим, посвежевшим и очень грустным. На краткий миг я даже пожалела, что паранджа здесь не в моде.

Ладно, пора уже. На меня набросили накидку с капюшоном и завязали элегантным бантиком у горла. С остальными, кроме Джулиана, Сельмы и Гордина, мы должны были встретиться у входа в Академию.

— Кхм… Аджим, а почему вы… ты в таком виде? — поразилась я, подойдя к ожидающим меня магам. Так, а где носит Ника?

— Ты тоже прекрасно выглядишь, — слегка поклонился Архимаг и заправил за ухо выбившуюся из низкого хвостика черную прядь. — А что не так?

— Ну-у-у, — протянула я, не зная, как объяснить, что он в темно-синем камзоле и таких же узких брюках, да еще и в настоящем виде, зрелище для Аркара непривычное. Хотя и симпатичное.

— А-а-а, ты про это? — Мужчина провел ладонью по смоляной бородке. — Так там все свои будут, можно сказать, почти закрытое мероприятие. А образ почтенного старца мне уже порядком надоел, если честно.

В принципе я его понимаю. Мне б тоже надоело ходить везде в образе милой, доброй и умной старушки. А уж идти в таком виде на бал…

Прибежал запыхавшийся Ник. Мне интересно, в честь чего это он ТАК вырядился? Явно не ради меня, ибо после битвы за Эквес даже та небольшая симпатия, что зародилась между нами за время совместных приключений, постепенно сползла на нет. Про суккуба я ничего и не спрашивала. Сначала было не до того, а сейчас и вовсе потеряло значение.

Приехали кареты. Одна для меня, Аджима и Никсара, другая для Норала и Фернана. За окном проплывал вечерний Эквес. Я прижалась к окну, стараясь увидеть и запомнить как можно больше. А ведь совсем недавно в карете меня везла в Академию Сельма. Вроде и немного времени прошло, а будто полжизни.

— Медь, — сидевший рядом Аджим аккуратно взял меня за руку, — не переживай. Ты еще вернешься в Аркар. Обещаю.

— Ага. Точно. Что-нибудь придумаем, — с энтузиазмом отозвался Ник, явно особо не вникая в разговор. Мы с Архимагом переглянулись.

— Есть версии о том, что происходит с твоим старостой? — поинтересовалась я. — Он в последнее время будто стукнутый ходит. Меня это пугает. Может, он там, в лаборатории, чем передышал или хлебнул что-то не то? Или сотрясение не долечили?

— Вообще-то, есть немного, — задумчиво произнес маг, глядя на непонятно почему зардевшегося Никсара. — Но я тебе не скажу.

Я спохватилась и отняла у него руку, для надежности спрятав ее в плащ. Парень не обратил на это ни малейшего внимания, мечтательно глядя в потолок и глупо улыбаясь.

— Точно у вас там нет ничего нервно-паралитического? — еще раз уточнила я подозрительно. — Вдруг грибной суп был не с теми грибами.

— Медь, все хорошо, — хмыкнул Архимаг, — у него так точно. Расслабься, твой оруженосец в полном порядке. Отстань от парня.

Карета остановилась у дворца. На этот раз встречал нас не герцог, а камердинер. Или дворецкий. Или кто там выполняет эту функцию. Выданную мне книжку по этикету, толщиной с однотомник "Войны и мира", я просмотрела наискось, в основном выискивая места обращения с венценосными особами. За прошлое вольное общение с наследным принцем мне вечером того же дня еще и Архимагом была прочитана такая нудная лекция, что повторять опыт ну совершенно не хотелось.

Бальный зал был небольшим. Особенно если сравнивать с размахом той же обсерватории. Кроме нас тут уже были Сельма и Джулиан — оба в парадной форме. Гордин в черном камзоле и с вечным прилизанным низким хвостом, перевитым черной бархатной лентой, и очень похожий на пингвина в трауре. Королевская семья и еще несколько совершенно неизвестных мне дам и кавалеров. Эти были то ли массовкой, то ли высокопоставленными чиновниками и фрейлинами. Я с тоской вспомнила несбыточную мечту об уютном пабе в узком кругу и вздохнула.

Хотя, может, и удастся подговорить всех отчалить пораньше и найти какое-то заведение поприятнее дворца?

Никсар, пробормотав мне в спину: “Медь, я сейчас, я скоро”, куда-то испарился как сухой лед с подноса. На возвышении негромко играл оркестр. Существовала в Вейне и записанная музыка, но живая была престижнее. К нам подошел король.

— Ваше величество, — я судорожно вспоминала, что от меня требуется, и сделана неглубокий книксен. Архимаг слегка склонил голову.

— Оставьте, — весело возразил Филан. В правой руке у него был бокал с пузырящимся вином. — Вам ли кланяться? Выпьем!